Я выбрал путь смерти - Владимир Шитов

— Почему ты так считаешь? — промолвил Стукало.

— Потому что я раньше через старушку передал вам анонимную записку, чтобы вы смогли имеющиеся на барже вещественные доказательства изъять и закрепить.

— Так вот оно что! Как это я не догадался, что тайным моим помощником был ты?!

— Тогда я не хотел перед вами раскрываться, не позволяли обстоятельства. Как видите, я своё обещание помочь вам в раскрытии Загорулько полностью выполнил.

— Я вам благодарен за сотрудничество со мной и, если бы от меня зависело, постарался бы от имени прокуратуры отблагодарить вас крупным денежным поощрением, но, к сожалению, это не в моих возможностях и у нас подобное не практикуется, а зря. Между прочим, я уже третий месящ зарплату не получаю.

— Алексей Михайлович, вы могли бы и не говорить о своих проблемах. Я знаю ваши возможности в процессуальном плане, а материальное поощрение меня не интересует. Мы с другом решили вам помочь расследовать убийство Загорулько не ради денег, а из чисто человеческих побуждений. Убийцы и насильники не должны гулять на свободе, их место в тюрьме. Мы просто хотим восстановить справедливость.

— Александр Георгиевич, как я понимаю, вы не знаете, где живут члены бригады Таракана?

— Не знаю, — подтвердил Волчий Ветер.

— Эту проблему я постараюсь решить с помощью работников уголовного розыска, у них бандиты должны быть занесены в картотеку. Подскажите мне, где и как найти в городе Сабину Табен.

— Она проститутка в подпольном борделе. — Волчий Ветер дал Стукало адрес притона. — У меня для вас, Алексей Михайлович, есть совет по этому поводу. Когда поедете задерживать Сабину Табен, возьмите с собой побольше работников милиции, чтобы они в этом борделе задержали проституток, изъяли документацию. Между прочим, oн является собственностью Спицы. Так что вы сможете Спицу привлечь к уголовной ответственности за содержание подпольного борделя.

— Я именно так и поступлю.

Для того чтобы Стукало более уверенно и целенаправленно вёл следствие по уголовному делу, Волчий Ветер дал ему прослушать магнитофонную запись откровений Спицы.

Стукало узнал для себя из признания Спицы много важного и интересного, однако воспользоваться записью как важным вещественным доказательством он не мог, поскольку сведения, предоставленные Волчьим Ветром, были добыты с грубым нарушением норм Уголовно-процессуального кодекса. К тому же Волчьего Ветра государство не уполномочивало добывать такие сведения.

Как бы там ни было, но, прослушав запись, Стукало получил возможность, не блуждая, прямо идти к намеченной цели.

Когда Волчий Ветер, покидая кабинет Стукало, на прощание пожимал ему руку, по их лицам можно было заметить, что стороны остались довольны встречей.

Подойдя к столу Транквиллинова, Чумной молча положил своё заявление об увольнении. Быстро прочитав его, Транквиллинов с удивлением на лице поинтересовался:

— Дмитрий Фёдорович, что случилось, почему вы пришли ко мне с таким заявлением?

— Ничего не случилось, просто я решил поменять место работы.

— И куда же вы решили перейти от нас работать?

— В органы МВД, хочу служить в спецназе.

— Там что, зарплата выше, чем у меня в банке? — удивился Транквиллинов.

— Нет, намного меньше, чем в банке.

— Так зачем вам туда уходить от нас? — поинтересовался Транквиллинов, не понимая поступка своего сотрудника. Привыкнув мыслить логично, он сейчас не видел смысла в поступке Чумного, а поэтому его не понимал.

— Я соскучился по настоящей мужской работе, по риску, чтобы кровь в жилах кипела.

— Да вроде бы и у нас в банке вам с Александром Георгиевичем немало пришлось рисковать своей жизнью.

— У вас тут все утряслось, и в будущем, слава Богу, никаких неприятностей ни для банка, ни для вас лично не предвидится. К тому же в банке остаётся работать мой друг, который постарается уберечь вас от всех бед.

— Неужели только ради того, чтобы больше рисковать своей жизнью, вы уходите служить в спецназ?

— Ну, не только из-за этого, есть и другие причины.

— Вы мне можете назвать эти причины?

— Хочу получить опыт оперативной работы, заочно поступить на юрфак и получить юридическое образование.

— У вас с Александром Георгиевичем опыт практической работы с разными подонками такой, какой не у каждого генерала есть.

— Хвалить себя я не приучен, но точно знаю, что в спецназе от меня обществу пользы будет больше, чем тут, в банке.

