Его Величество император - Елена Милютина

не менее 12 часов сна. Кстати, когда проснетесь, то, я думаю, уже сможете пообщаться с Его Величеством!

— Хорошо, только вначале я бы хотел привести себя в порядок.

— Да, конечно, здесь в каждой палате душ, пока можете переодеться в такой же хирургический костюм, как у хирургов, все равно в реанимацию вход только в них. И еще, ближайшие пять дней больше лежать, спать, никаких нагрузок! Тогда восстановитесь очень быстро. Вы же не хотите всю жизнь мучиться головными болями и потерять возможность летать? Вы же о космосе мечтали!

— Боюсь, что о космосе теперь придется забыть! Главное, сохранить планету, уберечь от гражданской войны! Спасибо, доктор. И одна просьба, у вас же в бригаде травматолог! Попросите его посмотреть Мишеля, моего второго телохранителя, я его не очень удачно уронил плечом на каменные ступеньки! Вдруг там что-то серьезное!

Бригада врачей поздно вечером сидела, слегка расслабляясь после ужина. Заботы о высокопоставленных раненых были переложены на плечи срочно вызванной из Эстиновы Валентайны Грогг, заведующей отделением хирургической реанимации Военного Госпиталя. Она прилетела три часа назад, осмотрелась, осмотрела пациентов, раздала задания персоналу императорского Дворцового госпиталя и привезенным ею помощникам — врачу-ординатору и двум фельдшерам из студентов последнего курса, которые должны были дежурить по-очереди всю ночь вместе с врачом-реаниматологом Дворцового госпиталя. Утром их ждал отдых, а начальницу — день, полный забот, учитывая нестабильное состояние императора и возможное начало осложнений после тяжелой травмы. Сейчас она, как и вся бригада наслаждалась предоставившимися минутами отдыха.

— Скажи, Тед, — обратилась женщина к коллеге, нейрохирургу, — как тебе наш новый кронпринц? Ты, как я поняла, общался с ним дольше всех?

— Что тебя интересует конкретно, Валя? Внешность, характер, что?

— Ну, учитывая, что на его голову в будущем так или иначе ляжет корона Элланы, то скорее характер. Говорят о нем разное, но никто толком ничего, кроме слухов не знает

— Ну, то, что видели все — очень молодой человек, очень красивой наружности, причем не только на лицо, фигура тоже впечатляет. Толком о характере судить сложно. Сильный стресс, семью же, практически, на его глазах взорвали, усталость, плюс, хоть и легкое, но сотрясение мозга в наличии. Вначале резко сопротивлялся любым ограничениям, но удалось убедить принять снотворное и лечь спать. Завтра сама увидишь, будет рваться к отцу. Пустишь?

— Посмотрим, в каком состоянии будет отец. Я все-таки опасаюсь. Просила брать кровь на биохимию и факторы свертываемости через три часа и докладывать мне в любое время, если появяться изменения.

— Все-таки боишься осложнений? — тревожно спросил Сомов.

— Опасаюсь. И отказа почек, и ДВС[3], и много, что еще может случиться. Ты твердо уверен, что все травмы кишечника выявил?

— В том-то и дело, что нет. Лучше бы десять ножевых ран живота оперировать, чем тупую травму. Коварное повреждение. Данные МРТ не четкие. Некроз может начаться в любом месте и в любое время. Проблема, что его извлекли из-под обломков не врачи, а спасатели, никто четко не может указать, на какие части тела пришлись основные удары. Спасатели в таких происшествиях неопытные, больше имели дело с ожогами при пожарах, травмами при авариях с мобивенами, а не с завалами. Вот горноспасатели бы точно все описали. А так все вслепую.

— Боишься, что не вытянем? — спросил Айвар Жарден, травматолог.

— Опасаюсь, ближайшие трое суток будут решающими. И, даже если вытянем, здоровье все равно будет подорвано, так что твоему пациенту, Тед, все равно придется взять часть функций власти на себя.

— А я по его же просьбе осматривал его, как он назвал, телохранителя, а по сути агента безопасности. И переговорил со вторым, кстати, его напарником по полетам. Так вот, оба буквально влюблены в принца, — задумчиво проговорил травматолог.

— То есть, как влюблены? Прямо так и…

— Фу. Как не стыдно, конечно не прямо, просто они оба за него горло кому хочешь перегрыут. Этот Мишель больше был озабочен не своим плечом, а там ушиб сильный, с кровоизлиянием в сустав, долго болеть будет, а тем, что не успел с принцем Эльрианом переговорить и успокоить, что его вины в происшедшем нет!

— Не понял, а он-то, какое отношение к взрывам имеет? Мне показалось, что он переживает, что опоздал на церемонию.

— То есть, что его тоже не убили?? Глупость какая!

— Нет, там какая-то интрига, но не наше это дело. Нам важно, что бы человек на троне толковый оказался, а похоже, так и есть.

— Все, коллеги, пошли спать, неизвестно, что завтра будет!

Глава 20

Эллана.

Эльриан проснулся, как привык, рано, с удивлением осмотрел аскетическую обстановку вокруг, и вспомнил все. Площадь, взрыв, свою нелепую попытку бежать на помощь, разговор с отцом. Сразу на плечи навалилась тяжесть. Братья мертвы, он кронпринц, отец после операции, как он? Резко сел, голова сразу закружилась. Вспомнил слова доктора о сотрясении. Похоже, он прав! Надо поберечься, говорят, даже самые легкие сотрясения могут потом дать последствия. Медленно поднялся, осмотрелся. На складной койке по соседству спал Мишель. Плечо зафиксировано ортезом, значит, повреждение все-таки есть. От понимания этого появилось чувство вины, которое быстро прошло, стоило вспомнить о своем сотрясении. Так что не он один накосячил, друзья тоже постарались, счет 1–1! Увидел дверь в стене, правильно, память не подвела, там был санузел. Привел себя в порядок, все необходимое на полочках у раковины было. Провел рукой по лицу, решил не бриться, тем более, одноразовая бритва одна, и она Мишелю нужнее, хотя его светлая щетина тоже была еще не заметна. Но что простят принцу, его охране поставят на вид. Тот же Саарте и поставит. Критически оглядел смятый после ночи хирургический комплект, решил, что сойдет. Наметил в голове план — узнать, как отец, раз ночью его не будили, значит все более-менее, позавтракать, переодеться, и сходить, попрощаться с братьями, пока бальзамировщики не принялись за работу.

Вышел в коридор, на стульях у палаты дремали Клод и Хуан. Охраннички! Прикинул, разбудить и отправить за одеждой, или подождать, пусть спят. Вспомнил, что дорожная сумка осталась в кафе, значит надо идти, будить старика Сильвио, а еще рано, пусть спит.

Приняв такое решение, прошел по коридору, вдруг, из-за одной из дверей, услышал тихий, детский плач. Подошел, прислушался, точно! Аккуратно открыл дверь — Эдгар! Мальчишка, чуть старше, чем был он, в момент происшествия с Иоанной, сидел на взрослой кровати и тихо плакал, растирая слезы здоровой, не зафиксированной рукой. Он был один. Видимо, в госпитале не хватило персонала, что бы посадить с ребенком