Слезы дракона - Брайан Дэвис

— Драконы, — сказал Билли, глядя прямо перед собой.

Уолтер помахал рукой перед глазами друга:

— А что с ними?

Билли перехватил руку Уолтера, остановив ее:

— Песня Мерлина. В ней сказано, что они должны выбрать.

— Что выбрать?

Билли зажал уши. Песня Мерлина снова звучала у него в голове, и он хотел правильно разобрать все слова.

— Слушай. В ней говорится, что они должны сами выбрать, как ходить по земле — касаясь ее когтями или ногами. — Он опустил руки и сжал кулон. — Это означает, что они могут стать людьми и это свечение может преобразить их, если они сделают такой выбор.

Уолтер подставил руку под луч белого света, бивший из камня, который ярко высветил пятно грязи у него на ладони.

— Кто захочет стать человеком? Я думаю, что быть драконом — это просто классно.

— Можно не сомневаться, — ответил Билли, — но они не захотят обладать человеческой душой? И уж конечно, они не захотят в конечном счете снова оказаться в Гадесе.

У Бонни блеснули глаза. Ее ореол немного померк, но все продолжал светиться, придавая ей разительное сходство ангелом.

— В этой песне говорится о чем-нибудь еще? — спросила она.

— Да. Говорится, что антрозилы тоже могут сделать выбор.

Бонни ткнула пальцем себе в грудь:

— Ты хочешь сказать, что и мы можем сделать выбор? Какой же?

Билли снова заткнул уши, на этот раз зажмурив и глаза, чтобы полностью сосредоточиться на стихах.

— В песне говорится, что свойства дракона обретут человеческие черты, и чешуя отпадет.

Бонни вскинула брови. Она проглотила комок в горле, и ее крылья затрепетали.

— Но как?

— Не это ли случилось с сэром Патриком? — спросил Уолтер. — Я хочу сказать, когда-то он был Валкуром, а теперь говорит, что в нем ничего не осталось от дракона.

— И его турмалин стал белым. — Билли поднял руку и показал кольцо Бонни и Уолтеру. — Турмалин моего отца сейчас красный, но когда я носил его в поселении, он был белым.

— Мой тоже, — сказала Бонни, показывая одолженное ею кольцо. — В нас сейчас нет свойств драконов.

Билли сунул руки в карманы и ускорил шаг. Уолтер и Бонни поспешили за ним.

— Есть только один способ прикинуть, что делать, — сказал Билли, приковавшись взглядом к стоянке перед центром посетителей.

— То есть прямо из первоисточника?

— Ага. Я думаю, сэр Патрик знает гораздо больше, чем рассказывал нам.

20

Оракулы огня

Когда Билли и его друзья появились на стоянке, она выглядела как лазарет для сортировки раненых. «Субару» Карла был единственной машиной на виду, а несколько драконов и рыцарей осторожно ковыляли с места на место, словно проверяя, выдержат ли их тела путешествие. Эшли ухаживала за ранеными, склоняясь то к одному, то к другому, каждому говорила что-то ободряющее, но сама была уже полумертвой от усталости.

Билли заторопился, чтобы помочь отцу и Карлу усадить Фиске в «субару». Когда они пристроили его рядом с Вудроу, рыцарь, подавив стон, улыбнулся и кивнул Билли:

— Спасибо, юноша. Для меня было честью сражаться рядом с вами.

Билли хлопнул его по плечу:

— Как и для меня. — Откровенно говоря, он не знал, что еще сказать, и поэтому только кивнул и отошел.

Джаред заглянул в багажник.

— Смотрите, что я нашел! — воскликнул он, извлекая Fama Regis.

Отец открыл книгу где-то на середине, и Билли глянул из-за его плеча. На обеих страницах были знакомые древние руны.

— Ты когда-нибудь думал перевести ее всю целиком?

— Много раз, но все эти истории напоминают мне о том, как я потерял свою жизнь дракона. И это слишком больно. — Джаред закрыл книгу и прижал ее к груди. — Но сейчас я думаю, что наконец займусь этим.

Карл приоткрыл заднюю дверцу:

— Кому-нибудь еще надо сейчас уезжать?

Джаред положил руку на плечо Мэрилин:

— Тебе необходимо ехать и обследоваться. По крайней мере, получить противостолбнячный укол.

Она прижалась к нему:

— Я не оставлю тебя. Ни на секунду.

Когда Карл захлопнул дверцу, сэр Барлоу доковылял до «субару» и положил руку на капот:

— Если бы мне представилась возможность сопровождать моих друзей, я был бы весьма рад. Может, им потребуется кровь или даже песня, чтобы поднять настроение.

Вудроу закатил глаза, а Билли с трудом подавил смешок.

Карл открыл переднюю дверцу:

— Садитесь впереди рядом со мной. Петь будем вместе.

Пока Барлоу залезал в машину, к Билли, стоявшему у дверцы водителя, присоединились Уолтер и Бонни. Билли кивнул группе людей и драконов, собравшихся у ближайшего фонарного столба. Эшли стояла рядом со своей матерью и, приподнявшись на цыпочки, что-то шептала ей на ухо, а Шелли, Карен и Шайло переходили от дракона к дракону, счищая с них остатки липкой черной массы.

— Похоже, Тигозия хочет привести всех драконов в полный порядок, — заметил Билли.

Уолтер сложил руки на груди:

— Ага. А вот идет человек, с которым нам надо поговорить.

Сэр Патрик, прихрамывая, добрался до машины. Галька крепко держала его за руку.

— Альберта уже поработала над твоей ногой? — тоненьким голоском спросила она.

Патрик прислонился к задней дверце:

— Альберта? Кто такая Альберта?

— Это Эшли, — объяснила Бонни. — Галька называет ее Альбертой.

Высвободив руку, сэр Патрик потрепал Гальку по голове:

— Альберта уже выжала весь яд, юная леди. И со мной все будет прекрасно.

Галька подбежала к Эшли и прыгнула к ней на руки.

Вздохнув, Патрик протянул руку Билли:

— Отлично получилось, молодой король.

Приняв руку Патрика, Билли крепко сжал ее:

— Спасибо, сэр Патрик, но если вы не против, я бы хотел, чтобы отныне меня называли по имени.

— Очень хорошо. Я буду называть своего отбывающего друга просто Уильямом.

— Мне это нравится.

Билли осмотрелся. Его отец был поглощен беседой с Карлом, и похоже, ехать они не торопились. Он махнул Уолтеру и Бонни, чтобы те подошли поближе.

— Послушайте, сэр Патрик. У нас есть к вам вопрос. В песне Мерлина говорится… что драконы размышляют, становиться им людьми или нет, и что камень кулона может это сделать. Можете ли вы что-нибудь рассказать нам об этом?

— Да. Я пришел сюда именно с этой целью.

Патрик посмотрел на темнеющее небо; его глаза были затенены густыми бровями.

— Это длинная история, которой вы еще не слышали, но суть ее уловить несложно. Когда король драконов умирает и переходит из мира драконов в мир людей, то переход от одного существования к другому на какое-то время остается открытым. Мощь этой трансформации поддерживается с энергией перехода — но только для тех, у кого есть вера и желание полностью отказаться от прежней жизни, что позволяет энергии полностью смыть то, что осталось от сущности дракона.