Фастфуд - Артем Каменистый

– Да тебя, откровенно говоря, вообще мало кто любить согласится, – спокойнейшим голосом ответил на это лидер «Бойни». – В данный момент ты на девятом месте в рейтинге убийств, и на первом по сумме вложенных знаков уровня и символов развития. По рейтингу баллов там же, как и по многим другим. Но кто на них смотрит? Это непопулярные топы. Весьма серьёзные показатели. Я здесь далеко не последний человек, но только одиннадцатый по убийствам и сорок девятый по сумме.

– Прилично отстаёшь, – с едва уловимой насмешкой прокомментировал Грешник.

– Да, есть такое. Я ведь не ты. Приходится отвлекаться, о людях своих заботиться. Тратиться на них надо. Нельзя брать на себя абсолютно всех, кто в загоны попадают. Меня не поймут. В перспективе такая политика себя окупает, но выгода в основном социальная, а не в сумме всех этих цифр. Так что, я не в накладе, но где-то, конечно, отстаю.

– Лорд, знаешь, почему я тебя ещё не послал?

– Потому что ты сегодня как никогда вежливый?

– Нет, потому что сам не знаю, почему. Наверное, удивился твоей наглости. Давай ближе к делу. Что тебе от меня надо? О сумме показателей захотел пообщаться? Тогда можешь считать себя посланным и как можно быстрее пойти туда, куда посылают.

– Ладно, к делу, так к делу. Не буду ходить вокруг да около. Грешник, я предлагаю тебе присоединиться к нам. Не торопись отвечать. Уточняю: предлагаю тебе место своей правой руки. Выше только я, и можешь не сомневаться, тебя моё командование сильно напрягать не будет. Под тобой окажутся все остальные мои люди. На сегодняшний день это сто сорок восемь человек, не считая меня. Костяк около пяти десятков, уровни от шестого до девятого. Меньше четвёртого уровня у нас только семь человек, сейчас это нижняя планка приёма. Эти случайно затесались. Нас много и мы одна из самых хорошо вооружённых группировок. Видишь это, – Лорд постучал по кобуре с «глоком»: – Мы вскрыли два армейских бункера. Это было сложно, понесли потери. Там засели нехорошие люди и сильные твари. Но взамен мы получили несколько приличных стволов и запас патронов. Да, запас небольшой, но здесь рады паре патронов для мелкашки, так что, по местным меркам, называть его небольшим, это неправильно. Транспортом хвастать не стану, потому что ярус этот вот-вот прикроется, все машины останутся здесь. Их не вытащить, увы. Но люди, оружие, навыки: всё пойдёт дальше и будет служить нам на следующих ярусах. Нам: это мне и тебе. У меня такая высокая каста, что там, дальше, я смогу удерживать хотя бы часть своих людей поблизости от себя. Есть возможность. Остальных как-нибудь соберём. То есть, там нам не придётся начинать в одиночку. И Грешник, здесь, в Сонге, мы сейчас самая серьёзная сила. И это я не учитываю Шерхана. По сути, у него вассальная группа, самостоятельные они только с виду. Их чуть больше полусотни, есть с десяток неплохих бойцов. Плюс у него собраны спецы по машинам. Достойный набор техников. Не знаю, что будет на втором ярусе, но если там что-то подобное первому, у нас быстро появится отличный транспорт. Со своей стороны заверяю, что никто тебя пустой рутиной загружать не станет. Ты нам в первую очередь полезен, как один из сильнейших бойцов испытания. Так что, мы будем обеспечивать тебе комфортные условия для развития. С нами ты легко удержишься на первом месте по сумме вложенных знаков. Возможно и по убийствам поднимешься. Да, сейчас мы целенаправленно убиваем только мясо, но не сомневаюсь, что это временно. Обстановка усложняется, рано или поздно пойдёт грызня всех против всех. Мы загнаны в такие условия, что без этого никак. Группировки вырастут, усилятся, и начнётся делёжка по любому поводу. А когда здесь что-то делят, это всегда кровь. Плюс, учти, что с нами тебе не придётся волноваться при активациях телефона. Чужим до тебя добраться не позволим. Можешь не торопиться с ответом. Я понимаю, это неожиданное предложение, ты к такому не готов. Подумай. С холодной головой подумай. А уже потом решай.

– Ты всерьёз поверил, что я пойду к тем, кто на таких, как я, охотятся? – не удержался Грешник.

– А почему бы и нет? Мы ведь люди, а люди всегда смогут договориться. Сейчас ты действительно один из лучших бойцов испытания. И сможешь стать самым лучшим, если тебе помочь. Это будет взаимовыгодная помощь. А если тебя так сильно напрягает твой статус, это тоже решаемо. Вам льётся карма и баллы за каждый чих, полагаю, ты рассчитываешь её накопить для перехода в низшие касты. Однако ты мясо, а я из высоких каст, я знаю то, что мало кто знает. Миллионов кармы недостаточно. Тебе понадобится ещё кое-что. Особый предмет. Очень дорогой предмет. Сомневаюсь, что его возможно добыть в одиночку, а купить даже я себе не позволю. Но это если говорить о нас, как об одиночках. С такими силами нам по плечу любые задачи. Невозможного нет, мы соберём всё, что тебе понадобится. И учти, что здесь, на первом ярусе, что-то вроде песочницы. Мы учимся азам в почти безопасных условиях. Дальше станет опаснее, но и награды увеличатся. С такой силой про опасности можно забыть, следовательно, останутся лишь награды. Это удобно и тебе, и мне. Это удобно всем. Глупо отказываться от преимущества справедливого коллективизма.

– Почему ты так уверен, что на других ярусах с тобой останется твоя шайка? – снова не удержался от вопроса Грешник.

Лорд загадочно усмехнулся:

– Я ведь уже сказал: нам, кастовым, доступна информация, которой нет у таких, как ты. И чем выше твоя каста, тем больше ты знаешь. Мне с кастой повезло. Не слышал, чтобы у кого-то она оказалась выше, чем у меня. Не спрашивай, за что мне такая милость. Здесь многие ломали головы, пытаясь понять, как нас распределяли, но ответа нет. Разве что, есть некоторая тенденция… Скажи, Грешник, как ты относишься к расовым различиям? Или к национальным? Если не хочешь, можешь ничего не говорить. Но тогда мне сложнее будет ответить.

Грешник, не показав, что удивлен неожиданному вопросу, чуть помедлил и сказал:

– Я не расист. Если ты об этом. И меня сложно причислить к какой-то одной нации, слишком много во мне разной крови намешано.

– Я не совсем об этом. Как бы выразиться понятнее… – поморщился Лорд. – Вот я тоже не считаю себя расистом. Просто убеждён, что все расы должны обитать там,