Археолог. Начало (СИ) - Госс Миродар

Но баланс уже был потерян, и Гаст летел спиной на острые скалистые образования. Ударившись, и удивившись прочности брони, Гаст оглянулся, но Бесоформа не было. Подняв голову, увидел тень чернее обстановки. Но и это слишком поздно. Воздух уже разрезался над макушкой, норовая повторить судьбу Августа.

Бесоформ уже предвкушал наслаждение, как по изображению тесионца прошла рябь, и очередная голограмма всосалась. Бесформенный сплюнул смазку чрез срастающиеся губы, и включил сканирующие приборы. Красные лазерные лучи широкими плоскостями охватили пещеру, наполнив кристаллы малиновым свечением. Касаясь их, в пещере становилось всё тусклее, затем кристаллы потухли, оставив только свет сканарования. Земля задрожала. Ослабив силу гравитациии, Бесоформ поднялся над землёй до потолка.

Опираясь на магнитное поле планеты, Бесоформ метался из стороны в стороны, сканируя и проверяя каждую щель в поисках разведчика. Кристаллы дрожали всё сильнее. Кусочки пыли уже ссыпались с их верхушек. Но нерон не обращал на это внимания. Насекомые прозалезали внутрь. Голубое свечение исчезло, вскоре, пространство погрузилось во мрак. Бесоформ продолжал заглядывать за каждый кристалл. Тем временем, Гаст наблюдал, из своего укрытия. Осталось всего две гранаты телепортации. Если успеваешь активировать хотя бы одну, остальное дело техники.

Подсчитывая возможности при столкновении с Бесоформом, произошло удивительное. Кристаллическая пещера заходила ходуном. Земля поднялась. Скалистые образования росли. В тот самый миг, когда Бесформенный пролетал над ними ещё раз, сканируя лучом, Гаст увидел, как кусок скалы расправил конечности. Это оказался тот самый жук, только очень, очень больших размеров. Маленькие жучки перемещались по каменистому покрову, прячась то в одном промежутке, то в другом, убегая от сканирующего лазера. Когда красный луч их касался, они тухли, и больше не двигались.

Гигант-жук потянулся клешнями в сторону нерона, схватил его. Тысячи воздушных ударов, рассекая всё сущее, дробили клешню. Но что-то пошло не так. Каменистая крошка ссыпалась, куски маленькой скалы опадали. Но клещи состояли из точно таких же кристаллов, и они не ломались.

С каждым разрушенным слоем камня это становилось всё более заметным. Голубое свечение переросло в зловещий синий, который темнел ещё, становясь чёрным. Бесоформ вырвался, но чудовищ оживало всё больше. Клешни тянулись к нерону, отсекая иглы-лапки. Вскоре, пещера ожила во всех уголках, и даже сверху на нерона прыгнуло безобразное нечто. Лезвия нерона грозно сверкали, образуя сильные потоки воздуха, от которых даже Гасту тяжело было удержаться на своём месте. Постоянно отсекая каменистые наросты, и открывая этим всё больше светящихся кристаллов, которые тянулись к нему. Нерону оставалось только уворачиваться, убегать из пещеры. Но он не мог себе этого позволить.

Бесоформ вскрикнул. В него с разных сторон вцепились двое. Светящиеся кристаллические жуки. Цвет индиго наполнил пространство, и неубиваемую тень, топ-ранкера Нерона, разорвали. Затем вновь, и вновь. Из динамиков раздавался хрип с помехами, который гас. Мужской голос сменился женским, затем роботизированным, перешёл в писки, которые превратились в сплошные помехи сломанного радио, и замолчал. В один миг, тот, кто считал себя всем, стал никем. Бесоформ, на глазах Гаста, пал. Невиданные чудища, отряхнулись и вернулись по норам. Кристаллы, горящие индиго, погрузились на свои места окончательно, очищенные от многовекового налёта. Безмятежный голубой цвет вернулся, став ещё более ярким.

— Это знак. — Гаст вышел из укрытия. — Падение Нерона скоро.

Вера наполнила его сердце, и он направился дальше. Теперь, надо найти проход. Учитывая, что он не может вернуться. Осталось только вперёд.

За этой шли и другие кристаллические пещеры. Здесь уже преобладал не голубой, а зелёный. Затем, оттенки между голубым и зелёным. Но Гаст, наученный, не дотрагивался.

Кристаллы, которые не разрушить. Он запомнил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вышел на подземное озеро, на дне которого покоились алмазы. Отдавало лазурным сиянием. Затем, обходная дорога закончилась, за озером началась пропасть, отделённая тонкой стенкой. Гаст огляделся, в поисках дальнейших выступов, и увидел, что дальше — вниз. Есть выступы, один под другим, как высокие ступени.

