Танцующая со Смертью 2. Лабиринт надежды - Юлия Сотникова

-- Ты действительно этого хочешь? -- в голосе Дантариэля проскользнули непонятные мне нотки. Словно он... боялся. Вот только с чего бы Дарракши-Лан бояться?

-- Хочу, -- я медленно приподняла подбородок и заставила себя посмотреть ему в глаза. -- Если ты не уважаешь меня, так пощади, хотя бы чувства своей невесты. Не думаю, что ей понравится устроенное тобой представление.

-- Пощадить чувства невес... -- несколько огорошено начал было мужчина и внезапно рассмеялся. Счастливо, заразительно и облегченно. -- Ты сумасшедшая, знаешь об этом? Самая чокнутая Чувствующая в мире и именно поэтому, наверное, я так сильно тебя люблю. Хочешь познакомиться с моей невестой? -- не обратив внимания на мой огорошенный вид и отчаянье, мелькнувшее во взгляде, он чуть отстранился, что-то достал из кармана, сжав в кулаке, и только после этого хитро взглянул на меня. -- Рианоэль, как ты думаешь, где меня носило все это время?

-- Понятия не имею, -- я изо всех сил старалась сохранить хладнокровие и не рвануть прочь.

-- Если бы ты меня об этом спросила, я бы ответил, что две последних недели как идиот метался между нашими землями и старался найти подходящий дом, в который приведу свою жену. Точнее два дома: один здесь, а другой на землях моего народа.

-- Меня это не каса...

-- Также, -- перебил меня Дантариэль и продолжил, чуть приблизившись и обхватив мои сцепленные за спиной руки, словно боялся, что я могла убежать, -- я заканчивал и передавал все свои дела, чтобы иметь возможность без каких либо казусов, вступить в должность посла Дарракши-Лан на землях людей. Тем более что после того, как Тайра родит сына, именно он будет наследным принцем.

Здорово, значит, мне придется лицезреть его счастливую семью всю оставшуюся жизнь, если я захочу сохранить хорошие отношения с Нечистыми. Впору было выть от счастья!

-- А еще, -- внезапно Дан прижал меня к себе так сильно, что на миг у меня перехватило дыхание, и едва ли не замурлыкал на ушко, -- это время я потратил на мечты о том дне, когда увижу ту, кого люблю больше жизни в белом платье с символами нашего рода. Символами, -- он чуть отстранился, следя за тем, чтобы я слышала каждое его слово, -- вышитыми золотом на белоснежном полотне. -- Поднеся руку к моей щеке, он дразнящее прикоснулся к коже и медленно спустился вниз, к лифу, туго обтянувшему мою судорожно вздымающуюся грудь. -- Ты видишь, лиарни? Золотое на белом. Правда, это прекрасно?

Меня бросило в жар. Дан не мог лгать, это было бы слишком жестоко. Не мог. И не лгал. Это читалось в его глазах, в каждом его жесте, в том, как крепко, словно боясь отпустить, он прижимал меня к себе, как забыв о своем статусе, пытался что-то доказать глупой девице, до сих пор не верившей в свое счастье.

-- А знаешь, любовь моя, о чем я еще мечтал? -- он нежно обхватил пальцами мой подбородок и чуть приподнял его так, чтобы наши взгляды встретились. -- Как загляну в ее глаза и медленно, не спеша, надену на палец кольцо, скрепив клятвы. Как вновь поцелую сладкие губы, сводящие меня с ума. Как назову ее своей и никогда уже не отпущу. Ты ведь понимаешь, о ком я сейчас говорю, не так ли, Рианоэль? Ты же не могла усомниться в моей любви к тебе, лиарни, не так ли? Ты ведь не настолько глупенькая, девочка моя, чтобы подумать о том, что я могу захотеть кого-то другого, правда? Ты ведь доверяешь мне, Рианоэль?

