Бабочка в стекле - Елена Левашова

на свете ей хотелось остаться, прижаться к нему и не отпускать. Снова перехватило дыхание...

‒ Я прошу тебя ‒ останься... К тому же ты выпила, как ты поедешь?

‒ Борь, ты уверен?

Глаза Бориса выражали отчаяние после её слов. Как ещё он мог доказать своё искреннее отношение к ней после всего, что было, после допросов и преследования со стороны следствия, подозрений и нападок его сестры... Он понимал её чувства.

‒ Я не отступлюсь больше! У тебя есть кто-то? Если да, скажи мне просто... ‒ он боялся услышать её ответ.

‒ Нет! Нет никого... ‒ выдохнула она.

‒ Я прошу ‒ не уезжай... ‒ он протянул ей карточку от номера. ‒ Я освобожусь через час, приду и хочу, чтобы ты ждала меня там. Если ты не захочешь, ничего не будет. Я не обижу тебя, не посмею принудить ни к чему. Захочешь уехать домой ‒ уедешь. Можешь сделать это прямо сейчас. Но я считаю, что нам надо, наконец, выяснить отношения! Ты не согласна?

Анна краем глаз видела, как смотрят на них все гости: те мужчины, занявшие столик в углу, официанты, музыканты ‒ все, казалось, видели и слышали то, о чем они говорили.

‒ Хорошо, я подожду тебя... ‒ она смущенно улыбнулась.

‒ Договорились. Номер «люкс» на 17 этаже, ‒ сказал Борис. ‒ Там, кстати, рядом отличный спа-салон... Я знаю, что ты любишь. ‒ Он улыбнулся Анне и протянул карточку.

Глава 18.

Лифт ехал бесшумно. Самый верхний этаж, номер «люкс»... Анна дрожала от счастья, поднимаясь к Борису. Нет никого: Ирины, Берты… Для неё больше не существует никого, кроме неё самой. И её любви, их любви...

Забежав в спа-салон, Анна убедилась, что он все ещё работает. Пожалуй, лучшим ожиданием будет массаж, а не напряженное сидение в тишине. Оставив вещи и переодевшись в белый пушистый халат, она направилась к дверям спа.

Пришло сообщение на WhatsApp от Бориса: «Малыш, ждёшь меня? Обещаю закончить быстро». Так он никогда не называл её... Сердце трепетно забилось. Она ответила, уже лёжа на кушетке: «Можешь не торопиться, я тут на массаже! Так что час у тебя есть.»

Массажистка растирала горячее масло по бёдрам Анны. Казалось, этот час длился целую вечность: от приятного и расслабляющего массажа она стала проваливаться в сон.

‒ Вы очень напряжены, расслабьтесь! ‒ сказала массажистка. ‒ Вам с такой спиной нужен как минимум курс! Всё, девушка, закончили. Сейчас придёте к себе, смойте сыворотку, хорошо?

Рассчитавшись в кассе, Анна вернулась в номер. Встала под горячие струи душа, быстро высушила волосы, нанесла на лицо гостиничный крем в маленьком тюбике. Надела халат, включила ночник и раскрыла постель. Зазвонил телефон, пронзив тишину.

‒ Кристина, не спрашивай ничего. Замени меня утром на лекции, я прошу тебя. Лекция в девять. Я боюсь, что не встану. ‒ Кристина не унималась с расспросами, но Анна опасалась, что в любую минуту может зайти Борис, и закончила разговор.

Анна погрузилась в сладостное, томящее ожидание. Она ждала любимого и единственного...

Борис немного задержался, помогая шведским гостям заказать на раннее утро такси в аэропорт и провожая их в апартаменты. С волнением в сердце поднимался он на бесшумном лифте в номер, где его ждала Анна.

Тихонько приложил карточку, беззвучно открыл дверь. Из комнаты виднелся свет. Тишина. Анна спала на краю огромной кровати, свернувшись калачиком.

Он улыбнулся. Сердце разрывало его грудь, бессмысленно пытаясь выпрыгнуть из неё. За весь вечер никаких мыслей не приходило ему в голову, кроме близости с Анной. Документы, договоры о сотрудничестве... Хотелось только одного: заключить её в свои объятия!

Он, стараясь не разбудить Аню, прошёл в ванную, где второпях снял с себя одежду и встал под тёплый душ. Вода мощным напором смывала с его тела этот день...

Борис вышел из ванны абсолютно голым. Присел возле спящей Анны, осторожно поглаживая её по голове. Дрожащие ресницы… Пшеничное поле кудрявых волос… Нежный бутон розовых губ… Он боялся дышать, чтобы не разбудить её. Любимая... Подаренная ему судьбой... Аня тихо дышала, подложив ладошки под голову. Борис сгорал от желания поцеловать её, распахнуть этот халат, прикрывающий обнаженное тело, обладать ею без остатка. Она приоткрыла глаза, и сама протянула к нему руки...

‒ Я ждала тебя целую вечность... ‒ прошептала она. Взгляд почти лазурный, в глазах искорки единственного горящего ночника.

‒ Целый час? ‒ он развязал пояс её халата, спуская его с хрупких плеч.

‒ Несколько лет...

‒ Я так тебя люблю. Я просто не имел права погибнуть... ‒ он с нежностью и страстью смотрел на неё. Её бездонные глаза, шелковая нежность губ... Он обнимал её своим дыханием, своим любящим страстным взглядом, касаясь губами нежной кожи. Борис приблизил её лицо руками и поцеловал. Нежно, со все возрастающей смелостью, упиваясь сладостью, пробуя на вкус, медленно лаская…

‒ Неужели это правда ты? ‒ Анна притянула его к себе в несмелом объятии. Она обвила руками его шею, запустив пальцы в его густые волосы, растворяясь в облаке объятий, рук… Борис оторвался от её губ, языком лаская шею, проводя огненные дорожки все ниже. Анна почувствовала, как его губы сомкнулись на её затвердевшем соске, потом на другом... Борис настойчиво ласкал её грудь. Возбужденная до предела, она уже готова была принять его...

‒ Любимая, я столько ждал, столько раз представлял это. Я так хочу тебя... ‒ он обжигал её шею горячим дыханием.

Анна обвила его тело руками, но Борис не торопился войти в неё. Его ладони накрыли руки Анны, он продолжал нежно ласкать её, доводя до исступления. Она попыталась освободить ладошки, прижатые его ладонями, чтобы обнять его руками, ногами, обвить полностью собой, но он мягко отстранился.

‒ Не торопись, милая... ‒ прошептал Борис, раздвигая её стройные бёдра. Он целовал её живот, опускаясь ещё ниже. Анна засмущалась и попыталась подняться, но он продолжал целовать её тело, подбираясь к лону.

‒ Борь, не надо...

‒ Не сопротивляйся мне, прошу тебя...

Через мгновение она ощутила его горячий язык внутри себя, он нежно ласкал чувствительную плоть, раскрывая её, как бутон. Её руки судорожно впились в плечи Бориса. Анна часто дышала и сдерживала себя, чтобы не закричать от захлестнувших её эмоций. Он почувствовал, как Аня содрогается, ожидая скорой разрядки, которую намеренно оттягивал, и именно в этот момент накрыл её своим телом.

Борис хотел только одного: заполнить собой её изнывающую от