"Основы научного антисемитизма" - Сергей Баландин

Итак, все вышеперечисленные формы борьбы мы определили как преступные, это значит, что мы не только их отвергаем и осуждаем, но считаем необходимым вести с ними непримиримую борьбу, кем бы сии преступления ни совершались. Для Фемиды нет гоев и евреев, нет классов и статусных групп, она их не различает, ибо слепа, но всякое преступление должно быть осуждено и наказано, дабы никому не сходило с рук – таков должен быть первый принцип всякой правозащитной борьбы, ибо без закона и права нет ни демократии, ни справедливости. Римляне сей принцип формулировали так: «pereat mundus et fiat justitia» (пусть погибнет миp, но да свершится правосудие), иными словами: борьба борьбой, но правосудие превыше всего.

2. Не преступные, но аморальные действия.Диффамация

К пограничным формам политической борьбы, стоящим между преступностью и законностью, можно отнести диффамацию – распространение косвенных порочащих сведений о противнике, но не ложных, как в клевете, (в английском языке под словом «defamation» подразумевается самая настоящая клевета, поэтому в американском законодательстве диффамация считается преступлением, в русском же языке понятие диффамации отличается от клеветы именно тем, что первая распространяет истинные сведения о человеке, но, как правило, имеющие сугубо частный конфиденциальный личностный характер, прямо не относящиеся к принципиальной сути спора с данным человеком – своего рода argumentum ad hominem, поэтому диффамация в нашем понимании не может считаться преступной, хотя, конечно, с нравственной точки зрения она довольно-таки гнусна, да и в частном гражданском иске пострадавшая от диффамации сторона вправе требовать компенсацию за материальный и моральный ущерб). Примером типичной диффамации можно привести книгу Владимира Войновича «Портрет на фоне мифа», где автор предает публичной огласке свои кулуарные отношения с Солженицыным, рисует негативный портрет его личности по некоторым подробностям частной жизни, не имеющим никакого отношения к тем идеям, которые Солженицын проповедует в своих книгах. Если покопаться, то у каждого из нас отыщутся такие моменты в жизни, из которых может составиться весьма неприглядный «портрет», тем более, если эти моменты представить тенденциозно. К тому же, если между оппонентами идет какой-либо принципиальный спор, то всякое составление «портретов личности» друг на друга здесь неуместно и является как бы «ударом ниже пояса» (сведение личных счетов не должно быть достоянием широкой публики). Есть такое русское выражение: «рыться в грязном белье» – вот это и означает диффамацию.

Выше мы не раз упоминали книгу Я. Ю. Попелянского «Размышления об антисемитах. С любовью…», а также работы других авторов, исследовавших проблему антисемитизма с позиций психоанализа, а то и вовсе в понятиях клинической психиатрии. Может, кого-то среди недалеких умов такой подход и забавляет, но потому те умы и недалекие, что не просматривают, чем такой подход может грозить не только их сегодняшним противникам, но и им самим. Использование психиатрии для борьбы с инакомыслящими уже практиковалось разными «компетентными органами», правда, пока еще в ограниченных дозах, зато евреи и тут уже «прославили» свою нацию такими «знаменитостями», как создатель системы карательной психиатрии доктор Даниил Романович Лунц. Академик Попелянский, видимо, его последователь. Я не знаю, занимается ли он карательной психиатрией практически, но то, что он пишет теоретически в своей книге, есть, если не преступление, то, по крайней мере, нарушение врачебной этики и клятвы Гиппократа, где, в частности сказано:

«Я направлю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. ...В какой бы дом я не вошел, я войду для пользы больного, будучи далек от всего намеренного, неправедного и пагубного, особенно от любовных дел с женщинами и мужчинами, свободными и рабами. Чтобы при лечении – а также и без лечения – я ни увидел и ни услышал касательно жизни людской из того, что не следует когда-либо разглашать, я умолчу о том, считая подобные вещи тайной».

Итак, отсюда следует, что ни один врач не вправе «лечить» больного без его на то согласия, а также любые медицинские проблемы личности, особенно, психологические, однозначно не подлежат разглашению. Нам интересно знать: кто-нибудь из «антисемитов» обращался к Попелянскому за психологической помощью? Или, может быть, какой-нибудь суд приговорил их к принудительному лечению у этого «врача»? А если даже и обращался, вправе ли врач разглашать тайну пациента? Потом, скажите мне кто-нибудь, кто разбирается в психиатрии или невропатологии, может ли врач, если он не шарлатан, поставить кому-либо какой-нибудь диагноз, не обследуя пациента, даже не видя его в лицо, а только лишь на основании чего-то написанного им на бумаге? Пусть даже написанное выглядит полным бредом, а откуда кто может знать, с каким умыслом это написано? А может тот человек просто смеется над вами, или проверяет, или провоцирует, или симулирует, а может, просто кого-то процитировал? Что, разве такого не бывает? А ведь мудрецы, как мы уже говорили, редко когда говорят прямо от своего лица, они размышляют на тему: «есть мнение» – пойди ищи, чье оно лично. Но тут уже «ученые» люди уже все «нашли», и более того, не только одному автору, но и всем «антисемитам» скопом вынесли безапелляционный вердикт, обвиняя в дурном «националистическом» характере, в «параноидальной» психике, в «душевной черствости», «моральной испорченности» и т.п., при том что не приведено ни одного конкретного преступного деяния или правонарушения – «преступники» без преступлений.