Тарасу Кондратьевичу не хотелось лишаться опытного телохранителя, поэтому он решил попытаться отговорить от ухода с работы Чумного:

— Ты, Дмитрий Фёдорович, пошире раскрой глаза посмотри внимательно вокруг себя. Мы сейчас живём в капиталистическом обществе, где каждый прежде всего должен думать о себе и лишь потом о других. Ты же мыслишь, как я, когда был комсомольцем.

— А как комсомольцы в ваше время поступали?

— Прежде думали о Родине, а потом о себе.

— Лозунг очень хороший, и если бы наши правители поступали именно так, то такого развала экономики, обнищания масс и других катаклизмов в стране не допустили бы.

— Учись у них, как надо жить.

— Я не собираюсь уподобляться этим вампирам, xoчу идти по жизни своим путём. Буду бороться со злом.

— Между прочим, тебя могут убить, — напомнил ему Транквиллинов.

— Теоретически могут, а практически для уголовников я неуязвим. Мой жизненный опыт будет тому гарантией. К тому же я буду служить среди таких же одержимых «дураков» комсомольцев, каким и сам являюсь.

— Я понял, что ты своё решение обдумал и мне тебя не удастся переубедить. С одной стороны, я недоволен твоим поступком, ибо лишаюсь нужного специалиста, с другой стороны, мне приятно, что среди нас не все такие, как я и наши правители, что есть люди, мыслящие совсем другими критериями. Я тебе заявление на увольнение подпишу, но знай, Дмитрий Фёдорович: если тебе не понравится служба в спецназе, можешь в любое время прийти ко мне на прежнюю зарплату и те же, известные тебе условия труда.

— Спасибо, Тарас Кондратьевич. Я знал, что мы поймём друг друга. — Чумной пожал руку Транквиллинову и вышел из кабинета.

После ухода Капустина Транквиллинов минут десять сидел в задумчивости, не приступая к работе. «Какая среди нас растёт прекрасная молодёжь! К сожалению, власть её совершенно не поддерживает. Варится молодёжь в собственных проблемах. Вот если правительство в отношении молодёжи примет специальную программу поддержки, то таких, как Капустин и Махновский, в стране будут не сотни тысяч, а десятки миллионов», — подумал он. Беседа с Капустиным доставила ему подлинное моральное удовлетворение.

Глава 27

Трудности Стукало

После того как Махновский покинул его кабинет, Стукало, уставившись взглядом в записи на листе бумаги, задумался: «Махновский сообщил мне важные сведения. По ним я должен буду осуществить задержание большой группы преступников. Конечно же, они сразу не пожелают давать показания. Значит, придётся их чем-то дожимать, колоть. Самым слабым звеном в группе, подлежащей задержанию, является Сабина Табен. Несмотря на то что была пособницей преступления, Сабина не участвовала в убийстве своей землячки, так как, обманным путём побудив Загорулько открыть дверь своей квартиры, сразу же ушла. Полагаю, мне легче будет с ней разговаривать, склонить её к чистосердечному признанию. Потом придётся её уговорить, чтобы она свои показания подтвердила на очных ставках с членами преступной группы Таракана».

Придя к такому выводу, Стукало отправился в линейный отдел милиции к начальнику уголовного розыска подполковнику Анатолию Михайловичу Коцареву, которому решил поручить исполнение своего задания.

Выслушав Стукало с большим вниманием, Коцарев заявил:

— Если мы знаем быков, в какую воровскую «семью» города они входят, да к тому же нам известны их клички, то установить их и задержать для моих сотрудников не составит особого труда. Но вот установить и задержать Сабину Табен нам будет непросто. Могут возникнуть большие проблемы.

— В чем они выражаются? — не понял Стукало.

— Понимаешь ли, приехавшая из Житомира жрица любви, как и её подруга Загорулько, живёт в городе без прописки, на птичьих правах. Не поедем же мы в известный тебе спортивный комплекс и не станем там всех встречных и поперечных спрашивать, кто такая Сабина Табен, в каком кабинете принимает своих клиентов. При нашем появлении в спортивном комплексе там поднимется такой переполох, что не приведи Господи! Каждый попытается незаметно сбежать, чтобы не попасть к нам на учёт и не подвергнуться штрафу. В таком переполохе Табен наверняка попытается от нас скрыться и уехать к себе на родину, чего мы никак не должны допустить. Нам нужен человек, который издали мог бы показать нам эту путану, чтобы мы могли её сфотографировать, проследить за ней и в благоприятных для нас условиях задержать её. Кроме того, надо, чтобы члены бригады Таракана этого не узнали, не всполошились и не бросились в бега.