Поколение войны - Макс Крест

— Нет. Но на тренировках ты сдерживал огонь, зная, что в безопасности. Реальная угроза активизировала его. А благодаря своевременному управлению им ты добился большего, чем мог. Запомни эти ощущения — пригодятся.

— Хорошо…

— Первый бой будет чистой фикцией. Я так толком и не понял, что за существо приберегли для тебя берсерки — не думаю, что будет сложно. Хотя, кто знает…

— Тут есть ещё один момент…

— Какой?

— Мне ведь придётся его убить?

— Разумеется. — Семангелоф ответил сразу и лишь позже до него дошёл смысл вопроса. — Ах, да… Ты ещё не убивал.

Он замолчал. Опустив глаза, он размышлял. Вопрос действительно оказался довольно острым.

— А Зверь? Или Вихрь? Они убивали до того, как началась та осада?

— Твой отец дал им возможность попрактиковаться. Хм… Не знаю, что можно сделать. Я поговорю с Моревым. Может, выпишет для тебя какого-нибудь насильника-педофила, кого уж точно не жалко.

— Что? — Арвинг спал с лица. — Как это «выпишет»? Как машину что ли в металлолом? Я не собираюсь убивать человека… Я никогда не убивал…

— Ты, кажется, урок не до конца понял. Выжить на турнире можно только одним способом — убить противника. Это единственный выход. Иначе — умрёшь ты. — Семангелоф ткнул указательным пальцем в грудь Арвинга и чуть оттолкнул его. — Ты жить хочешь?

— Да.

— Значит убьёшь. Одного, двух, трёх, десяток, сотню — всех, если понадобится. У тебя сил вполне на это хватит. Ты не человек. Забудь про то, что говорила мать — ты не такой же. Только что ты должен был в том убедиться. Ты кровь от крови Люцифера — Хранителя, который ещё во время обучения мог стать равным мне. Но стал чуть позже, а после и вовсе возвысился над всеми поколениями Хранителей. Он единственный из своего поколения чувствовал мир. Гавриил до сих пор не может похвастать подобным, а Михаил и вовсе глух, слыша только мысли окружающих его.

— Тем не менее, он пока не проигрывал…

— Тут ты прав. Он компенсирует умом недоразвитые ощущения мира.

— Так ведь и я не слышу ничего.

— И не будешь, если погибнешь на турнире!

Семангелоф подошёл в упор и прошептал:

— Ты пойми, если ты погибнешь — всё это погибнет.

Грозно глянув на Арвинга, Хранитель развернулся и зашагал обратно по тропинке, что скрывалась в лесу. Семангелоф уже пропал в чаще, а Арвинг так и стоял, обдумывая смысл слов наставника.

День клонился к закату. Арвинг сел прямо на траву, что они с Семангелофом примяли во время урока. Меч лежал у ног. Это был не тот меч, который дал ему Михаил — но сделан был идеально точно внешне, за вычетом гравировок и по распределению веса. Настоящий Меч Света Хранители держали где-то в сейфе в здании СБ. Неясно зачем, но так или иначе в руках у Арвинга он пока что побывал всего пару раз. Зато копий было сделано целых десять штук, две из которых за год тренировок сломались.

Просидев до темноты, Арвинг, как смог, уверил себя, что выход у него один — посмотреть в глаза судьбе и убить противника. Кажется, это не так уж сложно, хотя легко говорить, сидя на поляне в тишине. Через десяток дней ему придётся стоять с мечом наголо против некоего существа из Адовых пустошей, а потом, если он выживет, против Вельзевула. Хранители уверены, что на бой выйдет именно он, чтобы лишний раз доказать своё превосходство перед иными претендентами на его место. А вот кто будет стоять против него из Ирия — неизвестно. Сеной уверяет, что то будет сам Михаил, хотя и оговаривает, что тот может выставить кого-то иного, так как сам не любит работать мечом, да и умения его далеки от тех, с которыми он мог бы безбоязненно выйти на бой.

Арвинг поднялся и тихо побрёл по тропе, она словно чуть светилась в темноте летней ночи голубоватым отсветом. Петляя между деревьев, огибая заболоченности и пересекая ручьи, она вела его обратно. Видел Арвинг достаточно, чтоб не спотыкаться — он всегда видел в темноте довольно хорошо, поэтому не боялся её в детстве, да и подкрасться к нему незаметно не удалось бы.

Ночь была тихой и непонятный шум, раздававшийся всё ближе, был слышен очень хорошо. Что-то двигалось, причём довольно стремительно. Арвинг старался не отвлекаться и идти чуть быстрее. Были данные, что в этом районе есть медведи, а встреча с ними не сулила спокойной прогулки.

Треск сухих веток приближался. Арвинг остановился и присмотрелся. С той стороны, откуда шёл звук, никого не было видно. Но хрусты свидетельствовали об обратном. Краем глаза он заметил движение. Через минуту у парня уже не было сомнений, что точно на него прёт медведь.

Чертыхнувшись, Арвинг осмотрелся — бежать в чащу от медведя не представлялось возможным, так как тут тропа шла вдоль болота, в другую сторону путь так же не был безопасным. Медведь заметил его и на секунду остановился. Арвинг слышал его дыхание, хриплое, клокочущее. Через мгновение медведь ринулся на него.

— Твою мать!.. — Только и успел выкрикнуть Арвинг и побежал наперерез в сторону лагеря. Медведь опережал его — шустёр, гад. Меч сам собой оказался изъят из ножен, которые тут же были брошены в сторону хищника как упреждение. Тот и ухом не повёл. Бежал он как-то странно, не так, как показывают по телевизору — неуклюже, словно у него были проблемы с координацией.

Арвинг, оценив расстояние, нырнул между двух молодых ёлок и, изо всей силы рыча, начал их трясти. Вопреки ожиданиям это не произвело должного эффекта. Никаких длинных палок или сломанных молодых деревьев не было, а значит быть бою…

Медведь прыгнул между елей, Арвинг едва успел выскочить и рубанул сверху, но не попал. Медведя же на миг отвлекла блеснувшая у лица сталь. Только тут парень смог чётко разглядеть морду хищника: глаза у зверя чуть гноились, челюсть была слегка перекошена и с неё обильно свисала слюна. Бешенство!

Мгновенно вспомнились рассказы матери об этой напасти.

Медведь вновь нападал, Арвинг побежал, прекрасно зная, что далеко уйти не удастся. Впереди он увидел пару деревьев, что росли рогаткой. «А вдруг получится?!» — родилась шальная мысль. Он устремился туда, медведь, сзади хрипло рыча, догонял. Судя по всему, зараза уже глубоко проела зверя, так как задние лапы дважды отказывали ему. До рогатки осталась пара метров, когда медведь уже почти нагнал. Арвинг рыбкой полетел в расщелину между деревьев, упал, кувыркнулся и был готов принять на меч зверя в случае, если тот обежит деревья. Но нет — хищник прыгнул вслед за жертвой и застрял.

В отличие от киношных монстров, медведь довольно быстро сообразил, что к чему и начал выбираться. Арвинг обежал его и рубанул по задним лапам. Брызнула кровь, зверь заревел и загрёб конечностями.