Сафари во времени - Екатерина Тимохова

Я почувствовала, как чья-то рука успокаивающе опустилась мне на голову, и тепло разлилось по всему телу. Испытав успокоение, я открыла глаза. Пешехонов прилег рядом на мою кровать и шептал мне:

- Тихо, тихо, Эмилия. Это только сон. Проснись, я с тобой.

Я посмотрела на него, такого любимого и такого дорого. Ах, если бы можно было хоть что-то изменить. Если бы это действительно был только сон. Но Видящая была права. Он мешает мне, слишком согревает меня. Рядом с ним я счастлива, и значит никогда не смогу управлять этой силой всерьез. Но сейчас мне хотелось украсть у жизни эту минуту счастья. Только минуту! А завтра... завтра я стану той, кем хочет сделать меня Вселенная.

- Конечно, Лёша! Это был только сон, - соврала я, вытирая слезы и прикасаясь губами к его губам. Он, кажется, ожидал этого и обнял меня крепко и вместе с тем удивительно нежно. Мы оба почувствовали, как наша непреодолимая страсть друг к другу наконец-то может безнаказанно вырваться и заполнить все вокруг.

- Ты хочешь быть со мной? - спросил он.

- Да, - ответила я, нисколько не сомневаясь.

И преграды между нами рухнули. Мы как можно быстрее стянули с себя одежду, и припали друг к другу обнаженными телами. О! Как я мечтала об этом! Как ждала этого! Комната, такая прохладная до этого, теперь казалась жарким пеклом. Его горячее тело так возбуждало, что разум просто затуманился. Я уже не понимала, что творю, и не могла остановиться. Я прижималась к нему, насколько мне хватало сил, а он покрывал мое тело горячими поцелуями. Мы любили друг друга до полного безумия и безрассудства. Я будто оказалась в тумане, окружающем Долину. Мне не хватало воздуха, я задыхалась от сумасшедшего влечения. Никогда и ни с кем в своей жизни не испытывала такого. Я словно потерялась во времени и пространстве. Порою мне казалось, что прошли минуты, порою, что часы. Но я не хотела, чтобы это когда-то прекратилось. Более того, я понимала, что именно так хочу провести свою вечность!

И вот, наконец, испытав полное блаженство, выжатая как лимон и мокрая от пота, я в изнеможении откинулась на сбившиеся подушки. Алексей пролез под мою руку и положил голову на мою вздрагивающую от неровного дыхания грудь. Он закрыл глаза, а я обняла его и поцеловала. Он мягкими движениями ладони все еще поглаживал меня по животу и бедрам. Дышал тяжело и весь покрылся испариной. Я усмехнулась, а он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

- Что-то не так? - спросил он.

- Нет, что ты, - заверила я. - Просто не думала, что ты можешь так быстро выдохнуться.

Он хотел что-то возразить, запнулся, понял, что я шучу, и рассмеялся тихим грудным смехом, который я первый раз слышала от него. Теперь и я уже не смогла сдержать хохота. Мы смеялись вместе до колик в животе. И со смехом словно отпускали боль и печали прошедших дней.

- Это ты обладаешь силой Видящей, - сказал он, вдоволь насмеявшись. - Боюсь, я не в силах ублажать тебя больше этих трех-четырех часов, что мы провели сейчас вместе.

- Три часа? - ужаснулась я. - Не может быть, чтобы прошло уже столько времени. Мне казалось, какие-то минуты, если не секунды.

Алексей встал с кровати, и, не прикрываясь, подошел к большому высокому окну. Он раздвинул тяжелые шторы, и нашим взглядам представилась глубокая темная ночь. Я скользнула вслед за ним и подошла к окну. Перед нами как на ладони, подсвеченная кострами и факелами, лежала Долина Инферин. Моя судьба и предназначение. Я поежилась. Теперь, когда мы без движения стояли здесь, снова стал ощущаться холод каменных стен и полов. Алексей заметил это и встал позади меня, обнимая и согревая. Удивительно, что он всегда остается таким горячим. Я чувствовала себя бесконечно уютно и счастливо в его руках. Если бы только это могло продлиться дольше. Но я знала, что этому не бывать. Мне не удалось сдержать тяжелый вздох.

