Часть вторая (СИ) - Тереза Тур

— Ника! — Ричард до боли сжал плечи, но они так и не перестали дрожать — Чего ты хочешь?!

Голос милорда эхом отразился от серых глыб. Это было так громко, что я мгновенно перестала трястись. Но не рыдать. Тоже, в общем-то, хлеб…

— Ричард, — я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Но оказалось, никто не собирается вести со мной долгие беседы.

— Вероника, пожалуйста — сделай то, о чем я сейчас тебя попрошу. И поверь — это важно. Очень важно. Я все объясню тебе потом — обещаю. А сейчас, пожалуйста, сделай то, о чем я тебя попрошу. Поняла?

— Да, — я кивнула, ничего не понимая.

— Закрой глаза, выдохни, расслабься.

— Ричард! — в этот момент хотелось его убить.

— Ника! Пожалуйста.

— Хорошо, — я сделала над собой усилие. Выдохнула, закрыла глаза, почувствовала успокаивающее тепло перстня.

— Дай мне руки. Сними перчатки, дай помогу — одним движением он сорвал с меня перчатки и крепко взял за руки. — Сосредоточься — чего ты хочешь? Одно желание. Только одно. Пожалуйста, скажи его вслух. Ника — чего ты хочешь?

— Сейчас или вообще?

— Стихии!!!! Ты… ты невозможна! Сейчас, Ника, сейчас — прямо сейчас — ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ?

— Не ори на меня!

— Чего ты хочешь?

— Танцевать! Танцевать хочу! Танго — есть такой страстный аргентинский танец. Так вот я хочу его станцевать, — с тобой! ДОВОЛЕН?

Впечатление было таким, будто кто-то невидимый метнул в меня крюк на веревке, зацепил им за ребра и с силой рванул к себе…

Ричард крепко держал онемевшие пальцы, и, видимо, только поэтому я нашла в себе силы не паниковать.

Вокруг клубилась плотная серая тьма, свистел ветер, и только когда все стихло, я смогла сделать следующий вдох. Очень осторожно. Потом прижалась к родной теплой груди, спрятала лицо и замерла, боясь пошевелиться.

Взяв за подбородок, Ричард поднял мое лицо и счастливо улыбнулся.

— Где мы, Ричард?

— Нигде.

— Ричард…

— Я серьезно, любимая. Это — пустота. Боевые маги используют ее для того, чтобы тренироваться. Здесь можно использовать свой ресурс в полную силу, не боясь навредить окружающим.

— Окружающим людям? — спросила я почему-то шепотом.

— Окружающим мирам — грустно улыбнулся он.

— А… а что здесь делаем мы?

— Исполняем твое желание. Ты не передумала?

— Нет. Танго!

Мы стояли в круглом зале. Блестящий гладкий паркет. Стрельчатые окна по всему периметру. Серая тьма клубилась вокруг, то тут, то там, выхватывая горящие канделябры, лепнину на стенах, чьи-то серые тени…

Пламя вспыхивало само по себе. Горели не только свечи — сноп пламени мог вспыхнуть где угодно — сзади, в углу, между нами!

— Что это, Ричард?

— Это потому, что я — маг огня. Не бойся, он не причинит тебе вреда.

— Да, но… — его теплая ладонь осторожно зажала мне рот.

— Тише… Слышишь?

Я слышала. Музыка. Фортепьяно, скрипка, виолончель… Хлопки и стук каблуков. Но… Как? Где музыканты?

Зал был пуст, только серая, густая тьма. Возможно, я не видела музыкантов из-за нее. Иногда Ричард исчезал — серо-сизый плотный туман окутывал его целиком — я лишь чувствовала тепло его рук и двигалась на ощупь.

Иногда он не видел меня, но вел безукоризненно.

Я ничего не успела понять — на мне были туфли для танго и алое платье, не сковывающее движений. Ричард был в брюках с широким поясом — это все, что удалось разглядеть. Поворот — и между нами пронесся огромный огненный конь. Ричард схватил его за алую гриву, закинул меня ему на спину, провел жеребца вокруг себя и через секунду я уже снова была в его объятиях! Пока мы медленно двигались, стараясь не сбиться с ритма, — огненный конь проскакал вокруг и исчез в серой тьме…

— Мой Анук-Чи… Он принял тебя!

— Какое счастье! — мы разговаривали мысленно. Оказывается, и телепатически можно говорить с сарказмом…

— Ах, так!.. — он рванул меня к себе с такой силой, что зазвенело в ушах.

Нас била дрожь. Страсть сменялась ненавистью, ненависть — болью, боль… Боль уходила. Медленно, капля за каплей двигаясь вдоль вен и вспыхивая пламенем между нами. Мы боролись, переплетая пальцы рук с такой силой, что слезы наворачивались от боли. Мы двигались вокруг друг друга грациозно, мягко, как коты, — никогда не была такой гибкой и легкой, никогда не получала такого животного удовольствия от танца.

Ярость накрыла меня с головой. Наверное, Ричард чувствовал то же самое, потому что всполохи пламени превратились в плотное кольцо ревущего огня. Сейчас — или никогда. Перстень сверкал и переливался, вливая в сердце теплую, сияющую энергию. Музыка стала громче. Быстрее. Ричард держал меня за талию, я успела обхватить его шею, когда все вокруг завертелось, закружилось, оглушило!

Сейчас, или никогда. Или мы выплеснем боль, гнев и обиды наружу, чтобы забыть навсегда, или убьем друг друга, делая сложный поворот! Убьем, сжимая в объятьях, убьем, глядя друг другу в глаза…

Тьма.

Я очнулась от нежного прикосновения ветра. Солнце ласково пригревало, пахло свежестью. Слышно, как скрипит гранитная крошка под ногами, как переговариваются и смеются люди. Где-то вдалеке играют вальс.

Осторожно открываю отвыкшие от дневного света глаза.

Скамейка, опоясывающая огромное дерево. Дерево это похоже на дуб с листьями цвета коралла — их много в императорском парке. Аллея, ведущая к белоснежному замку на холме. Мои руки, затянутые в перчатки на коленях.

В мою сторону, щурясь от солнца, шел мужчина. Он смотрел на небо и улыбался. Улыбался легко, светло и радостно, потому что он простил себя. А еще он знал, что я тоже простила. И его, и себя. Я поняла, что тоже улыбаюсь и… плачу. От счастья. Пустота дала нам шанс начать все с начала.

— Простите, если покажусь вам назойливым, — подошел ко мне мужчина и поклонился, — Но, может быть, вы позволите вам представиться?

— С кем имею честь?

— Ричард Фредерик Рэ, принц Тигверд, бастард его Величества.

— Вероника Журавлева — Очень приятно.

— И мне…

— Разрешите? — кивнул он на скамейку рядом со мной.

ЭПИЛОГ

Все смешалось в поместье принца Тигверда. Мы с Ричардом, дети, мои родители. Фредерик, Брэндон, Милфорд, Швангау, Наташа и Джулиана, Луиза и Денис. Полковник Гилмор с супругой — молодой симпатичной кругленькой женщиной на сносях, Ирвин.

И — конечно же — гордость нашего поместья — щенок.

И это было не какое-то торжественное мероприятие — так. Семейно-дружеская вечеринка. С неприлично-огромным количеством пирожков. Официально мы праздновали выход первого номера «Имперской правды».