Закат христианства и торжество Христа - Игорь Иванович Гарин

то есть к VIII–IX в., а позже, во времена Юлия II (1503–1513), она дополнительно «обогатилась» идеей папского абсолютизма. Но реальная история папства отнюдь не столь благостна, как она представлена у ватиканского историка Г. Кастеллы[211].

Хотя среди пап во все времена были достойные люди — такие как Лев XIII, Пий X, Пий XI, Иоанн XXIII, Иоанн-Павел II, Бенедикт XVI, Франциск І, — большинство наместников престола святого Петра не чувствовали движения времени, не понимали необходимости следовать духу эпохи и чаще всего были весьма далеки от выполнения заветов Иисуса Христа. Это остро чувствовали Савонарола, Ян Гус, Мейстер Экхарт, Утклиф, но многие церковные иерархи так и «не узнали часа посещения Божия», не поняли, что мир давно вступил в новую фазу. Вместо того чтобы споспешествовать духовному развитию народа, церковь тормозила его. Если бы не широкое реформационное движение, снявшее возникшее напряжение, возродившее дух и силу веры, закат христианства мог бы наступить гораздо раньше — во времена позднего Средневековья или Ренессанса, во многом способствующие отпадению исторического христианства в языческий мир.

Ренессанс вообще стал серьезным испытанием для христианства, подменив духовность «царством разума», язычески возведенным до степени божества. Это был серьезный кризис, когда повсеместно уничтожалось Святое Писание, вместо духовного основания люди искали формулы для мира-машины, заражали сознание идеями материализма и революции. Тогда христианство спасли не папы, а подвижники, такие как кюре д’Арс во Франции или Серафим Саровский в России.

Я уже писал о создании церковной иерархии и разделении пастырей и паствы. Даже у апостола Петра мы обнаруживаем удивительную для ученика Иисуса фразу: «Вы царственное священство, род избранный». А ведь Иисус говорил апостолам совсем иное: «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе». А что «связывали» и «разрешали» церковные иерархи в своих посланиях, буллах, эдиктах, ордонансах, установлениях, декларациях?..

Как мы видели, глава католической церкви Папа Римский изначально был провозглашен наместником Христа на земле, то есть безгрешным. И действительно, на I Ватиканском соборе (1870) был принят догмат о непогрешимости Папы Римского. Согласно этому догмату, устами папы при официальных выступлениях по вопросам веры и морали глаголит сам Бог.

Так вот, как это ни покажется святотатственным и невозможным, но среди «наместников Христа на земле»[212], призванных следить за чистотой христианского вероучения и гарантировать христианскую мораль, были отравители и растлители, клятвопреступники и распутники, некрофилы и братоубийцы, настоящие злодеи и преступники.

Злодеяния и преступления римских пап разоблачали Абеляр, Арнольд Брешианский, Савонарола, Уиклиф, Ян Гус, Эразм Роттердамский, Лютер, Кальвин и многие, многие другие. Как мы знаем, Лютер объявил папу антихристом, но еще до него Савонарола восстал против роскошеств папского престола, а Ян Гус в трактате «О церкви» выступая против злоупотреблений римской курии, потребовал уравнения всех христиан перед Богом и секуляризации церковных земель. Оба были сожжены за еретичество. Арнольд Брешианский (1100–1155) был повешен по прямому приказу папы Адриана IV. Два французских поместных собора, Суассонский (1121) и Сансский (1140), осудили великого Абеляра. Папа Иннокентий II приговорил его как еретика к «вечному молчанию», заточению в монастырь и приказал предать огню все его книги.

Злоупотребления папства, падение нравственности в среде духовенства вели к тому, что начиная с XI в. в недрах самой церкви усилилось недовольство и стремление к преобразованию римской церкви. Хотя инакомыслие в христианстве всегда выжигалось каленым железом, это не остановило мощного реформаторского движения, кончившегося очередным расколом церкви (на католичество и протестантизм).

Из истории римских пап мы знаем немало преступников, занимавших престол святого Петра, но трагедия этой ситуации граничит с почти анекдотическими случаями, когда случалось вообще немыслимое для церкви — высшие должности в иерархии занимали… женщины. Это относится как к Византии (Константинополю), так и к Риму. В частности, папа Лев IX в письме к Михаилу Кируларию (1053) писал о слухах, согласно которым Константинопольская церковь видела евнухов, а то и женщин, на епископском престоле. В свою очередь Ян Гус, защищаясь перед Констанцским собором, ссылался на папессу на римском престоле, и никто из церковников тогда не оспорил факта ее существования. «Без главы и без руководителя, — заявил Гус, — была церковь, когда в течение двух лет и пяти месяцев папствовала женщина», «Церковь должна быть безупречна и незапятнанна, но можно ли считать безупречным и незапятнанным папу Иоанна, оказавшегося женщиной, которая публично родила ребенка?»

Дожившая до наших дней легенда о папессе возникла, вероятно, в насмешку над порнократией — периодом господства женщин при дворе папы начиная с Иоанна Х до Иоанна XII (919–963). Бертран Рассел в «Истории западной философии» писал, что в основе легенды о папессе Иоанне (Агнессе, Гильберте) лежала история матроны Мароции, дочери знатного римского сенатора Теофилакта, из рода графов Тускулума, являвшихся в начале Х века наиболее влиятельными римлянами, в роде которых титул папы стал наследственным. Мароция сменила нескольких мужей подряд и неведомое количество любовников. Одного из них она сделала папой под именем Сергия II (904–911), ее сын от этой связи стал папой Иоанном XI (931–936); а внук — папой Иоанном XII (955–963). Последнего провозгласили понтификом в 16-летнем возрасте, а позже беспутной жизнью и оргиями, местом которых стал Латеранский дворец, он подорвал авторитет папства.

Историческая папесса, вошедшая в историю под именем Иоанн VIII, занимала престол около 2 лет между папами Львом IV (умер в 855) и Бенедиктом III (умер в 858)[213]. Дабы смыть с папства этот «позор», историю папства пришлось тщательно подделать: срок понтификата Бенедикта III был соответствующим образом «продлен», дабы закрыть временную лакуну в 2 года, а имя Иоанна VIII было дано еще одному папе, правившему несколько позже (872–882).

Папесса была англичанкой, родилась в Майнце или в Ингельгейме, в двенадцать лет сошлась с монахом из монастыря Фульды и ушла с ним, в мужском платье, на Афон, где проявила незаурядные способности в богословии. После продолжительных странствований она поселилась в Риме, где стала сначала нотариусом курии, затем кардиналом и наконец папой. Забеременев от одного из кардиналов, она родила дитя во время шествия где-то между Колизеем и базиликой святого Климента. Она умерла или была забита камнями почти в тот же момент и похоронена на том самом месте. Теперь папы избегают этой дороги в своих процессиях. По другой версии, после родов Иоанна была тотчас низложена и до конца жизни отбывала епитимью. Ее сын стал епископом Остии и похоронил ее после смерти.

В XIV–XV веках папесса считалась историческим персонажем, чье существование никто не подвергал сомнению. Она заняла место среди резных бюстов, стоявших в кафедральном соборе Сиены. По требованию Климента VIII бюст был переделан в папу