Сафари во времени - Екатерина Тимохова

- Вас обманули, - громко произнесла я. Да так, что эхо, оттолкнувшись от стен дальних домов, вернуло слова ко мне. Я заметила, как сбоку кто-то из подельников Верманда пытается подкрасться ко мне и Алексею. Не поворачивая к нему лица, я сказала так, что бы слышно было только ему:

- Не смей даже приближаться, если не хочешь застыть на месте навсегда.

Человек замер, кинул косой взгляд Верманду и тот недовольно кивнул головой. Не обращая на них внимания, я продолжила:

- Принц жив! - воскликнула я. - Не наши друзья, а сам Верманд пытался убить его, чтобы завладеть властью над Долиной.

- Как?! Быть не может! Верманд не мог! - послышалось с разных сторон.

- Как же нам узнать, что это истинный принц? - вдруг спросил Верманд, понимая, что народ на его стороне. Толпа загудела, доверяясь своему лидеру, а не мне, чужестранке, взявшейся неизвестно откуда.

- Уж ты-то точно знаешь как, - ни капли не смутившись, отчеканила я, - лишь Золотой Обелиск выбирает правителей Долины Инферин!

Все, кто служил Верманду верой и правдой, заинтересовано рассматривали меня и Алексея. Рокстен и Баладилен тоже были тут. Они стояли рядом со своим вождем, но уже не были так уверены в его словах. В их глазах читалась растерянность. Они видели мою силу в действии. И знали, что я должна была привести короля. Бал, рискуя заработать недовольство от Верманда, отдал охранникам приказ отпустить Катрину и Томми. Те, пользуясь случаем, спешно продвигались ко мне. Толпа загудела. То и дело стали раздаваться крики: "Пусть докажет!", "Если он принц, то пусть окропит своей кровью Обелиск!" Я кивнула Пешехонову. Теперь дело стало за ним.

- Я пол тронного зала залил своей кровью. Может, этого достаточно? - в своей обычной манере пошутил Алексей. И как он мог делать это?! Сейчас решалась его судьба, он только что был на волосок от смерти, почти уже погиб, но все равно продолжал шутить. Хотя, возможно, так он лишь пытался скрыть свое волнение. Я послала ему устрашающий взгляд, и он понял, что сейчас мне совсем не до шуток. Я подошла к первому попавшемуся воину. Тот в ужасе отшатнулся от меня. Я успокоила его прикосновением и попросила отдать мне оружие. Он дрогнувшей рукой, нехотя, вытащил кинжал из ножен и протянул мне. Я подняла кинжал над головой и показала его народу. Те снова загудели: "Кровь короля! Кровь короля! Кровь короля!"

- Изверги, - проворчал Алексей себе под нос и с трудом - все же он был еще очень слаб - поднял руку над головой, чтобы все могли это видеть. "У-у-у!" - зашумел народ в восторге. Пешехонов полоснул кинжалом по ладони, и из нее бурыми каплями потекла кровь. Алексей посмотрел на меня, как на свою опору и подспорье. И я кивнула ему, но скорее приказывая продолжать, чем оказывая поддержку. Он вздохнул и неуверенно шагнул к Обелиску. Толпа затихла. Все затаили дыхание, ожидая того, что должно случиться.

Пешехонов закрыл глаза, наверное, молясь про себя, чтобы все это, наконец, закончилось, и прислонил руку в то место, где на золотом полотне была выгравирована человеческая ладонь. Мы, стиснув кулаки, ждали, но совершенно ничего не происходило. Алексей посмотрел на меня, а потом на Верманда, который скрестил руки на груди, довольно улыбаясь. Катрина уже стояла возле меня. Она громко вздохнула и схватила меня за руку. В этот момент из толпы раздался возглас:

- Он не принц! Обелиск не принял его! Они обманом хотели завладеть Долиной!

- Подождите! - вскрикнула я. - Стойте! Этого не может быть! Он принц! Я видела это! Видящей было предсказано, что я приведу в Долину Инферин истинного правителя! Я видела его во снах! Это должен быть он!

И обратилась к Пешехонову:

- Лёша! Сделай же что-нибудь или нам конец!

Он еще раз разрезал ладонь и с силой вжал ее в углубление, при этом рассматривая Обелиск в надежде найти хоть что-то, что поможет ему его активировать. Но снова ничего не произошло. От ора в толпе стало невыносимо. Я закрыла руками уши и беспомощно смотрела на Алексея. Тот грустно помотал головой:

- Нет, провидица, ты ошиблась. Я не принц. Прости, что не оправдал надежд.

Он хотел подойти ко мне, но его остановили. Схватили под руки и не дали сделать больше ни шагу. Верманд ударил в гонг стоящий рядом с Обелиском, чтобы привлечь внимание толпы. Потребовалось несколько минут, чтобы все угомонились. Верманд кивнул своим людям, и они снова схватили моих друзей. Меня трогать боялись, но я, от ужаса позабыв как пользоваться своей силой, была сейчас не страшна. Я опустила руки и отдалась на волю судьбе. Спасенья ждать было неоткуда. Их было слишком много. В голове одна за другой мелькали мысли. Зачем мы пришли сюда? Для чего? Чтобы погибнуть? Нет никакого принца, и может, не было вовсе. Я потеряла друзей. Роман, Вадим и Такавири погибли просто так. И сейчас настало наше время. Как бесполезно мы прожили эту жизнь и как бесславно сейчас ее закончим.

- Дорогие мои друзья! - голос Верманда привел меня в чувства. - Великий народ Инферин! Никто из нас ни разу не видел, как работает Обелиск. Мы знаем лишь из рукописей наших предков, что он выбирал истинного короля! Но это было так давно, что мы не знаем, правда ли это вообще.

Толпа одобрительно загудела. А Верманд, не обращая на это внимание, продолжал:

- Мы искренне ждали короля! Надеялись, что он спустится к нам с небес или придет с высоких гор. Мы хотели, чтобы он принес нам лучшую жизнь! Но, как бы там ни было, разве сможет какой-то чужак решить наши проблемы?! Я вас спрашиваю!

- Не-е-ет! - послышалось с разных сторон площади. - Нам не нужны чужаки!

У Верманда, уверенного в силе своего ораторства, словно крылья за спиной отрасли. Все слушали его с распахнутыми глазами и открытыми ртами, будто боялись упустить хоть одно слово.

- Я повторяю! Неизвестно, может ли Обелиск выбирать, и неизвестно, сколько нам еще ждать! Нам нужен правитель! И этот правитель должен быть одним из нас!

- Да! Верно! Правильно! - закричали его приспешники и толпа. С каждым их новым криком сердце мое сжималось. Вот-вот должна решиться наша судьба.

- Пусть королем станет тот, кто любит каждого из нас как себя! Кто знает Долину как свои пять пальцев! Тот, кто искренне желает, чтобы все вокруг были счастливы! Давайте сами выберем своего короля! - Верманд аж задыхался от притока адреналина и поддержки своего народа. Он раскрыл руки, словно готов обнять разом всех, кто стоит на площади. Глаза его сверкали, волосы развевались на ветру, а грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Красивый, уверенный в себе человек, который действительно искренне переживал за судьбу своего народа.

- Верманда в короли! - вдруг крикнул кто-то из толпы, и его тут же поддержали все вокруг. Над площадью пронеслась скандировка: