Его Величество император - Елена Милютина

сдавал! — «Благодаря Эльриану» — мелькнула в голове мысль. Видимо, он с ним действительно там няньчился. А здесь некому стало, кроме таких же беспутных повес, как и он, у него приятелей не было!

— А Мона, эта та, что к Ри весь год клеилась? — спросил он, хотелось перебить приятными воспоминаниями чувство вины и собственной никчемности.

— Не знаю, в этом году она авионик классно освоила, ее на следующий год в команду академии включили. На легком истребителе летать будет.

— А с Ри у нее что? Так ничего и не получилось?

— Друзья они. Мона за Джанни замуж вышла! Он ее тренировал, вот любовь и случилась.

— Надо же!

— Она с нами прилетела, мы, частично из-за ее багажа опоздали, и, слава Богу, иначе Ри бы обязательно на балкон полез. Не факт, что пустили бы, но попытался. Недаром Эвальд за нами Райса отправил, в виде таксиста, видимо, было указание Ри на балкон не пускать, да, и не успевали мы. Только до кафе дядюшки Жанно и доехали.

— Так Риан все своими глазами видел??

— То-то и оно, как он тебя не прибил, когда ты с Хейзом заявился, сам удивляюсь. Видимо, просто сил уже не хватило. Меня он здорово приложил, когда попытался сразу после взрыва на площадь прорваться, а я стал мешать. Пришлось всей компанией успокаивать. Мы его на землю уронить еле смогли, он лицо разбил, синяк до сих пор виден. Но с того времени в руках себя держит. Надолго ли его хватит, не знаю. Так что на глаза ему дня два, а то и больше, не попадайся. Убить не убьет, но покалечить может. Ты же ему всю игру сломал, они же уже поверили, что он и братьев ненавидит, и о троне мечтает, все планы ему выложили, но проверку еще одну все же устроили. А тут ты со своими откровениями! Так что сиди дома, тихо-тихо, вон за Энтони ухаживай, отца утешай!

— Так меня отпустят? Не арестуют?

— А за что? За длинный язык? За нарушение Кодекса поведения статьи нет. Только моральное осуждение. Ты хоть что Хейзу наговорил?

— Да ничего особенного, об отношениях в семье, о том, что братья дружны, каждому отец дело по душе подобрал, даже странный разговор между Эдмондом и Эльдаром, случайно услышанный, привел, как доказательство своих слов.

— Какой разговор, где?

— Обычный, они завтракали вдвоем, никого не было, а я проснулся в тот день рано, тоже завтракать пошел. Дверь в столовую открыта, и один, похоже, Эльдар, точно не скажу, не видел, только слышал, и говорит, что Ри в опасную игру играет, если противники поймут, что он их дурит, то не простят, отомстят, убить могут, а он о них, о братьях, заботится. И фразу привел из разговора с Ри, насчет того, что если он, то есть Ри, по вине братьев кронпринцем станет, то он их и на том свете достанет. Я так ничего не понял, но в качестве примера их дружбы привел. Что, что-нибудь не так? — встревожился Фред, смотря на буквально за секунды побледневшее лицо Мишеля.

— Все не так! Двое, не хочу про покойников плохо, болтают в столовой, куда в любой момент кто угодно войти может. Третий слышит то, что не понимает, а потом зачем-то выкладывает, что услышал одному из главных организаторов заговора, и получается, что одной фразой разрушает всю проделанную за десять месяцев работу! Если со сведениями, что братья дружны еще можно было что-то сделать, отговориться, что хорошо играл, изображал братские чувства, то этой фразой ты выдал все, все наши планы. Противники поняли, что принц с ними играет, что их планы устранить старших братьев он им же, братьям, и выдал. А убивать Эльриана в отместку сразу не стали, только потому, что приготовились привести в действие запасной план, в результате которого он все равно должен был погибнуть, а его гибель раньше намеченного срока насторожила бы агентов безопасности! Все просто и ясно! А Ри, с момента взрыва, плюс ко всему, еще из-за этого с ума сходит, все выискивает, где он ошибся, почему враги весь план переиграли. А он не ошибался, его родственники сдали!

— Но я же не знал! Про заговор!

— А кто тебя вообще за язык тянул с незнакомым мужиком в откровения пускаться! -

Фред опустил голову. Он понял, с ужасающей точностью понял, что променял эти сведения на последнюю гулянку перед ссылкой в Нордик. Что он, принц, за бутылку вина и ночь с проститутками, выболтал семейные секреты императорской семьи первому встречному! Результат — взрыв, гибель почти всей большой семьи. Он вспомнил слова Виолетты, когда она отказывала ему: — «когда-нибудь ты скатишься так низко, что уже не выберешься». Все, скатился, финиш. Теперь хоть в петлю, хоть пулю в лоб! Нет, он не будет уходить из жизни, как трус. Он отловит Эльриана и покается, прощения просить бесполезно, просто покается. Прощение он попросит у дяди, если тот выкарабкается. И достойно примет его решение. Простит, значит, ему можно начать жизнь сначала. Нет, значит, нет. Но с этого дня ни одного глотка спиртного. И с девками надо завязать. Все, нагулялся. Дальше некуда.

Мишель интуитивно почувствовал изменившееся настроение Фреда.

— «Прочувствовал, осознал, теперь нельзя допустить, что бы не дай бог, что-нибудь с собой сделал! Что бы придумать?» — Вслух Мишель заговорил другим тоном.

— Хватит, все осознал и будет. Надеюсь, больше глупостей не сделаешь! А наказание придумай себе сам. Знаешь, что я посоветую, может пригодиться, хотя решать, конечно, тебе самому. Нельзя тебе здесь оставаться, снова приятели набегут, в бордель-кабак потащат. Просись в армию. В дальний гарнизон, только не туда, где тоску спиртом гасят, а где дело постоянно есть, а знакомых, что бы пальцем тыкать, нет. Отца спроси. Сразу скажу, Нордик не годится. Там слишком много курсантов из аристократов. Мое мнение, больше подходит остров Первопроходцев. Там база Воздушного флота «Туле», а еще так сказать «перевалочный пункт» для правительственной линии перелетов на западный материк. Там эскорт меняется. Императоры никогда не любили летать через океан напрямую, а так, почти все время над сушей. Нам курсанты, которые там практику проходили очень это место хвалили. И место, и коллектив, и начальство. Подумай. Год прослужишь, потом в академию пойдешь. А сейчас все расскажи дознавателю. Все, где с Хейзом был, куда он тебя возил, что говорил. Все. Нам сейчас любые мелочи важны, что бы всех, причастных к заговору, выявить. А о нашем разговоре я только Ри скажу, что