Рейс 712 - Юлия Узун

желал. Он собрал вещи и тихо покинул дом своего родного брата. Поночует в студии, а там решит, куда податься.

***

Ава украла в прачечной костюм стюардессы. Теперь, шагая по коридорам аэропорта, она чувствовала уверенность. Волосы аккуратно собраны в пучок на затылке. Губы ярко-красные, зубы по-прежнему белые, улыбка добрая и притягивающая взгляд. В её облике не было ничего, что выделило бы из других таких же девушек.

И всё бы было хорошо, если бы её не узнал Стив Пикерс. Он как раз шёл навстречу.

Ава опустила голову, но спрятаться не получилось.

– Ава? Вы здесь?

– Э… да.

– Вас восстановили? Неужели это возможно? С каким экипажем вы работаете?

– Меня… да. Э…

Сотрудники аэропорта были осведомлены насчёт Авы, Яниса и некоторых других пассажиров, которые могли быть потенциально опасными. Стив сразу насторожился, как только увидел Аву в форме берлинских авиалиний.

– Так где же ваш экипаж? И чемоданчик?

Как правило, на борт лётный экипаж поднимается в полном составе. У бортпроводниц всегда с собой чемоданы.

– Я… отстала. Моя подруга взяла мой чемодан. Мне надо идти, простите.

Стив схватил её за локоть.

– Назовите рейс, и я быстро отыщу вашу команду. – Он уже знал, что Ава блефует. Она что-то задумала, вот и стремится туда, где есть ОН. Мелкая дрожь пробежала по спине Пикерса.

– Отпустите меня. Я знаю, где моя команда.

– А я так не думаю.

– Что? Что вы хотите сделать? – закричала Ава, когда Стив повёл её в совершенно другую сторону.

– Кое-что проверить. Без вас никак, Ава, уж простите.

– Только не полицию, только не назад в больницу, – повторяла вслух Ава, пока они шли то по одному коридору, то по другому. – Пустите меня! Вы не имеете права меня удерживать. Это незаконно.

– Я не удерживаю вас. Это мера предосторожности.

Но когда Ава попыталась выкрутить запястье, чтобы освободиться, Стив усилил хватку. «Её нельзя отпускать», – билась тревожная мысль. Он собирался поставить начальство в известность. Неизвестно, что будет, если разрешить ей гулять по аэропорту. Как только по её вине случится непоправимое, именно с него спросят.

Ава не собиралась сдаваться. Она пнула острым каблуком в колено Пикерса, и тот согнулся пополам от боли. Ава высвободилась, но убежать он ей не дал. Преодолевая страшнейшую боль в колене, он бросился на неё. Два тела сплелись в одно целое, катаясь по грязному ковру. У Авы слетела шляпка-таблетка, растрепались волосы. У Стива оторвался рукав рубашки, на щеке красовалась красная царапина от покусанных ногтей Авы.

– Чёрт, да уймись же ты! Ненормальная!

– Отпусти, – напрягаясь, она пыталась выбраться из-под его тяжелого тела. Не получалось. Тогда она увидела огнетушитель.

Сосредоточившись на баллоне, она позволила Пикерсу просто держать её за талию, а она пыталась уползти. Ещё один толчок ногой отбросил его в сторону, затем на его голову обрушился сокрушительный удар.

Ава встала на ноги, испуганно глядя на безжизненное тело мужчины.

– О, что же я наделала? – чуть не плача простонала она. Пальцы разрывались от коликов. Она быстро подняла шляпку, затем вытерла огнетушитель платком. Хотела оттащить Стива в кладовую, что находилась буквально в двух шагах. Но услышала шаги и убежала.

***

После тяжёлого разговора с Альбертом Дэна чувствовала пустоту в душе. С сегодняшнего дня её квартира такая же пустая.

Она потеряла его снова.

Обрела и потеряла.

Смирение с болезнью излечивает болезнь. Может, если она отпустит Альберта и смирится с тем, что давно его потеряла – неважно, жив он или нет – её жизнь наконец наладится? Сможет ли она ещё стать счастливой?

Между полётами образовался перерыв, и Дэна прохаживалась по залу вышки. Затем подошла к окну и стала смотреть на аэробус рейса 712. В темноте он напоминал чудовище, если сравнивать его с соседскими самолётами. Он стоял величественный и недосягаемый. От одного взгляда на эту машину становилось не по себе. Дэна поёжилась. Хотела отойти от окна, но вдруг увидела слабое мерцание, у самого носа машины.

Она обернулась, но её коллеги были заняты работой и ничего не заметили. Дэна снова посмотрела на аэробус. Вспышки яркого света, похожие на вспышки молнии, усилились. Теперь они распространились дальше к кабине. Самолёт излучал сияние.

Сердце Дэны застучало быстрее. Чувство, посетившее её внезапно, напугало ещё больше: она вдруг захотела дотянуться до самолёта.

Резко отойдя от окна, она сказала Джоку, что отойдёт в туалет, а сама помчалась вниз.

Вниз – к самолёту.

Ноги сами несли её. Странно, ведь она не пассажирка. Не от того ли это, что она стащила у Альберта часы, в которых он прилетел, и надела их? Если так, то связь у этой машины со всем, что тогда летело внутри.

Она подбиралась ближе к самолёту, стуча каблуками по асфальту. Ночи были тёплые, поэтому отсутствие пиджака никак не сказалось на её состоянии. Её не била дрожь, даже прохлада не чувствовалась. Взгляд метнулся на часы Альберта, и в тот же миг Дэна остолбенела. Она остановилась перед аэробусом в десяти шагах и, хмурясь, смотрела на циферблат. Смотрела и смотрела… Смотрела и никак не могла понять, каким образом часы стали показывать совершенно другое время.

Величественно подняв голову, она посмотрела на нос аэробуса так, словно перед ней живое существо, мыслящее и действующее самостоятельно.

– Оставь этих людей в покое, – громко сказала она. Если её кто-то видит, то наверняка думает, что она спятила. – Чего ты хочешь? Время, которое показывают эти часы – это время приземления. Ловко! Я была в тот день здесь. Я сама лично следила за посадкой. В чём же намёк? Что ты пытаешься сказать?

Но как она и рассчитывала, машина молчала. С чего вообще она взяла, что сможет вести переговоры с… самолётом?

Закрыв глаза, она отступила на шаг. Хотела уйти, но не ушла. Часы стали тяжелее, оттягивали руку вниз. Дэна попыталась снять их, но бляшка ремешка не поддавалась. Нервничая, она пыталась сорвать часы с руки, но ничего не получалось. Ремешок будто бы врос в кожу.

– Отпусти меня, – простонала она со слезами на глазах.

Ничего. Тишина. И никакого сияния. Самолёт мирно стоял в неосвящённом месте.

Дэна часто дышала, в горле стоял огромный ком, а в крови бурлила злость. Желая размолотить аэробус на мелкие кусочки, она сняла с ноги туфель и решительно пошла к самолёту. Она ударила каблуком по обшивке, сопровождая удар