Нет, эти люди поставили себя выше закона, они считают себя вправе использовать свои профессиональные преимущества, как им заблагорассудится, не считаясь с интересами тех «профанов», которые не могут ответить им тем же. А что будет, если вся психиатрия окажется монополизированной одними евреями и филосемитами? – как говорят на иврите: «беседер гамур» (полный ... порядок). Поэтому врачей, которые используют свои знания не для помощи нуждающимся в них пациентам, а для умышленного нанесения вреда своим противникам, пусть и справедливого, следует лишать диплома и запрещать им врачебную практику. Так что не ройте другим «психиатрическую яму», господа, как бы самим вам в нее не угодить.

Особенно махровым цветом расцветает диффамация в периоды предвыборных кампаний, когда избиратели узнают, кто из кандидатов импотент, а кто имеет 10 любовниц. Хорошо бы избирателям понять, что диффамация прежде всего компрометирует те партии и тех их кандидатов, которые к ней прибегают. Мы не можем по закону наказать базарных баб (на каждый роток не накинешь платок), но не голосовать за них на выборах – наше право.

Шельмование

К категории «законно-недостойных» также следует отнести такие действия, как шельмование – публичные оскорбления личного достоинства оппонентов, типа: «Ты антисемит и негодяй» или «Ты русофоб и негодяй», или косвенно, но многозначительно бросить лозунг типа: «Антисемитизм – последнее прибежище негодяев», или можно еще «мягче», т.с. «с любовью», как это делает академик Попелянский в своей книге «Размышления об антисемитах. С любовью…»: «С чистых высот, как показывает опыт, крупные личности до антисемитизма не опускаются». – Но это смотря какими критериями «крупность» личности мерить, если еврейскими, то, может, оно и так, ведь у евреев же «крупно» что? – все то, что «тов ле-йегудим» (хорошо для евреев), а хорош ли антисемитизм для гоев? – такой вопрос, почему-то никто не ставит. Ведь еще Корнелий Тацит писал: «Все, что мы почитаем, они отвергают; зато все, что у нас считается нечистым, им разрешено», а раз так, то как можно по таким прямо противоположным максимам однозначно судить о вещах? Так что, если вы хотите кого-то шельмовать, всегда добавляйте: «по нашим еврейским понятиям антисемит – негодяй», а мы, в свою очередь скажем: «по нашим христианским понятиям, все, что у евреев высоко, то мерзость для нашего Бога» (Лк.16:15) – и все будут по-своему правы.

Флейм

Далее упомянем и такое ныне модное явление, как флейм – умышленное сведение конструктивной дискуссии в беспредметную ругань (особенно популярен на русскоязычных форумах в интернете).

Религиозные анафемы, херемы и ритуальные проклятия

Но не канули в лету и древние религиозные анафемы, херемы и ритуальные проклятия. Примером последних можно привести каббалистический обряд «Пульс де-нур» (удар огнем), который будто бы провел Авигдор Эскин против премьер-министра Ицхака Рабина, и через две недели глава государства был убит, однако Эскина за сие «колдовство» никто к судебной ответственности не привлек. Впрочем, говорят, «наши» тоже кое-что умеют. Так, Лев Гунин в своем «Гулаге Палестины» пишет: «Так случилось по странному стечению обстоятельств, что министр труда Ора Намир, министр строительства бен Элиэзер, глава Гистадрута Хаберфельд, ряд руководителей отделений Министерства Абсорбции почти одновременно серьёзно заболели /Оре Намир была сделана операция в Швейцарии, бен Элиэзер попал в госпиталь с сердцем, Хаберфельду была ампутирована ступня ноги, Браха, начальник отдела Мин. Абсорбции в Петах-Тикве, широко известный за свою жестокость и безжалостность, слёг с инфарктом, и т.д./ Тут же пошёл слух, распространяемый среди израильтян, о том, что "русские" прокляли своих врагов и мучителей среди власть предержащих, и что самые большие ненавистники "русских" именно поэтому слегли, заболели. К этому добавлялось, что "русские" проклянут сам Израиль (наверное, имелось в виду, что до того надо их перебить). Это не первый такой слух, который, по-видимому, распространяется также самими власть предержащими...».