Референт - Полина Грекова

А Олег смотрел на его счастливое лицо и думал, как бы этот идиот все не провалил. Однако выбора не было.

— Слушай, — говорил Матвей Олегу, — мои друганы языки себе откусят, когда узнают, что я стал президентом «Грависа». Круто!

— Круто, круто, — поддакивал Олег.

— А папашка последний «мерс» купит. Да я и сам теперь смогу себе его купить, правда же?

— Легко.

— Вот это класс!

— Только не делай этого в первый же день, ладно? А то все подумают, что ты стал президентом, чтобы нажиться. Сначала ты должен сделать вид, что тебе ничего не нужно, кроме благополучия фирмы, — Олег говорил с Матвеем, как с ребенком, а потом уже можно будет подумать и о себе.

— Хорошо, куда спешить. Что я, без понятия? На старом поезжу. Ты же скажешь, когда будет можно?

— Скажу.

Олег знал, что будет руководить компанией сам, но не был уверен, что Матвей не начнет транжирить деньги фирмы. Нужно будет как-то ограничить его доступ к счетам.

Матвей, находясь в радостном возбуждении от выпивки и предстоящей большой игры, елозил на кожаной папке, которую подложил под себя — «на счастье». В папке лежали четыре исписанных Олегом листка бумаги с ответами на вопросы и вопросами на ответы, которые Олег подготовил Матвею для предстоящего совещания. Были также резюме Матвея плюс рекомендательные письма, с которыми должны ознакомиться акционеры до начала собрания. Письма и резюме кричали о том, что Матвей — наилучшая кандидатура на неожиданно освободившуюся вакансию.

— Нет, отец точно купит мне «мерс». Я его знаю, — продолжил Матвей. — Он как узнает, сразу разрыв сердца получит. Слушай, Олег, а если вдруг Попова выберут?

— С Поповым я уже пообщался, с ним проблем не будет. Он с нами.

— Да? Вот здорово! Значит, точно меня выберут! — засмеялся Матвей.

— Если не выберут, я тебя убью.

Матвей перестал смеяться. Уставился на Олега.

— Я пошутил, — сказал тот. — Разливай. Матвей кивнул, вылил остатки водки в стаканы.

— Я понял, что ты пошутил, — после паузы сказал он. Вошла Алина.

— Уже все выпили? Ничего себе! — воскликнула она.

— А чего тут пить-то, — удивился Матвей. — Слушай, Алинка, ты такая классная, у тебя случайно подружки нет, похожей на тебя? Я бы познакомился.

Алина покачала головой. Друг Олега ей не очень нравился.

— Классная девчонка. — Матвей подмигнул Олегу и ущипнул Алину.

Она взвизгнула и треснула Матвея по уху.

— Эй, — захохотал Матвей, — ты ударила будущего президента!

— Ну и болван, — проворчала Алина и вышла из кухни.

«Как бы этот придурок все не провалил», — подумал Олег.

Глава 41

Ровно в девять Анна была на работе. Няня пришла в семь часов, охая и ахая, жалея Павла, Наташку и ее маму, ругая милицию, НП и правительство.

В девять Анна была на работе, а в десять ей позвонил секретарь Попова и поставил в известность, что в одиннадцать состоится собрание акционеров, где главным и единственным вопросом будет переизбрание президента.

Анна положила трубку.

— Это конец, — прошептала она.

Анна не заметила вошедшую в офис Галину.

— Аня, что с тобой? Ты бледная как смерть.

Анна вздрогнула, посмотрела на Галину невидящим взглядом.

— Они переизбирают Павла, — едва шевеля губами, произнесла она.

— Не поняла.

— Акционеры переизбирают президента. Павла убирают из его компании. Галя, это все! Все, понимаешь? Павел в тюрьме, и он никогда оттуда не выйдет. Его фирму прибирают к рукам. Все! Понимаешь, все! Я знала, что так и будет. Что все слишком хорошо, чтобы продолжаться долго. Это наказание! Наказание, что я была так счастлива! Что я так быстро забыла Юру. Бог меня наказал!

Анна разрыдалась. Галина некоторое время молча смотрела на бьющуюся в истерике подругу.

— Немедленно возьми себя в руки! — закричала та. — Что ты себе позволяешь? Посмотрел бы сейчас на тебя Нестеров, вот был бы рад! Вместо того чтобы что-то делать, ты позволяешь себя жалеть. Разве не понимаешь, что им только это и надо? Да, мы не можем этого остановить, но я уверена, что еще не все потеряно. Мы будем бороться. Понятно? Где Бровкин? Надо найти его немедленно. Он должен присутствовать на этом собрании. Найди его.

Анна послушно сняла трубку и набрала номер мобильного телефона Леонида.

Леонид пришел раньше акционеров на пятнадцать минут. Он выслушал сбивчивый рассказ Анны и сказал, что в принципе никто не имеет права переизбирать президента в его отсутствие, кроме так называемых форсмажорных обстоятельств. А то, что Павел находится сейчас в тюрьме, именно таким обстоятельством и можно назвать. Значит, собрание вполне законно и полностью отвечает уставу.

— Леня, а как Павел? Когда его освободят?

— Я веду необходимые переговоры. Обвинение ему по-прежнему не предъявляют, и если данная ситуация сохранится, то его освободят уже завтра. Шумиха, которую подняли газеты, этому только поспособствует.

— Господи, быстрее бы!

— К сожалению, мы не сможем оттянуть собрание до того, как его отпустят.

— Ну а потом? Потом можно будет что-то сделать, чтобы он снова стал президентом?

— Посмотрим, к чему будут апеллировать акционеры сегодня, а дальше я сделаю все, что от меня зависит.

— Спасибо, Леня.

— Пока не за что.

Ровно в одиннадцать все шесть основных владельцев акций компании «Гравис» сидели за столом в кабинете Павла. Они расположились в том же порядке, что и в прошлый раз. Все были несколько напряжены, кроме Матвея. Он невозмутимо пил из стакана прохладную «кока-колу». Анну и Леонида также пригласили поприсутствовать, и они сидели в конце длинного стола. Обязанности по ведению совещания взял на себя Попов.

— Итак, господа, — начал он, — вопрос, который сегодня мы будем рассматривать, как вы знаете, переизбрание президента. Павел Нестеров достойно управлял компанией в течение ряда лет, но в последнее время, к сожалению, его деятельность стала, мягко скажем, сомнительной и поставила под угрозу не только финансовое положение фирмы, но и ее репутацию. На прошлом собрании мы дали ему шанс реабилитироваться, но вчерашний арест показал, что это было ошибкой. По всей видимости, он предоставил нам ложную информацию, которая ввела нас в заблуждение. Теперь нет никаких сомнений, что Нестеров вел двойную игру.

— Это неправда! — воскликнула Анна, подскакивая с места. — Это неправда.

Леонид попытался урезонить ее взглядом, но Анна не обратила на него внимания. Попов поморщился:

— Уважаемая Анна Николаевна, мы позволили вам присутствовать на этом собрании. Будьте добры вести себя подобающим образом.