В поисках тигра - Коллин Хоук

– Ки-шан.

– Мне нравится слышать, как ты произносишь мое имя.

– Пожалуйста, отпусти меня.

Он поднял голову, вздохнул и тихо сказал:

– Рен… ему очень, очень повезло.

Он неохотно отпустил меня и отошел к окну.

Чтобы сгладить неловкость, я занялась распаковыванием своей сумки, вытаскивая оттуда туалетные принадлежности и пижаму. С минуту Кишан молча наблюдал за мной, потом потер щеку и сказал:

– Похоже, мне тоже пора бы сменить образ. Горячий душ зовет меня.

Все еще нервничая, я ответила:

– Угу. Меня тоже. Горячий душ – это просто божественно.

Он приподнял бровь.

– Хочешь пойти первая?

– Да нет, иди, я после тебя.

Его глаза лукаво заискрились, и он сказал, понизив голос:

– Было бы поистине божественно, если бы ты ответила, что предпочитаешь сэкономить воду…

Я возмущенно разинула рот.

– Ки-шан!

Он нагло подмигнул мне.

– Да ладно, не принимай всерьез. Но ведь попытка не пытка, согласись?

К счастью, возвращение мистера Кадама, избавило меня от необходимости отвечать.

На второй день мы с мистером Кадамом обменялись впечатлениями от видения о Локеше. Оказалось, он тоже обратил внимание на украшенного татуировкой слугу, более того, он не сомневался, что столь характерная внешность позволит выяснить, откуда родом этот человек. Кроме этого, мистер Кадам собирался втайне обследовать офис Локеша в Мумбаи.

Воздух был настолько влажен, что, наверное, можно было бы наполнить бутылку с водой, просто вывесив ее за окно машины. Мы мчались мимо храмов с золотыми куполами и людей, трудившихся на полях, проезжали по мостам над полноводными реками и по затопленным дорогам, но я оставалась глуха ко всем этим чудесам. Я думала только о Рене. Единственное, что отвлекало меня от страха за него, были мысли о Кишане.

Во время странствий по Шангри-Ла между нами возникли какие-то новые отношения, но я пока не знала, что мне с этим делать. Недели, проведенные рядом с Кишаном, ничего не изменили для меня. Зато он от ни к чему не обязывающего флирта перешел к более серьезным шагам. Оставалось надеяться, что со временем он утратит ко мне интерес.

Честно говоря, вначале я думала, что чем лучше он меня узнает, тем быстрее остынет. Но по-видимому, все оказалось ровно наоборот. Мне нравился Кишан, но совсем не так, как я ему. За время нашего путешествия я научилась доверять ему и рассчитывать на его поддержку. Он стал мне хорошим другом, но мое сердце принадлежало не ему, а его брату. Возможно, узнай я Кишана первым, все могло бы быть иначе. Но все случилось так, как случилось.

Всю дорогу эти мысли неотступно крутились у меня в голове. Значит, вся наша неземная любовь с Реном – просто-напросто случайность? Все произошло только потому, что я встретила его первым и у нас появилась возможность узнать друг друга и влюбиться? А что было бы, если бы ко мне в Америку приехал не Рен, а Кишан? Неужели тогда мой выбор был бы другим?

Печальная правда заключалась в том, что я не знала ответа на этот вопрос. Кишан был очень привлекательным молодым человеком, как внешне, так и внутренне. В нем было нечто такое, что пробуждало желание обнять его покрепче и никуда не отпускать от себя. Он был одинок. Как и Рен, он отчаянно хотел обрести свой дом. Как и Рен, он нуждался в женщине, которая обнимет его и даст покой измученному, уставшему от скитаний тигру. Я с легкостью могла представить себя в роли его спасительницы. Мне было совсем нетрудно вообразить, что я могу полюбить его и быть с ним счастлива.

Но как же Рен? Ведь он тоже обладал всеми теми качествами, которые мне так нравились в Кишане! У него было все, чего я только могла пожелать, да еще в роскошной упаковке. Не говоря уже о том, что белый тигр нуждался в любви и утешении ничуть не меньше черного. У нас с Реном было гораздо больше общего, мы были как будто созданы друг для друга. Мне нравились ласковые имена, которые он давал мне. И то, как он пел мне и играл на мандолине. А еще мне нравилось, с каким увлечением он читал Шекспира и как смотрел со мной кино, горячо болея за хороших парней. И я уважала его за то, что он никогда не мошенничал, даже в соперничестве за любимую девушку. Если бы я не встретила Рена, если бы на его месте в цирковой клетке оказался Кишан, то я, без сомнения, смогла бы найти счастье с ним. Но поскольку Рен любил меня и хотел быть со мной, никакая сила не могла заставить меня обратить взор на Кишана. Рен был моей Вселенной, даже сейчас, когда его не было рядом.

У моего Рена не было ни одного недостатка, ни одного оттенка серого. Он был белоснежным котом без единого черного пятна, как Кишан – черным, без вкрапления белого. К сожалению, я не могла смотреть на Кишана глазами Рена. Для меня Кишан тоже был герой. Оба брата страдали. Оба были несчастны. И Кишан заслуживал счастья не меньше, чем Рен…

Кишан, сидевший за рулем, время от времени поглядывал на меня в зеркало заднего вида.

Я прикусила губу, глубоко погрузившись в свои мысли, но тут он вдруг спросил:

– О чем призадумалась?

Я вспыхнула и пробормотала:

– Думаю, как нам спасти Рена.

Потом отвернулась лицом к спинке кресла, закрыла глаза и незаметно для себя уснула.

Когда колеса нашей машины захрустели по гравию подъездной аллеи, Кишан бережно разбудил меня.

– Вот мы и дома, билаута.

24

Признания

Я была до слез рада вернуться домой. Кишан внес внутрь наши вещи и тут же испарился. Мистер Кадам тоже извинился, сославшись на то, что ему нужно срочно связаться кое с кем из своих старых знакомых. Оставшись одна, я поднялась к себе, приняла долгий-предолгий горячий душ и разобрала грязные вещи.

Переодевшись в пижаму и домашние тапочки, я спустилась в прачечную и загрузила стиральную машинку. Но что делать с одеждой, сотканной феями? В конце концов, я решила повесить ее на ночь на террасе, хотя бы для того, чтобы проверить, есть ли феи в нашем мире. Покончив с делами, я прошлась по дому, чтобы поглядеть, кто чем занят.

Мистер Кадам разговаривал по телефону в библиотеке. Мне удалось услышать только часть его беседы. Заметив меня, он кивнул и придвинул мне стул, чтобы я могла сесть рядом.

– Да. Разумеется. Свяжитесь со мной, как можно быстрее. Да-да, все правильно. Не ограничивайте себя в расходах. Будем на связи. – Он отключился и посмотрел на меня.

Рассеянно крутя свой мокрый локон, я поинтересовалась:

– Кто это был?

– Один из моих подчиненных, человек редких и многочисленных талантов. В частности, он просто гений внедрения в крупные организации.

– И что он будет для нас делать?

– Как что? Прежде всего он выяснит, кто работает в пентхаусе самого высокого небоскреба в Мумбаи.

– Вы ведь не собираетесь сами туда пробраться? – всполошилась я. – Локеш может и вас схватить!

– О, нет. Кстати, в этот раз Локеш невольно сообщил нам больше сведений о себе, чем разузнал о нас. Вы обратили внимание на его костюм?

– Костюм? Да нет, мне показалось, ничего примечательного.

– Вы ошиблись! Его костюм сшит на заказ, и сшит в Индии. Только две фирмы во всей стране специализируются на пошиве столь дорогих мужских костюмов. Я уже послал своего человека выяснить их адреса.

Я с недоверчивой улыбкой покачала головой.

– Мистер Кадам, вам кто-нибудь говорил, что вы исключительно наблюдательны?

Он тоже улыбнулся.

– Возможно, пару раз.

– Что ж, я очень рада, что вы на нашей стороне. Я потрясена! А мне и в голову не пришло обратить внимание на его одежду! Да, но что насчет его слуги?

– О, у меня есть несколько предположений по поводу того, откуда он может быть родом, принимая во внимание его ожерелья, прическу и татуировку. Пожалуй, к завтрашнему дню я сумею максимально сузить круг наших поисков. Но разве вы не хотите перекусить и лечь спать? Дорога была тяжелая.

– Я хорошо выспалась в машине, но перекусить совсем не прочь. Вы со мной?

– Пожалуй, присоединюсь.

Я вскочила со своего места.

– Ой, мистер Кадам! Чуть не забыла. У меня же есть для вас подарок.

Выбежав из библиотеки, я отыскала под лестницей свой рюкзак, захватила из кухни пару тарелок и два стакана и вернулась со всем этим в кабинет. Поставив стакан и тарелку перед мистером Кадамом, я расстегнула рюкзак.

– Насчет выпечки я не уверена, но нектар не должен был испортиться.

Заинтригованный, мистер Кадам наклонился над рюкзаком.

Распаковав изящные свертки, которые сильваны дали нам с Кишаном в дорогу, я разложила на тарелке изысканные деликатесы. К сожалению, пакетик с тончайшими кружевными печеньями превратился в пакетик с крошками. Зато другие лакомства выглядели столь же свежими и аппетитными, как и на столе в Шангри-Ла.

Мистер Кадам со всех сторон осмотрел миниатюрные закуски, восхищаясь их красотой и изяществом. Пока он с некоторой опаской пробовал галету с жареными грибами и крошечную тартинку с малиной, я рассказала ему, что сильваны – вегетарианцы, которые любят все изящное и прекрасное. Потом я вытащила плотно притертую пробку из фляги, сделанной из выдолбленной тыквы-горлянки, и налила мистеру Кадаму сладкого золотистого нектара. В этот момент в комнату вошел Кишан и тут же уселся рядом со мной.