- О чем грустишь? - Пешехонов сразу заметил перемены в моем настроении. Я снова ушла к кровати и залезла под одеяло, отвернувшись от него. Не знала, что и ответить. Раздумывала над тем, стоит ли рассказать ему то, что знаю я. Или лучше промолчать? Он лег рядом и провел рукой по моему плечу.

- Лёш, а что если нам не судьба быть вместе? - вдруг спросила я, зарываясь носом в подушку, чтобы снова не разреветься.

Он развернул меня к себе лицом, и я увидела, как он нахмурился.

- Глупости! Теперь мы всегда будем вместе. Обещаю! Куда бы ты ни пошла, последую и я.

Я получила ответ на свой вопрос. Он ничего не должен знать. Совершенно ничего! Иначе я просто не смогу отослать его из Долины.

- Конечно, - шепнула я ему и поцеловала, - конечно, Лёша. Прости, что мучаю тебя своим пессимизмом.

- Ну, кто-то должен мыслить рационально, - засмеялся он и притянул меня к себе. - Точно знаю, у нас все будет хорошо. Уже вижу, как мы возвращаемся домой, как живем там вместе долго и счастливо. Я куплю нам новый большой дом у озера, заведем пса и пару кошек. А потом у нас родится сын и две очаровательные девочки-близняшки. Мы будем всей семьей путешествовать по миру и иногда возвращаться сюда, чтобы навестить Тома.

- Ха-ха, - отозвалась я, умиляясь, - не слишком ли ты поспешил с количеством детей? Хочешь сделать меня страшной толстой домохозяйкой?

- Эмилия, ты всегда будешь для меня самой красивой и самой любимой женщиной на земле! - возразил Пешехонов и лег на спину, мечтательно разглядывая сборки балдахина. Потом глаза его медленно закрылись, он глубоко вздохнул и почти сразу уснул.

Я смотрела на его лицо, длинные темные ресницы, подрагивающие во сне, и чуть приоткрытые губы. Прислушалась к мерному дыханию. По щеке медленно ползла предательская слеза. Сердце сжалось. Я убрала с его лица прядь волос и чуть прикоснулась губами к его щеке. Он повертелся, улыбнулся во сне, перевернулся на бок и снова засопел.

Еще никогда в жизни мне не было так больно и так жалко себя. Но я должна была набраться сил, стиснуть зубы и сквозь эту боль сделать то, что от меня требуется. Я не принадлежу себе. Я принадлежу миру.

Эпизод тридцатый

Расставание

Долина Инферин, август 2015 года

Уже совсем рассвело. Я пролежала без сна с открытыми глазами весь остаток ночи. Почти все время плакала, и лишь к утру слезы высохли. Алексей, просыпаясь, потянулся на своем месте и повернулся ко мне. Увидел, что я не сплю, пододвинулся, вплотную зарывшись носом в мои волосы, и с удовольствием вдохнул.

- Давно не спишь?

Я утвердительно кивнула головой. Он прикоснулся рукой к моей груди и вздрогнул.

- Ты холодная как смерть, - Лёша удивленно разглядывал меня, - иди ко мне, я согрею тебя.

Он принялся растирать мои конечности и согревать своим дыханием. Я тут же почувствовала, как от его кожа просто пышет жаром. Его объятья дарили мне покой и уют. Он словно был солнцем, от которого поднимается настроение и проходит печаль. Лёша уже хотел продолжить вчерашние ласки и даже попытался развести меня на очередные несколько часов удовольствия. Но я легонько оттолкнула его, и он насупился, отвернувшись в другую сторону.