Наследие предков - Сурен Цормудян

Рита и Тигран сменили Загорского и Буркова. Морской пехотинец тут же принялся изучать переносной трансформатор вирта, который они прихватили с собой.

— Что скажешь, гвардия? — спросил Тигран, наблюдая за его изучением аппарата.

— Этой штукой можно убить. Но заряда батареи, похоже, хватит разрядов на пять. Ну, или десять.

— А где они электричество берут?

— У них на той схеме отмечены три мини-электростанции, питающие данный район. Работают от грунтовых вод, — произнес Александр. — Подозреваю, что они еще в рабочем состоянии. Склавены их обслуживают. Во всяком случае, этот разрядник красноречиво говорит о том, что электричество здесь имеется.

— А вон и еще одно подтверждение, — Тигран указал на очередную платформу. В стене зиял дверной проем, а за ним горела лампа накаливания.

— Мы уже близко. Будьте внимательны, — кивнул Александр. — Тут должны быть еще вирты.

— Вон он! — заорал вдруг Бурков, вскидывая автомат.

Тигран повернул голову и увидел яркий огненный шар. Не давая себе ни мига на размышления, он бросился к Рите, повалил ее на платформу дрезины и накрыл собой. Огнеметная струя прошла над ними и воспламенила куртку Тиграна.

Бурков открыл огонь по монстру. Тем временем Загорский сорвал свою куртку и, накрыв Баграмяна, принялся с усердием колотить его по спине, пытаясь потушить огонь. Тигран развернулся и двинул ему кулаком в скулу. В очередной раз.

— Дурак! Я тебя тушил!

— А! Ну ладно! Потушил?!

— ДА!

— Молодец, мать твою! Охраняй Риту! Гвардия, за мной! — схватив свой автомат, Тигран спрыгнул с платформы, которая еще продолжала движение. Бурков последовал за ним.

— Он в том коридоре скрылся! — крикнул Тигран.

— Видел! У него огнемет!

— Заметил!

Они подбежали к дверному проему и прижались к стене по обе стороны от него.

— Ну что, кто первый? — спросил тяжело дышавший Бурков.

— Тот, кто не был в Сыктывкаре. Значит, ты, — усмехнулся Тигран.

— А при чем тут Сыктывкар?

— Да я там был однажды. А ты — нет.

— Кончай дурака валять! Как думаешь, он еще там?

Тут же из проема вырвалась огненная струя. Два человека резко отпрянули с опаленными бровями.

— Кажется, да! — крикнул Баграмян, вытирая лицо. — У тебя гранаты есть?!

— Есть одна! А что?!

— Ну так кидай, елки зеленые!!!

Бурков быстро извлек из подсумка ручную гранату, выдернул чеку и швырнул в коридор. Раздался взрыв, и в ту же секунду — еще один, сопровождаемый стеной густого огня, вырвавшегося из дверного проема.

— Ха! Бак воспламенился! — радостно воскликнул пехотинец и тут же поморщился. — Фу-у… Ну и вонь…

— Так пахнет жареное божество, братуха! Бежим обратно!

Битва при полигоне Хмелевка набирала ожесточенные масштабы. Временное подавление огня иноземцев минометными расчетами позволило выйти на позиции двум расчетам тяжелых пулеметов «Утес» сил морской пехоты, а также выйти на огневой рубеж ЗСУ «Шилка» и бронетранспортерам. «Пиранья» противника продолжала огрызаться огнем своей пушки, хотя из-за вынужденной частой смены позиций бронемашиной, огонь ее стал менее точным и эффективным.

Экипаж ПТС-2 продолжал вычерпывать из кузова воду, набранную в результате взрывов глубинных бомб. Их худшие опасения едва не сбылись, когда бомбы, взрываясь, ужасно раскачивали транспортер, грозя в любой момент опрокинуть его и потопить вместе с людьми. Однако обошлось. Но вот воды они зачерпнули изрядно. Работала помпа, откачивающая ее, но помогали и бойцы своими касками и котелками, чтобы ускорить процесс и как можно скорее избавиться от отравленной воды и облегчить машину, на всех парах плывущую в сторону вражеского корабля под названием «Дигнидад». На берегу уже шел бой. Это было не только слышно, несмотря на шум двигателя ПТС, но и видно по ярким всполохам и вспышкам в ночи.

В темноте трудно было различить, где именно корабль. Фары на ПТС не включали специально, для скрытности. Однако вдруг в них ударил яркий луч прожектора. Машину все-таки заметили с судна и включили свет на корме, осветив ее. Тут же с кормы начался шквальный обстрел. Два бойца упали замертво.

— Черт! — зарычал командир, когда все пригнулись, и он понял, что потерял ребят. — Огонь на подавление! Огонь на подавление!!!

Первым загрохотал штатный пулемет, посыпая корму свином. К нему стали присоединяться автоматчики. Командир открыл дверцу в кабину и вытащил оттуда три гранатомета.

— Мехвод! Освети корму корабля! Сорока! Жук! Хватайте РПГ! По моей команде, ниже ватерлинии! По моей команде, я сказал!!!

Механик-водитель включил все фонари, и корма неприятельского судна стала хорошо видна.

— Огонь! — заорал командир. Гранатометчики поднялись под прикрытием огня стрелков на подавление противника и выпустили три реактивные гранаты в корпус. Две попали как положено, ниже ватерлинии.

Гранатометчики тут же пригнулись. Пригнулась и часть стрелков, быстро перезаряжая автоматы. Командир извлек из кабины еще три реактивных снаряда.

— Делаем еще залп! Заряжайте!

— Готово!

— Готово!

— Огонь!!!

Завода они достигли двадцать минут назад. Казалось, больше времени у них ушло на преодоление крутой железной лестницы и на движение по-пластунски по этой подвесной тропе из металлических листов с мелкими дырками, чем на весь путь сюда от «пещеры» склавенов. Железная тропа вела к кабине подвешенного под потолком цеха крана, способного передвигаться вдоль помещения при помощи стальных колес и рельсов. Сама кабина также была нанизана на рельсы и могла перемещаться поперек при помощи внутренних моторов. Хотя, возможно, этот кран был уже давно в нерабочем состоянии. Другим путем в цех они попасть не смогли: ворота оказались заперты изнутри. Сам цех был неплохо освещен электрическими лампами. Внизу, сквозь отверстие в железном настиле тропинки, виднелись станки и большие столы с частями бомб.

— Замрите! — шепнул Загорский.

Его спутники прекратили движение, как и он сам.

Внизу, между станков и верстаков, тяжелой поступью шли два вирта, медленно озираясь по сторонам и злобно рыча. Они прошли через зал к противоположной стене и, скрывшись за дверью, заперли ее изнутри.

— Сань, а что за той дверью? — тихо спросил Тигран.

— Не знаю я.

— Ну смотри, там написано что-то. Зутрит… нюрмит… ядрит его шухерзанзуг какой-то…

Александр чуть пригнулся и тоже заметил надпись над входом.

— Zutritt nur mit sicherheitsanzug, — по слогам прочитал он.

— И что сие значит?