Судьбы, как есть - Владимир Кочергин

Начало темнеть, когда Марков и Ворсенко сразу подъехали к дому Якова Михайловича. Найти садовое товарищество труда не составило, свет горел смело только в одном доме. Навстречу к ним вышел Сергей Лось. Еще вчера, когда Сергей переступил порог дачи Казакова, и они разглядели друг друга, то очень оба были рады этой встрече, хотя раньше их отношения не были столь теплыми.

Яков Михайлович не очень любил общаться с соседями, это за него и за себя делала его драгоценная Софочка.

Сергей познакомил Казакова со своими друзьями, и, пока они курили, оглядывая местность, которая все быстрей погружалась во тьму, и знакомились с очень приветливым псом Тяпкой, Сергей стал объяснить Казакову цель своего приезда и приезда его друзей:

— Яков Михайлович! Вы должны нам помочь, дело очень серьезное и даже рискованное, сюда в любую минуту могут нагрянуть бандиты, но подождите пугаться, мы все вооружены. Владимир Иванович, что в коричневой куртке, — это генерал, он со мной с вечера, а вон те двое — это оперативники из Московского уголовного розыска.

— Но, позвольте, Сережа, — перебил его Казаков, — мы что, будем держать оборону? И с какой надобностью что-то здесь защищать?

— Нет, Михалыч, нам надо заманить сюда киллера. Киллер охотится на генерала. Подробности позже. Оба оперативника остаются у вас, вы выгоняете из гаража вашу «семерку» и вместо нее ставите «Мерседес-200». Я и Владимир Иванович уходим на мою дачу, так как туда на машине непросто добраться. Но надо спрятать еще одну нашу машину.

— Такое место есть, вон там слева от дома сарай и большая поленница дров. Пока их не проехать, то с дороги машину и из леса не увидеть. Там есть и деревянный навес, это место у меня для гостевого транспорта. Следы шин лапником заметем.

— Спасибо тебе большое, Яков Михайлович!

— Серега, но я тоже хочу повоевать, у меня два ружья и карабин с оптикой. Патронов на полчаса хватит. Вот только хочу спросить, а есть ли у вас разрешение на отстрел этих бандитов? — спросил вполне серьезно, Яков Михайлович.

— Есть, Михалыч, есть, но без команды капитана Маркова не стрелять. Вы поняли?

— Понял! Чего уж тут не понять.

— Подробности расскажут ребята из МУРа. Дай нам две лопаты мы пробьем дорожку к моему сараю и будем с генералом ждать гостей в моем доме.

План, который предложил Марков, был непростой и опасный, но генералом и Сргеем, не говоря уже о Ворсенко, все доводы Эдика были одобрены и поддержаны. Марков доложил вкратце:

— Крови, видимо, не избежать, если Князь отправит не одного киллера, то все сделать, по-тихому не получится. Приедет бригада, и нас будут просто уничтожать. Надо готовить встречу и киллера, и особенно бригады. Резерв один, это Бутов, будет от Бутова поддержка — хорошо, но скорей всего к утру, пока точно не известно. Еще подполковник Зоб предупреждал, что у Князя есть очень опытный киллер, бывший снайпер спецназа ГРУ, а значит, после провала группы Шульца он не захочет больше шума и попытается сделать вначале все по-тихому, через снайпера. Хуже, если о нашем месте пребывания узнает начальник службы безопасности Князя майор Бороздецкий, которого мы выследили в «Калибре», туда и Князь приезжал сегодня, в 13 часов. Если Князь, как только получит сигнал о месте нахождения генерала, всю операцию поручит Бороздецкому, то нас обложат тут по всей охоте на волков, только без флажков.

— Нам бы взрывчатку раздобыть и подорвать машины управляемыми до подхода в дачный поселок, — сказал Цветков, — как раз напротив Сережиного дома, а там лупануть по колесам и добить.

— Вы забыли, что на дворе сплошная темень, куда стрелять? — сказал Сергей.

— Я думаю, что если майор приедет сам, то можно будет как-то договориться, мы все-таки в одной конторе служили, — сказал Ворсенко.

— О чем ты говоришь, Гриша! Нас будут «хотеть» все, кто сюда приедет. Одна надежда — на разум Князя Голицына, если он пошлет вначале своего киллера, с поддержкой, то у нас есть шанс встретить и упредить их, а потом всем в машины и сменить место. Дальше по обстоятельствам. Лишь бы до нашего звонка Надежде, Бороздецкий не принял своего решения. Я все-таки считаю, что до рассвета в поселке появится только киллер, — уверенно сказал Марков.

— Стоп! Товарищи милиционеры! Я помогу вам с тротилом, но как это выльется в сроки тюремной отсидки, которые я могу получить за хранение взрывчатых веществ? — задал совершенно неожиданный, но вполне «приятный» вопрос Яков Михайлович Казаков.

— Если без применения, то до пяти годков, а если мы будем все это применять, то вы сразу будете оправданы и ограничитесь внушением от генерала Цветкова после нашей победы за рюмкой коньяка, — весело сказал Ворсенко.