Спрыгивая ниже, перелезая, стало так темно, что любые пучки света исчезли, и даже ночной режим зрения не помогал. Из грудного кармана отделился маленький плоский ящик, в котором разведчик достал плоскую плёнку. Наклеив её на лоб, она засветилась, разрядив светом окружающую обстановку. Но вновь, только тьма открывалось взгляду. Ни дна, ни другой стороны. Лишь уступы, лезть дальше, или обратно. Но Гаст продолжил спуск. Затем, всё упёрлось в откровенную пропасть. Долго оглядываясь, пытаясь найти хоть что-то, за что можно уцепиться, ничего не обнаружил. Сплошная пропасть. Решившись, тесионец достал из другого плоского кармана связку маленьких капсул, выбрал одну, остальные положил обратно. Сжал капсулу двумя пальцами, слабый писк известил об активации. Кинул подальше, отключил ночной режим зрения, ладонью глазные вещи.

Сильная вспышка озарило помещение. Хоть дна он так и не увидел, но через сто метров была другая стена, из которой торчал раскуроченный нос странного космического корабля. Рунные символы на ободе содержали название. Но читать его не стал.

Свечение прекратилось, и на затухании Гаст рассмотрел, что под ним, ещё на пять метров ниже, есть хороший выступ, за которым начиналась новая пещера. Спрыгнув туда, свет фонаря выхватил очертания четырёхметрового потолка, прямоугольные, геометрически правильные стены. Что это за место?

Но нет, это не пещера. Это сопло огромных размеров. Которое, наверно, принадлежало тому же короблю, хоть и было очень далеко от него. Идя внутри сопла несколько часов, и готовясь повернуть обратно, чтобы попробовать найти другой выход, Гаст обнаружил, что оно заканчивается и дальше тоже следует проход. Тоже прямоугольный. Подойдя ближе, он понял, что это вырезано, причем, слегка наискосок. Кто-то выпилил в этом сопле проход. Значит, когда-то здесь были люди. И они пошли дальше. Гаст спрыгнул, и оказался в центре другой пещеры. Здесь по дну тянулся слабый ручеек лазурной воды. Гаст, в надежде, направился вверх по течению.

Много часов Гаст шагал по одинокой пещере, вдоль ручейка. Ходы разветвлялись, он находил чужие вещи. Скелеты. Брошенные бурдюки с водой, которая испарилась, а внутри жила плесень.

Встречались разорванные лохмотья одежды, очень похожей на комбинезон для межпространственного сна. Такие видел в школьных учебниках. Подобрав электронные узкие часы, которые всё ещё показывали время, он направился дальше.

Скелетов становилось больше. Сгроможденные друг на друга, словно всех разом убило, а они так и не успели спастись. Бежали от чего-то. Каждый скелет был в комбинезоне своего цвета. Синие, изредка чёрные, ещё реже белые. Множество работающих часов светилось на костяных запястьях.

На вершине, костяная рука шевельнулась, упала, кости разломились, скатившись кусочками к ногам Гаста. Он откинул их носком. Проход дальше был завален этими грудами костей. Словно их складывали. Да, скорей всего, кто-то перенёс.

Это ли итоги междуособной войны Нерона за независимость? Те самые независимые, которые прилетали сюда, они ли это? Или это экипаж другого корабля? Как-то всё это было вскользь знакомо. За горой скелетов оказалось ровное пространство с множеством вскрытых капсул. Все они пустовали. Панель управления, приделанная рядом, покрыта пылью. Стоило Гасту подойти, как одна из панелей раскрытой капсулы засветилась. Но он не стал притрагиваться, удостоив лишь поверхностным любопытством. Хотя, прикоснуться хотелось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Внутри одной из дальних капсул он увидел силуэт, и подошёл. Сенсорная панель загорелась, раскрыв чёрную трещину, которая тянулась из одного конца стекла до другого. Внутри действительно лежал человек. Но стекло было мутным. Посветив фонариком, он увидел золотистые волосы, спадающие на плечи. Розоватые губы, гордые скулы. Девушка? Но нет, у неё не было глазниц. Веки впали во внутрь. Просто прекрасная мумия, которая очень медленно разлагалась. Одна рука иссохла. Ноги такие худые, что комбинезон просто обтягивал скелет. Но браслет, который Гаст подобрал, неожиданно загорелся. На нём мигал значок человеческого тела.