'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Ясно. Вот почему собор назвали его именем.

– Он заложил фундамент этого собора, султанша.

У меня возникло чувство, что Селене нравится называть меня султаншей. Может, из-за того, как она произносила это слово – с придыханием на первом слоге и с визгливыми нотками.

– Ну ладно, – сказала я. – Но ты ведь не восточная этосианка. Ты как-никак дочь императора Иосиаса.

– Я… поменяла веру. Думаю, восточные этосиане идут верным путем.

На самом ли деле она поменяла веру? Или, как и я, заставила себя?

– С чего вдруг?

– Как ты, вероятно, знаешь, восточные этосиане поклоняются Мароту как правой руке Архангела, а не Цессиэли. После всего, что нам пришлось испытать, я считаю, что это правильно.

Да уж, Марот продемонстрировал свою силу в пустыне. Но потом Лат собственноручно уничтожила его вспышкой молнии, прежде чем саму Лат уничтожила Хавва.

– Ты ведь была там, Селена. И видела смерть Марота.

– Нельзя доверять даже своим глазам, султанша. С их помощью часто испытывают прочность нашей веры.

Как и Кева, она слепа осознанно. Хм. Я понимаю притягательность религии, но не верить собственным глазам? Собственные чувства – единственное, что у нас есть.

– Так, значит, ты перешла в другую секту вашей религии. Что ж, я поступила так же, и даже не единожды. В этом нет ничего страшного. Я лишь надеюсь, что это не отдалит тебя от отца.

– Почему тебя это беспокоит?

– Потому что ты должна убедить его покорить города на Юнаньском побережье.

Она тяжело вздохнула.

– Ох… Вот почему ты хотела меня видеть.

– Ты ведь еще ему не написала?

Селена покачала головой, потупившись.

– Почему? Он же твой отец.

– Что я ему скажу? Боюсь, он не поймет моего предназначения.

– Твоего предназначения в качестве избранницы Марота?

Селена заглянула мне в глаза. У нее по-прежнему была такая невинная улыбка. Обезоруживающая.

– Марот велел служить тебе, султанша. Если ты хочешь, чтобы я написала отцу, конечно, я напишу. Только скажи, что написать.

Ее раболепие начинало напоминать Веру. Но корни были совершенно иными. Селена связана со мной верой, и пока это повеление в силе, я могла ей доверять.

– Потяни за его душевные струны. Только ты можешь это сделать. Напирай на то, что я его союзник. Ты знаешь, чего хочет твой отец?

– В смысле политически?

Я кивнула.

– Я знаю, что после поражения, которое нанесли крестейской армии Мурад и Кярс у Сир-Дарьи, отец ослаблен. Но я не знаю, каково его положение при дворе. Полагаю, чтобы оставаться императором священного Крестеса, ему нужна триумфальная победа.

– И мы дадим ему такую. Баркам контролирует из Доруда прибрежные города, но его силы разрозненны. Стены фортов рассыпаются. Уверена, твой отец может захватить все прибрежные города, как не так давно сделали пираты.

– Но разве эти города не входят в Аланью?

– Аланья. Разве она еще существует? – Я закатила глаза. В последнее время я частенько это делала. – Мы предложим Баркаму соглашение. Но к этому времени он должен стоять на коленях. Чтобы у него не было выбора.

– Понятно. Но мне кажется, тут есть одна проблема.

– Какая?

– Чтобы добраться до городов на берегу Юнаньского моря, ему придется плыть мимо Эджаза. Смогут ли его корабли остаться незамеченными флотом Рыжебородого? Ведь Сирм по-прежнему обладает самым мощным флотом.

Я раздраженно вздохнула. О Рыжебородом я и забыла. Честно говоря, я вообще не думала о Сирме. И напрасно, учитывая, как серьезно он может навредить моим планам.

Передо мной встал епископ. Я не знала, как его следует приветствовать, и просто приложила руку к сердцу. С любезной улыбкой он сделал то же самое. Я сказала ему, что собор прекрасен, и похвалила за то, что поддерживает эту красоту. И епископ пошел дальше.

– Мы найдем способ разобраться с Рыжебородым и Сирмом, – пообещала я Селене. – А пока напиши отцу. Он не ответил на нашу просьбу об оружии, но не могу представить, чтобы он проигнорировал своего единственного ребенка. А жестокая правда такова, что нам пригодятся все возможные союзники.

– Понимаю, султанша. Я сделаю все, о чем ты просишь. Можешь на меня рассчитывать.

Она была такой прилипчивой. Если бы она еще чуть-чуть похудела, то выглядела бы в точности как Вера. У них были похожие рыжеватые волосы и светлая кожа, но у Селены более резкие скулы и четкий подбородок по сравнению с мягкими чертами Веры. В любом случае мне требовалась преданность, а Селена мне ничего не стоила, что весьма ценно.

Сидя напротив Селены в экипаже по пути к Песчаному дворцу, я думала о Кеве. Он не дурак, как бы мне этого ни хотелось. Сирмянин. Друг шаха Мурада и других влиятельных сирмян, включая Рыжебородого. Очевидно, что он использует свои связи против меня.

Каждый раз, когда я смотрела на Селену, то замечала, что она не сводит с меня взгляда. Она тут же отворачивалась, но слишком медленно. Она восхищалась мной. И я использовала ее восхищение в своих целях. Я с легкостью использовала других, хотя от этого мне было немного неловко.

– Я так и не успела по-настоящему тебя узнать, – сказала я. – Все так закрутилось.

– Что ты хочешь знать?

– Ты, Зедра и та рыжая сирмянская принцесса… вы ведь были так привязаны друг к другу.

Она прикусила сухую чешуйку кожи на нижней губе.

– Да, верно. Зедра обещала отправить меня домой. А Сади всегда была добра и заботилась обо мне.

– Дочь Мурада может убедить его выступить против нас. Но если она к тебе привязана… Что ж, возможно, мы сумеем этим воспользоваться.

– И это ей как-то навредит?

– Тогда ты будешь меня презирать? Все это время она стояла у меня на пути.

Селена напряглась, а потом еле заметно покачала головой.

– Есть история об одном апостоле. Апостоле Бенте. Архангел вдохновил его на путешествие в тысячу миль через ледяные холмы. На берегу замерзшей реки он наткнулся на деревушку. И одна семья его приютила, хотя сама еле выживала, – традиции предписывали давать приют путникам. Однажды Архангел повелел Бенту перерезать горло их младшему сыну, который еще даже не начал ходить.

– Остановись, – прервала ее я со скучающим зевком. – Я знаю конец этой истории. Ребенок должен был стать тираном, верно?

Селена кивнула.

– Архангел хотел спасти страну от тирана, поэтому Бент убил дитя в колыбели. Откуда ты знаешь?

– У нас есть похожая история. Расскажи, как восприняла это семья.

– Когда Бент объяснил им божественную волю, они возрадовались. И тут же приняли веру в Архангела, став самыми пылкими его последователями.

– Ну еще бы. – Мне хотелось с