Белый злой умысел. ЦРУ и тайная реколонизация Африки - Susan Williams

и, впоследствии, о его присутствии в Конго", - позже заявил Харви. "Я не знаю, что конкретно, - добавил он, - делал QJ/WIN в Конго. Я не думаю, что у меня когда-либо были такие сведения [отредактировано]". Если бы QJ/WIN использовался для совершения убийства, это было бы согласовано со мной. Меня никогда не информировали о том, что его собираются использовать для такой миссии". По его словам, он вспомнил, что QJWIN мог быть отправлен в какую-то африканскую страну, кроме Конго, но он "почти уверен, что это никак не было связано с заданием по убийству".

Церковному комитету были переданы досье на Манкеля, в которых не было ничего, что "явно или неявно говорило бы об убийстве или "исполнительных действиях" в любой форме". Но было отмечено, что "тайные оперативники того типа, которые составляли документы, содержащиеся в этих досье, никогда бы не взялись писать что-либо, имеющее отношение к теме убийства".

Финансовые меморандумы в досье Манкеля, похоже, указывали на "одноразовую цель", отметил Церковный комитет. Это соответствовало бы плану использовать его для "одноразового покушения в Бельгийском [sic] Конго", но не "постоянным отношениям с QJWIN для вербовки медвежатников и грабителей". Кроме того, кабельная связь между Манкелем и штаб-квартирой осуществлялась на самом высоком уровне ЦРУ; это было маловероятно в случае, когда речь шла о взломе сейфов и кражах со взломом.

Церковный комитет был озадачен: "Мы не знаем и в настоящее время не можем определить, что это было за задание".

Пока ЦРУ внедряло О'Доннела и Манкеля в Конго, Антуан Гизенга разрабатывал планы отъезда из Леопольдвиля в Стэнливиль. Он и другие лумумбисты были полны решимости основать там новую столицу Конго в качестве центра для законного правительства Лумумбы. Гизенга покинул столицу, замаскировавшись, как беглец, и тихо прибыл в Стэнливиль во второй половине дня 14 октября. На следующий день все были удивлены его появлением, но встретили его тепло и с энтузиазмом. Он отправил Андре Блуэну сообщение, что взял власть в Стэнливиле от имени Лумумбы, и народ ожидает прибытия Лумумбы.

В ноябре Мобуту приказал выслать Блуин из Конго. Она была убита горем. Ее мужу и детям не разрешили уехать вместе с ней в качестве шантажа, чтобы обеспечить ее молчание в Европе. Когда представитель министерства внутренних дел пришел за ней, он извинился: "Извините, это наш приказ. Мы должны их выполнить. Это не наша вина".

За месяц до высылки Блуэн, 13 октября, она была упомянута на заседании Совета национальной безопасности США. "Нам удалось, - сказал Аллен Даллес, - нейтрализовать мадам Блуэн, которая теперь хочет приехать в США. Она пишет свои мемуары, которые... должны стать интересным чтением". Он не объяснил, что он имел в виду под "нейтрализацией", и не придал значения новости о том, что Блуэн пишет мемуары, но его заявление указывает на то, что ЦРУ взяло на себя определенную ответственность за это событие.

В конце концов Блуэн выпустил мемуары, написанные на английском языке в сотрудничестве с американской писательницей Джин Маккеллар; они были опубликованы под названием "Моя страна, Африка" в 1983 году издательством Praeger. Интригует тот факт, что Praeger был постоянным издательским партнером ЦРУ. Фредерик А Прагер защищал это участие в 1967 году, после того как оно было разоблачено. "Все, что я делал для какого-либо правительственного агентства, было добровольным и полным энтузиазма", - сказал он. Я участвовал в проектах, потому что считал, что их цели направлены на благо страны". Он добавил, что ЦРУ не имело редакционного контроля над книгами, которые они спонсировали. Однако несколько лет спустя, во время Уотергейтских слушаний, утверждения Прэгера о том, что его пресса имела лишь ограниченное отношение к ЦРУ, оказались ложными.

Блуэн был недоволен рукописью книги "Моя страна, Африка" и подал в суд на Маккеллара, чтобы помешать ее публикации, но безуспешно. Нет никаких доказательств того, что ЦРУ было причастно к этой публикации или что Блуэн подозревал об этом, но это вполне обоснованное предположение, учитывая огромный масштаб публикаций, спонсируемых ЦРУ.

В НОЯБРЕ 1960 года, когда Блуэн был изгнан из Конго, в Париже умер Ричард Райт; ему было всего пятьдесят два года.

Все больше злясь на то, что он называл "колебаниями ЦРУ между тайным спонсорством и шпионажем", он потерял веру в антикоммунизм. "Мое отношение к коммунизму, - сказал он незадолго до смерти, - не изменилось, но изменилась моя позиция по отношению к тем, кто борется с коммунизмом". Подняв руку на борьбу с коммунизмом, он отмечал: "Я обнаружил, что рука западного мира втыкает ножи в мою спину. Западный мир должен решить, кого он ненавидит больше: цветных людей, чем коммунистов, или... коммунистов, чем... цветных людей".

По словам его биографа Хейзел Роули, Райт также был подавлен ролью США в Африке: "Он слушал "Голос Америки" и "Голос Пекина" и пытался понять смысл происходящего в мире. Африканские страны одна за другой провозглашали свою независимость. Райт опасался, что Америка принесет холодную войну в Африку, и не преуменьшал роль западных секретных агентов. "Американцы везде суют свои пальцы".

В начале сентября 1960 года Дороти Пизер, вдова Джорджа Падмора, проезжала через Париж и навестила Райта. Она была "шокирована", увидев изможденный вид писателя, - отмечает Роули, - и в частном порядке подумала, что он выглядит так же, как ее муж в последние недели своей жизни". Пэдмор умер в начале того же года в возрасте пятидесяти шести лет. Райт отвез Пизера в квартиру своего доктора, и они втроем отправились в ресторан на ужин. Пизер не понимала, как доктор мог жить в такой роскоши, когда у него было так мало пациентов; ей также показалось странным, что он уговаривал Райта отправиться в путешествие в Африку вместе с ним и его отцом. Пизер ничего не сказала Райту, но у нее возникли подозрения относительно доктора.

Через несколько месяцев Райт умер от сердечного приступа. Некоторые питали подозрения, что его смерть была связана с ФБР или ЦРУ. Эти подозрения так и не развеялись.

Глава 25. Большая американская палка

РАДЖЕШВАР ДАЯЛ из ООН полагал, что западные державы "решительно выступают против возвращения конституционного правления" в Конго, поскольку это означало бы, по их мнению, только одно - возвращение Лумумбы. Но они не могли открыто выступить против восстановления законного правительства, равно как и официально поддержать незаконный режим Мобуту. Поэтому, как объяснил Даял в "Миссии для Хаммаршельда", в ноябре 1960 года они воспользовались "фигурой Касавубу, чтобы доказать свою правоту, доставив его лично в Нью-Йорк в