Михаил Тухачевский. Портрет на фоне эпохи - Юлия Зораховна Кантор

округом И.П. Уборевич. Прощаясь с французами, Тухачевский очень серьезно сказал: «Страшный враг выстраивается перед нашими странами, враг, который за несколько лет получил в распоряжение могучую армию с ультрасовременным вооружением. Мы должны сделать все, чтобы подавить его прежде, чем он раздавит нас… Теперь перед нами Гитлер»159.

Гитлер, выступая на партийном съезде НСДАП 14 сентября 1936 года, фактически объявил долгосрочный план действий: «Нет никаких сомнений в том, что национал-социализм везде и при любых обстоятельствах посадит большевизм в оборону, разобьет его и уничтожит. Мы идем навстречу большим историческим эпохам, в которых восторжествует не одно мудрствование, а мужество… Горе тому, кто не верит Адольфу Гитлеру»160.

Дом, в котором жил М.Н. Тухачевский в период командования Ленинградским военным округом. Санкт-Петербург, Миллионная ул., 19.

Фотограф Е.А. Степанова.

[Архив Е.А. Степановой]

Мемориальная доска в память о М.Н. Тухачевском на доме, в котором он жил в период командования Ленинградским военным округом.

Фотограф Е.А. Степанова. [Архив Е.А. Степановой]

В 1936 году по предложению Тухачевского Генштаб провел большую стратегическую военную игру, чтобы проработать меры и способы активного отражения нападения гитлеровской армии на Советский Союз. Командовать «красным Западным фронтом» был назначен комвойсками Белорусского военного округа И.П. Уборевич. «Германской стороной» командовал сам Тухачевский, желая проверить возможности фашистской Германии в начале войны. «Армией буржуазной Польши», союзника Германии, – комвойсками Украинского военного округа И.Э. Якир.

Считая, что Германия может выставить вообще всего около 100 отмобилизованных дивизий, Генштаб принял численность «фашистских сил» на востоке, к северу от Полесья, в 50 дивизий плюс 30 «польских». Этой армии ставилась задача нанести поражение «красным» к северу от Полесья и овладеть Смоленском – как исходным районом для наступления на Москву. Тухачевский возразил против такого расчета, полагая, что немцы смогут выставить всего примерно 200 дивизий, так что к северу от Полесья будет одних «немецких» не менее 80 дивизий. Прогноз Тухачевского оправдался: в 1941 году немцы вместе со своими союзниками двинули против СССР 190 дивизий. Кроме того, Тухачевский считал, что немцы, сосредоточив войска, начнут войну первыми, чтобы обеспечить внезапность нападения. «И в этом он не ошибся. Однако предложение Тухачевского тогда не было принято во внимание. На игре было создано равное соотношение сил. Не нашел выражения и фактор внезапности нападения, отчего игра потеряла основную стратегическую остроту. Произошло фронтальное встречное столкновение в форме традиционных пограничных сражений… – вспоминал в 1960-е годы Г.С. Иссерсон, командовавший тогда соединением на стороне Тухачевского. – Тухачевский был явно разочарован. Игра в таком виде не могла, по его мнению, проверить и проработать на одном из главных театров войны наши оперативные возможности»161.

Это разочарование – ничто по сравнению с тем, что ждало маршала уже через несколько месяцев.

Глава 8

Кровавый закат: Последний бой маршала Тухачевского

Рожденные в года глухие

Пути не помнят своего,

Мы, дети страшных лет России,

Забыть не в силах ничего.

А. Блок

Со времен XX съезда партии вышло множество исследований, посвященных «Делу военных». Чудовищное истребление всей армейской вертикали, бессмысленность происходившего даже на фоне других «образцово-показательных процессов» сталинского времени закономерно привлекали внимание специалистов. Однако все эти работы строились лишь на фрагментарной информации из следственного дела, в основном опубликованной в партийной печати вскоре после реабилитации невинно осужденных. В постсоветское время интерес к теме сталинского периода жизни участников этого знакового историко-политического сюжета – обвинителей и обвиняемых – угас, а так и не заполненные фактологические лакуны остались. И породили множество искажений сложнейшего периода жизни страны, бросившего тень на значительный отрезок ее будущего.

Прошло несколько месяцев после триумфального визита Тухачевского в Лондон и Париж, и ему вновь предстояла поездка по тому же маршруту: на сей раз – для участия в церемонии коронации короля Великобритании Георга VI. Однако визит неожиданно отменили: над маршалом сгустились тучи. «Предупредительный выстрел» прозвучал на пленуме ЦК ВКП(б), проходившем с 23 февраля по 5 марта 1937 года. Выступая там, нарком обороны Ворошилов сказал: «В армии к настоящему моменту, к счастью, вскрыто пока не так много врагов. Говорю “к счастью”, надеясь, что в Красной Армии врагов вообще немного. Так оно и должно быть, ибо в армию партия посылает лучшие свои кадры: страна выделяет самых здоровых и крепких людей… Я далек, разумеется, от мысли, что в армии везде и все обстоит благополучно. Нет, совсем не исключено, что в армию проникли подлые враги в гораздо большем количестве, чем мы пока об этом знаем…»1

Нарком многообещающе обмолвился:

«Я уже говорил и еще раз повторяю: в армии арестовали пока небольшую группу врагов; но не исключено, наоборот, даже наверняка и в рядах армии имеется еще немало невыявленных, нераскрытых японо-немецких, троцкистско-зиновьевских шпионов, диверсантов и террористов. Во всяком случае, для того чтобы себя обезопасить, чтобы Красную Армию – этот наиболее деликатный инструмент, наиболее чувствительный и важнейший государственный аппарат – огородить от проникновения подлого и коварного врага, нужна более серьезная и, я бы сказал, несколько по-новому поставленная работа всего руководства Красной Армии.

Мы без шума – это и не нужно было – выбросили большое количество негодных людей, в том числе и троцкистско-зиновьевского охвостья, и всякого подозрительного, недоброкачественного элемента… Это, во-первых, комкоры Примаков и Путна – оба виднейшие представители старых троцкистских кадров…

За время с 1924 года, с того времени, как Троцкий был изгнан из армии, – за это время вычищено из ее рядов большое количество командного и начальствующего состава. Пусть вас не пугает цифра, которую я назову… Только за последние три года – 1934–1936 [гг.] включительно – уволено из армии по разным причинам, преимущественно негодных и политически неблагонадежных, около 22 тысяч человек, из них 5 тысяч человек как явные оппозиционеры.

…Товарищ Сталин неоднократно говорил и часто об этом напоминает, что кадры решают все. Это – глубокая правда. Кадры – все! А кадры Рабоче-Крестьянской Красной Армии, которым тов. Сталин уделяет колоссально много времени и внимания, являются особыми кадрами»2.

После ареста военного атташе в Великобритании В.К. Путны и заместителя командующего Ленинградским военным округом В.М. Примакова, после ареста А.С. Енукидзе, незадолго до того исключенного из партии и лишенного всех постов, Тухачевский отлично понимал, что кольцо вокруг него сжимается. Запрет на поездку Тухачевского на коронацию английского короля Георга VI (де-факто – на выезд из страны) заботливо декорирован. 22 апреля 1937