-- Дан... -- дыхание сперло от рвущихся наружу эмоций. -- Я такая дура... О боги, как же я тебя люблю! -- обняв Дантариэля, я уткнулась лицом в его камзол, надеясь, что он не заметил моих слез. Заметил.

-- Действительно любишь? -- приподняв мое лицо, он грозно сдвинул брови, однако глаза его лучились счастьем. -- И будешь любить всегда?

-- Всегда.

-- И не будешь мне перечить?

-- Не буду, -- я отчаянно замотала головой и искренне улыбнулась.

-- Будешь почитать меня своим мужем, и подчиняться во всем? -- его взгляд казалось, проник мне в самую душу.

-- Только если это не будет противоречить моим желаниям! -- мне все-таки удалось вправить себе мозги и не наобещать того, о чем впоследствии смогу пожалеть. Позади нас раздался взрыв хохота -- мы вновь позабыли о свидетелях этого разговора.

-- Так ты согласна стать моей женой? -- улыбнувшись, спросил Дантариэль, не позволив мне отвести взгляд.

-- Да, -- я все же успела заметить, каким торжеством вспыхнули его глаза перед тем, как он надел мне на палец кольцо в форме переплетенных меж собой двух тонких веточек, со звездой на каждом листочке. Я -- Жизнь, целительница, Чувствующая, и он -- Дарракши-Лан, Пьющий Жизнь, моя звезда.

Рядом взревел Рихард, объявив всему миру о сплетении двух судеб, я же, оторвавшись от губ возлюбленного, привстала на цыпочки и потянулась к его уху.

-- Лира ведь знала, не так ли?

-- Конечно, -- он усмехнулся и потерся губами о мою шею, вызвав дрожь удовольствия, -- эта девочка первая, у кого я попросил твоей руки и поверь, досталась она мне ох как нелегко.

-- Ты будешь хорошим отцом, Дантариэль нэй Аррткур, -- я провела языком по его уху и чуть укусила за мочку, заставив дернуться и чуть крепче сжать объятия.

-- Я буду прекрасным мужем Рианоэль и великолепным отцом для всех детей, которых ты мне подаришь, будь то Лирица или те, кто появятся позже, -- произнес он чуть охрипшим голосом, заставив меня довольно улыбнуться.

-- Видимо придется тебе всерьез взяться за Лиру, чтобы через восемь месяцев не ударить в грязь лицом, любовь моя.

Нежно поцеловав застывшего после моих слов принца в щеку, я выбралась из его рук и, медленно пошла прочь, заприметив нетерпеливо прыгающую возле Грейгора Лирицу. Интересно, сколько же времени понадобится Дану, чтобы...

-- Рианоэль!!!

Нет, все-таки иногда меня просто поражала скорость, с которой двигался этот Дарракши-Лан. Нечисть и есть нечисть, что с него взять?

-- Ты уверена? -- голос мужа чуть дрогнул, когда он робко прикоснулся ладонью к моему пока еще плоскому животу.

-- Я Чувствующая, мы это знаем наверняка.

-- Моя! -- сколь нежными были объятия, словно Дантариэль боялся повредить нам с малышом, столь же страстным был поцелуй, которым наградил меня этот принц с самыми прекрасными глазами, которые, я надеялась, скоро будут и у его сына. -- Люблю тебя, жена моя.

-- Люблю тебя, муж мой.

Прижавшись к нему всем телом, я улыбнулась. Вот и у моей истории оказался счастливый конец. Хотя почему же конец? Начало. Это было лишь началом нашего совместного путешествия по дороге жизни. И кто знает, какие приключения ждали нас в будущем. Кстати новость о братике привела Лирицу в такой восторг, что я искренне посочувствовала мужу и всем окружавшим нас мужчинам, которых эта малышка взяла "на обучение, чтобы показать как детей воспитывать надо". И наблюдая, как любимый ласково возился с девочкой, как нежно улыбался мне, я вдруг поняла, что действительно знала, что такое счастье.