Брак на пари - Джейн Эшфорд

— Это так и есть, — сказал Робин. — Вы просто не понимаете.

— Тогда объясни.

Робин почувствовал, что попал в западню. Если он все объяснит Колину, он, возможно, выдаст Эмму. С другой стороны, он не может позволить, чтобы Сент-Моур считал его человеком без чести.

— Мне надо было помочь Эмме, — наконец сказал он.

— Эмме? — переспросил Колин тихим, но грозным голосом.

— Мне надо было как-то занять этого Орсино. Он преследует леди Мэри. А она никак не может понять, что с таким человеком ей и разговаривать-то не положено, не то что ходить на прогулки.

— И что еще? — тем же тоном спросил Колин.

— Что еще? — удивленно повторил Робин.

— Что еще вытворял этот Орсино?

Юноша удивленно смотрел на Колина, обеспокоенный его суровым тоном.

— Он играл со мной в карты, — признался он, но тут же добавил: — Но я согласился с ним играть только для того, чтобы он отстал от леди Мэри. Как только мы от него отвяжемся, я совсем брошу играть.

Колин молчал, и Робин добавил:

— Эмма говорит, что он шулер. Поэтому я ему так много проиграл.

— Какое он имеет отношение к Эмме? — спросил Колин, испытующе глядя на Робина.

— К Эмме? — Робин не знал, что сказать. — Он был другом ее… Эдварда Тарранта. Так она познакомилась с этим прохвостом. И мне совсем не нравится, что она с ним знакома.

— Мне тоже, — тихо согласился Колин.

Он еще несколько секунд смотрел Робину в лицо и убедился, что больше молодой человек о графе ничего не знает. А сам он не сомневался, что Эмма как-то связана с Орсино. Испытывая одновременно облегчение и раздражение от того, что он так ничего и не узнал, Колин молча шел рядом с Робином, заложив руки за спину.

— Этот Таррант, видно, был порядочной скотиной, — сказал Робин, который почувствовал себя гораздо лучше, как только Колин перестал испытующе смотреть на него.

Барон ничего не ответил.

— Мне не хочется это признавать, но, кажется, отец был прав, запрещая Эмме выходить за него замуж.

— Совершенно прав, — согласился Колин. — Разумеется, я этого не знал, когда встретил Орсино с Эммой в Королевской академии. — Робин потемнел лицом. — И леди Мэри была там с ней. Очень неудачно получилось.

— Да, — рассеянно отозвался Колин.

— Но можете на меня положиться — я не выпускаю его из вида, — сказал Робин. — Так что вам не о чем беспокоиться!

Юный Беллингем не так уж прост, подумал Колин. Он был рад, что юноша быстро взрослеет. Уэрхем решил поделиться с ним тем, что ему было известно:

— Тебе скоро не надо будет волноваться по поводу Орсино, — сказал он. — Его выдворят из Англии.

— В самом деле? — Эта новость явно произвела впечатление на Робина. Он даже как будто испытывал зависть. — Чем скорее, тем лучше. Мне надоело терпеть, как он шельмует в карты.

— Еще бы.

Это было сказано таким тоном, что Робин взглянул в лицо Колину:

— Что вы собираетесь сделать с этим мерзавцем?

— Принять меры, чтобы он никому не мог здесь навредить, — жестко сказал Колин.

— Каким образом? Если вам понадобится помощь, я к вашим услугам, — с готовностью сказал Робин.

— Спасибо, но все уже сделано.

— Неужели от меня ничего не потребуется? — обиженным голосом спросил Робин.

— Да нет, больше ничего делать не надо, — заверил его Колин. — Но если возникнет нужда, я к тебе обязательно обращусь.

Робина это не вполне удовлетворило.

— По крайней мере, Эмма успокоится, — подумав секунду, сказал он. — Это уже хорошо. А то она совсем издергалась из-за этого Орсино. — Робин постепенно веселел. — И мне не надо будет с ним общаться. Честно говоря, я его терпеть не могу. — Робин облегченно вздохнул и пошел более упругой походкой. — Мне надо было бы догадаться, что вы это так не оставите, — добавил он. — В конце концов, вы же ее муж.

И он улыбнулся Колину. Тот смотрел на него каким-то пустым взглядом.

— В чем дело? — спросил Робин. — Что-нибудь не в порядке?

Колин покачал головой.

— Ну и ладно. — Робин опять с облегчением вздохнул. — Честно говоря, я рад, что мне не надо больше будет об этом думать, — признался он. — Я просто не знал, как это все прекратить. И я уже проиграл этому негодяю свое содержание за три месяца.

— Я тебе верну эти деньги, — машинально сказал Колин.

На секунду лицо Робина осветилось радостью, потом он сник.

— Нет, я не могу этого допустить.

— Это мой долг, — сказал Колин.

Робин искоса посмотрел на зятя. Как-то чудно он разговаривает, и выражение лица у него какое-то странное.

— Во всяком случае, я рад, что у вас с Эммой все наладилось, — сказал он. Увидев впереди ворота парка, он ускорил шаги. Этот разговор был не из легких.

— А вон и Джек! — радостно воскликнул он. — Не хотите… пройтись с нами.

Колин покачал головой и даже не заметил облегчения, отразившегося на лице Робина. Робин представил ему Джека, и молодые люди пошли в парк. А Колин кликнул наемный экипаж и отправился домой. В голове у него звучали слова Робина: «В конце концов, вы же ее муж. Я рад, что у вас с Эммой все наладилось».

Эмма чрезвычайно взволнована появлением этого дьявола Орсино, думал Колин. Это ясно, хотя как именно он ее допекает — неизвестно. Ну ничего, скоро все кончится. Он по-прежнему не сомневался, что ничего позорного Эмма от него не скрывает. Он был слишком уверен в ее порядочности. Так почему же он сам не предложил ей помощь? Почему, вместо того чтобы злиться на нее, он не сказал ей, что принимает меры, чтобы Орсино выдворили из Англии? Наверняка тогда она ему все рассказала бы. Если бы он дал ей такую возможность… Но он молчал.

— Это все гордость и упрямство, — пробурчал Колин себе под нос.

«Вот приеду домой и сразу все ей расскажу», — решил он. Тогда у них действительно все наладится. У Колина по спине пробежал холодок. А вдруг это уже невозможно? Более того — он сжал кулаки, — таких отношений ему уже мало. Он представил себе Эмму такой, какой видел ее по десятку раз на день, — сидящей за обеденным столом, отдающей распоряжения слугам, быстро идущей по коридору, читающей документы, касающиеся их поместья. Эмма изменила его жизнь.

Колин вспоминал дни, проведенные с ней в Треваллане. С каким пылом и нежностью она отвечала на его ласки! При этом воспоминании у него замерло сердце. Как странно они встретились! А ведь этого могло бы и не случиться.

Он ее любит! Наконец-то Колин понял, что захватившее его могучее сложное чувство — это та самая любовь, которую год назад он совсем было отчаялся найти. Он ошеломленно потряс головой. Как же он этого не понимал? Он думал, что любовь обрушивается на человека, как огромный вал. Оказывается, бывает и по-другому. Вообще-то любовь возникла в его душе при первой встрече с Эммой: он почувствовал к ней физическое влечение, он понял, что они понимают друг друга и смеются над одним и тем же. Но другие составные любви появлялись постепенно, и она росла, пока наконец-то, с большим опозданием, он не осознал, что любит Эмму.