— Да ну шо вы, ей-богу, молодой человек, заезжаете на мель, а не к пристани, вы просто и доходчиво скажите старому еврею, что он тут вообще не при раздаче мыла и детонаторов, которые вы лично выловили там, где кочуют туманы.

Когда все услышали настоящий еврейский, одесский, говорок старика, то дружно рассмеялись.

Яков Михайлович, не говоря больше ни слова, пошел по тропинке к сараю и вскоре приволок рюкзак, в котором было то, о чем можно было в этой обстановке, только мечтать. Тротил, взрыватели-детонаторы, аккуратно завернутые в пергамент, лежали в простых черных валенках, у которых были отрезаны голяшки. А, когда Яков Михайлович вытащил из мешка катушку с проводом и машинку — магнето, для подрыва заряда, то все были настолько шокированы, что наступила полная тишина, через которую все смотрели то на Михалыча, то на вещмешок. Больше всех обрадовался Марков. Наступало время дать «наколку» по их дислокации Князю.

Сергей, получив команду от Маркова, связывается со своего телефона с квартирой и в разговоре с Надеждой, как бы вскользь, указывает место своего пребывания.

— Сережа, дорогой, куда ты пропал? Где Владимир Иванович? — затарахтела Надежда, — тебе тут много звонили, и даже из штаба.

— И что же ты им сказала?

— Я сказала, что ты будешь вечером дома, и пусть звонят после двадцати часов.

— Молодец Надюша! За нас не беспокойся, я с Ивановичем у Козлова, соседа, и не задавай лишних вопросов.

— Вы у Сониного Якова Михайловича? Тут, в Москве?

— Надя, какая Москва? К себе не пробились, а он зимует. Пойми, не телефонный это разговор. Позвоню завтра с утра.

— Сережа, мне очень страшно.

— Короче, Надя, срочно уйди с квартиры к Жанне. Поняла?

— Зачем?

— Так надо! И хватит вопросы задавать. Конец связи. Вон идет Владимир Иванович, увидит, что я вышел на тебя, то мне сейчас попадет. И не звони мне, — Лось отключил телефон и, внимательно посмотрев на Маркова, добавил, — ну как, пойдет?

Марков показал в знак удовлетворения большой палец правой руки и сказал, присаживаясь поближе к печке:

— До нас езды без пробок самое малое не менее полутора часов из центра. Киллер, если получит задачу и сразу выедет, то его прибытие здесь будет в пределах двух часов. Во-первых, темно, во-вторых, по основной дороге к нам он не поедет, значит зайдет с леса, а где ближайшая дорога за леском есть, то оттуда и зайдет. По крайней мере, я бы так сделал. А как высмотрит домик Казакова, будет искать позицию для выстрела, ему мы не нужны, ему нужен генерал. Яков Михайлович, вы тут за зиму все тропки исходили, есть ли еще какой заезд в дачный поселок? Как близко можно сейчас подъехать к поселку на машине?

— Такого же прямого пути, по которому вы сюда приехали, нет. Метров двести пятьдесят, за сосновым бором, проходит такая же дорога, как наша, и идет она дальше на юг, через два километра дачное хозяйство медиков «Здравушка». У березовой рощи можно смело оставить машину, пройти через нее, потом сосновую зону и оказаться на восточной стороне нашего поселка. Не выходя из леса, начать изучать домик, где единственный горит свет. Пройдя незаметно до соседней улицы, прячась за домиками, выйти на расчищенную дорогу, и тут мы, как на ладони, — Михалыч сделал паузу, улыбнулся и опять с одесским акцентом произнес, — на лыжах мы причалили до пристани Одесса. Встречай, Россия, сыновей с подарками у леса. Глушитель и винтовка — его проза! В подарок пулю жди от Дедушки Мороза.

Все слушавшие слова Казакова, дружно рассмеялись, несмотря на всю серьезность предстоящих событий.

— Владимир Иванович, вы с Сергеем давайте на его дачу, обживайтесь, просмотрите все сектора и подходы, через полтора часа свет долой, и печь топить по одному поленцу, Сергей знает, как, — сказал Марков.

— Знамо дело! — сказал Лось и, прихватив у Казакова большой подводный фонарь, а также подборную лопату, пошел к своей «фазенде». Следом за Лосем вышел и генерал Цветков.

В это время старлей Ворсенко, внимательно изучив содержимое рюкзака Казакова, начал собирать подрывы и пришел к выводу, что провода хватит только до ближайшего взрыва, поближе к дому, а если дальше за поворотом, то надо еще не менее 150 метров. Яков Михайлович оказался не только хорошим охотником и рыбаком, но и хорошим знатоком подрывного дела. Когда он уточнил план подрыва у Ворсенко, на случай вторжения автомобилей Бороздецкого, то сразу пошел в гараж и принес бухту — катушку с телефонным проводом, в которой было еще не менее полутора — двух километров провода.