Забава для избранных - Алексей Викторович Макеев

– А почему именно мужика? – оживился Станислав. – Может быть, у нас не Коллекционер, а Коллекционерша?

– Да ладно, Стас, – отмахнулся от предположения друга сыщик. – Женщин, которые обладают требуемыми нам навыками, по пальцам пересчитать во всем мире можно. А чтобы такая дама еще и оказалась преступницей, так это вообще нонсенс!

– Лева, ты к своей Маше привык и совсем забыл, что мы живем в век так называемой эмансипации! – возразил другу Крячко. – У тебя Мария утонченная, красивая, умная, умелая, но очень слабо приспособленная к тем делам, которыми обычно занимаются мужчины. К тому же в силу того, что подавляющее большинство преступников, которых мы ловим, мужчины, ты стал со временем видеть в женщинах только тот образ, который культивировался в восьмидесятые годы прошлого века – нежная, скромная, умная, – а то, что русская баба коня на скаку остановит и в горящую избу войдет, из головы совсем выбросил. И вот тебе пример. Ты даже не удосужился уточнить, что Гамзянова не просто домработница, а во времена своей молодости в конце восьмидесятых – начале девяностых слесарем работала. А ее племянничек, Рахимов, на зоне специальность программиста получил. Чем тебе не преступный дуэт по нашему делу. А ты даже не подумал, что вор может работать не один, а в паре!

– Стас, все твои выводы, конечно, очень глубокомысленны, но не верны в корне, – усмехнулся в ответ Гуров. – И в отношении моей оценки женщин, и в отношении моих взглядов на количество подозреваемых. Единственное, в чем ты абсолютно прав, так это в том, что я ничего не знал о профессии Гамзяновой и учебе Рахимова. Впрочем, спорить с тобой у меня времени нет. Хочешь, ищи не только мужчин, которые одновременно являются слесарями, электриками и компьютерщиками, но и женщин. И, если тебе не лень, еще раз проверь версию о возможной причастности домработницы с племянником к четырем ограблениям, но результаты мне нужны к обеду.

– Лева, это нереально. Не успею! – взмолился Крячко.

– Боишься не успеть, бери помощников, – отрезал Гуров и отключился.

Сыщик понимал, что Станислав во многом прав. Искать среди подписчиков и случайных посетителей интернет-ресурсов четырех потерпевших человека, который их ограбил, было все равно что иголку в стоге сена. А сейчас это было единственным, что объединяло все четыре жертвы, – все они оказались популярными среди пользователей соцсетей и мессенджеров. Больше потерпевших ничего не связывало, и, несмотря на самую тщательную проверку, сыщикам не удалось найти ни одного человека, который был бы знаком сразу со всеми жертвами Коллекционера.

Поиск среди их подписчиков человека с тремя озвученными навыками – слесаря, электрика и компьютерщика – был сейчас единственной зацепкой для сыщиков, но Гуров понимал, что и ее недостаточно. Даже если удастся найти среди тысяч человек, которые регулярно посещали интернет-ресурсы всех четырех жертв, пользователей с такими навыками, этот факт сам по себе еще ничего не даст. В конце концов, вор может трудиться слесарем, а компьютерную грамоту и электрику освоить самостоятельно, без получения соответствующих дипломов. И сыщик прекрасно понимал, что нужна еще какая-то зацепка. Маленький фактик, который выведет на преступника. Но найти его пока не получалось, и оставалось только отрабатывать ту версию, которая была самой очевидной.

Да и по поводу Гамзяновой и Рахимова Станислав был не так уж не прав. По крайней мере, неожиданная стрельба, которую открыл Максим по Гурову, не просто делала его преступником, но и говорила о том, что он замешан в преступлении, об участии в котором Рахимова не знали сыщики. И это могло быть как какое-то из нераскрытых до сих пор убийств или разбойных нападений, так и те же самые квартирные кражи, которыми Гуров с Крячко сейчас занимались. И не факт, что тетя ничего не знала о противозаконных делишках своего племянника. Эта версия имела право на существование, и проверять ее придется однозначно, но Гуров не считал предположение о том, что Гамзянова вместе с Рахимовым непосредственно участвовали в четырех ограблениях, абсолютной истиной. И пока следовало заняться другими делами. В частности, понять, как мог преступник использовать отключение электричества для проникновения в квартиру Елизарова, а еще проверить утверждение Марии о том, что тепличные розы отличаются от тех, что растут в саду, на открытом воздухе, а заодно и понять, можно ли этот факт как-то использовать.

Гуров надеялся, что эксперт, которому он поручил задачу проверить, что именно происходило в подъезде Елизарова с электрооборудованием, когда там отключался свет, уже готов дать ему ответы, но Лопухов еще в Главк не вернулся. Сыщик набрал номер его личного телефона, и Семеныч недовольно ответил, что пока работает и сам сообщит, когда закончит выполнение задачи. Поэтому Гурову пришлось поменять планы и отказаться от поездки в управление. Сыщик быстро сориентировался на местности, на ближайшем перекрестке свернул направо и направился на Волоколамское шоссе, в Российский биотехнологический университет, где преподавал биолог Изментьев, которому сыщик когда-то здорово помог и с тех пор сохранял с ученым приятельские отношения.

Александр Владимирович Изментьев преподавал в Росбиотехе на факультете биотехнологий. Гуров никогда особенно не интересовался, на каком именно направлении в биологии специализируется ученый, но не сомневался, что ответ на вопрос о различии роз, выращенных в разных условиях, он ему поможет найти. Судя по времени, профессор должен был находиться в университете, возможно, на какой-нибудь паре, и звонить в это время ему было бессмысленно – на звонок Изментьев мог и не ответить. Однако сыщик решил перестраховаться и позвонил ученому. И не ошибся – в Росбиотехе Изментьева не было.

– Лев Иванович, ты просто так звонишь, поинтересоваться, как здоровье у старика, или тебе какой-то совет от меня потребовался? – с легкой иронией поинтересовался ученый, отвечая на звонок сыщика.

– Не такой уж ты старик, Александр Владимирович, чтобы я с раннего утра стал беспокоиться о твоем здоровье, – в тон ему ответил Гуров. – А вот консультация твоя действительно может мне очень здорово помочь. Ты в Росбиотехе?

– Нет. Я совершенно случайно сегодня оказался в Институте базальной имплантации, рядом с твоим Главком, и застрял тут часа на полтора. Если хочешь, приезжай сюда. Местечко, где побеседовать, мы с тобой найдем, – сообщил Изментьев.

– Ну, это еще лучше. По крайней мере, на Волоколамское шоссе тащиться не придется, – обрадовался сыщик. – Через пятнадцать минут я у тебя буду.

– Адресок подсказать? – с наигранной заботой поинтересовался ученый.

– Нет. Язык до Киева доведет, – парировал сыщик и отключил связь.

Изментьев был старше Гурова лет на десять, но общались они как