Как спасти жизнь - Ева Картер

смотрит на меня, ее лицо искажено.

– О боже, тебе больно? Что мне сделать, вызвать медсестру?

– Да. Мне чертовски больно, но ты уже сделал достаточно. Такое милое видео! Это приведет к тому, что меня уволят. Бьюсь об заклад, ты даже не задумался над этим, когда старался порадовать своих поклонников.

– Это был не я, клянусь. Но почему тебя должны уволить?

– Потому что то, что я сделала, когда нашла ту девочку, было безрассудно и опасно. Это не героизм. Это глупость!

– Но ты спасла ее!

Она усмехается.

– Я не собираюсь тратить на болтовню с тобой даже свое дыхание. Уходи, или я позову медсестру.

Я вхожу за занавеску.

– Нет, подожди…

Керри держит кнопку вызова в здоровой руке.

– Я считаю до трех. Один…

– Это можно исправить.

– …два…

– Пожалуйста, Керри!

– «Пожалуйста, Керри!» – передразнивает она. – Нет! Не в этот раз, Джоэл. Возможно, мне и потребовались восемнадцать лет, но теперь я окончательно поняла, что ты – яд. Прощай.

И она нажимает на кнопку.

Дома я играю роль, режусь с Лео в Call of Duty[93] и заставляю себя съесть рождественский ужин. Черт, хотел бы я все еще пить.

На следующий день я оставляю сына одного развлекаться за компьютером, а сам иду к Анту. Если кто-то и может помочь все исправить, так это он. Его мама приехала из Испании, и они в честь дня подарков подают поздний завтрак людям, которые уже сошли с ума от своих семей.

– Он может быть с тобой максимум двадцать минут, – предупреждает Элли, – но при условии, что девочки не будут крутиться у меня под ногами.

Итак, мы переходим дорогу и спускаемся по ступенькам на пляж, и я плачу́ за то, чтобы Лола и Миа покатались на карусели.

Ант уже смотрел видео, но я объясняю, что, по словам Керри, у нее возникли проблемы из-за этого репортажа.

– Звучит безумно, но она никогда не была из тех, кто преувеличивает.

– Господи, ты никогда ничему не учишься, не так ли, Человек-банан?

Даже старое прозвище из моих футбольных дней не вызывает у меня улыбки.

– Мне нужно это исправить.

– Скорее всего, это не в твоих силах.

– Если и ты так говоришь, Ант, то я действительно в дерьме.

Девочки кружатся на своих раскрашенных золотом лошадях, и веселая мелодия карусели звучит для меня, как нечто из фильма ужасов.

– Ты не можешь контролировать то, что выкладывает Лив. Ты никак не можешь повлиять на решение боссов Керри наказать ее. И, конечно, ты не сможешь переубедить ее, если она считает, что ты больше беспокоишься о своей карьере, чем о ней.

Я киваю:

– Теперь, когда ты произнес это вслух, я думаю, мне конец.

– Дядя Джоэл, мы можем прокатиться еще раз?

Я плачу́, чтобы они снова завертелись по кругу, и сажусь на ограждение. Солнце чертовски теплое, но я чувствую дрожь и дезориентацию. Что теперь будет?

– Знаешь, иногда я действительно думаю, что было бы намного лучше для всех, если бы Тим и Керри никогда не реанимировали меня…

Ант бросает на меня странный взгляд.

– От Тима было столько же пользы, сколько от шоколадного пожарного. Это Керри вернула тебя.

– Нет, я в том смысле, что (если забыть, как он раздражал) то, что делал он, вероятно, имело большее значение, чем то, что сделала Керри.

– Если не считать… Вот черт! – Ант качает головой. – Послушай, тогда это казалось не таким уж важным, учитывая все происходящее, но они солгали. Я знаю, потому что все видел – и то, как Тим перепугался, и то, что именно Керри делала тебе непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Если бы все зависело от Тима, ты бы уже собирал маргаритки.[94]

Такое чувство, что мир начал вращаться в другую сторону.

– Почему ты никогда не говорил об этом?!

Друг пожимает плечами:

– Я был так чертовски рад, что ты не умер, что согласился с версией, которую они придумали. Никогда не считал, что разница такая уж большая. Вероятно, это было сделано, чтобы защитить эго Тима.

Картина того, что произошло в Лаунсе злосчастной ночью, которую я создал в своем воображении, рассыпалась. Тогда Керри поняла, что произошло, и приняла меры. То были ее ладони, ее руки, заставляющие кровь приливать к моему мозгу, именно она вдыхала кислород в мои легкие.

Она спасла меня. Хотя, может быть, в глубине души я всегда это знал.

– Что мне делать, Ант?

Карусель замедляет ход, и девочки слезают с нее.

– Хотел бы я знать, Человек-банан. Ты же не можешь сейчас взять и убрать это видео, так? Оно уже стало вирусным. Тебе просто нужно подождать, пока появится следующая сенсация и потеснит вашу. Так что, если у тебя нет на примете утки, катающейся на скейтборде, или собаки, которая поет, как Рианна, тебе придется просто набраться терпения.

Девочки душат его в объятиях, и он подымается.

– Мне лучше вернуться. Ты придешь выпить кофе? Джоэл!

Я задумчиво смотрю на него, и кое-что еще встает на свои места.

– Ты гений! Мне кажется, я понял, что нужно делать.

31 декабря 2017

64. Керри

После выписки я возвращаюсь в свою квартиру в одиночестве. Что бы моя сестра ни сказала Мареку, должно быть, это сработало. Или, возможно, он увидел то дерьмо на видеохостинге или репосты в соцсетях.

Мои родители появляются с остатками рождественского ужина, и я разыгрываю лучшее представление, на которое способна. Они пытаются уговорить меня пойти на новогоднюю игровую вечеринку. Тема этого года – «Странные вещи», поэтому родители откопали свои оригинальные спортивные костюмы 1980-х годов. Мне это не слишком интересно, и они не настаивают.

После их ухода я вижу, как небо становится серым, затем темно-фиолетовым, затем черным. Ветер усиливается. Очевидно, ожидается повреждение конструкций.

С нового телефона, подаренного сестрой, я отправляю сообщение Мареку. Мне трудно представить его лицо, словно это не тот человек, рядом с которым я просыпалась последние полгода, а знакомый, которого я любила много лет назад.

«Привет! Сегодня я лягу спать пораньше. Желаю чудесной ночи, увидимся в 2018 году».

Обычно я без колебаний добавляю: «Люблю тебя, ххх», но сегодня не могу себя заставить, потому что это очень похоже на ложь. Я подписываюсь «K. x».

Я почти жду, что раздастся звонок, но вместо этого получаю ответное сообщение:

«Позвоню завтра. С Новым годом, zabko. M. x».

Я ковыляю на кухню и наливаю щедрую двойную порцию ароматизированного джина, который Мэрилин подарила мне на Рождество. Тоника нет, поэтому я пью его неразбавленным. Гибискус? Больше похоже на «гибискраб».

Я наливаю еще, когда звонит мой мобильный. Международный номер. Разве мошенникам не дают отгул в канун Нового года? Я отвечаю, отчасти потому, что не прочь наорать на кого-нибудь.

– Слушаю.

– Грейс?

– Гвен? – теперь я действительно жалею, что ответила, и готовлюсь услышать, какая я неудачница. У нее, должно быть, апоплексический удар, раз она звонит из Мьянмы.

– Послушай, Сойер засыпал меня электронными письмами и ссылками, хотя на полпути к горе Фонгун я не могу открыть ни одну из них.

– Я все испортила. Мне очень жаль.

– Да уж, тебе удалось. Хуже того, ты умудрилась быть заснятой в этот момент. Первое правило: не попадайся! Я получила сообщения и от других членов команды. Ларс особенно зол на тебя.

Когда Ларс позвонил мне, его слова были полны сочувствия, но в голосе слышался металл. Если ваши собственные коллеги не поддерживают вас, значит, вы очень крупно облажались.

– Знаю. Я сама так злюсь на себя!

– Это правильно. Послушай, звонок обходится мне примерно в пятерку в минуту, так что сразу к делу. Ты хороша, Грейс, хотя и облажалась. И с чисто финансовой точки зрения я не собираюсь позволять зануде Сойеру вышвырнуть тебя и тем самым выбросить на ветер деньги, которые мы вложили в твое обучение. Уверена, что мы сможем найти способ исправить это, как предложил Джоэл…

– Джоэл звонил тебе?!

– Да. Славный парень! Не знаю, как он справился, но у этих телевизионщиков есть свои методы, наверное. В любом случае он придумал сценарий, благодаря которому мы можем обернуть все в свою пользу. Так что запомни, как тебя отчитали, намотай на ус,