Горец _ Чужие _ Чернокнижник (сборник) - Рассел Малкахи

— Что вы ищите? — поинтересовался подошедший Рей.

Ответил Кер.

— Мы ищем датчики индивидуальной жизнедеятельности. У каждого колониста был такой датчик, их имплантировали в организм. Пока что мы не нашли ни одного.

Рили взяла девочку за руку и заглянула в глаза.

— Не знаю, как тебе удалось остаться в живых, но во всяком случае ты — смелый ребенок, Ревека

— Нют, — раздался чуть слышный голосок.

— Что?

— Нют, — повторила девочка. — Меня зовут Нют. Меня никто не называет Ревекой. Только брат.

Ну конечно же! Рили улыбнулась.

— Нют, — повторила Рили. — А мне нравится это имя. Меня зовут Рили. Очень приятно с тобой познакомиться. А это кто? — спросила Рили, указывая на куклу, прижатую к груди Нют. Кукла была не чище самой девочки, тоже светловолосая, голубоглазая и почему-то почти такая же серьезная.

— Кени, — ответила Нют.

— Привет, Кени, — Рили пожала пластмассовую ручку. — А твой брат, как его зовут?

— Тим.

— Тим тоже где-то здесь?

Нют покачала головой.

— Может, он, как и ты, где-то прячется?

— Нет, — выдохнула Нют.

— А мама и папа где? — не унималась Рили. Нют отвернулась и сжалась.

— Нют, посмотри на меня! Где твои папа и мама?

— Погибли они, умерли, понятно?! — с вызовом выкрикнула она. — Теперь вы довольны? Теперь мне можно уйти?

её слова ударили Рили, как пощечина. Какое она имела право так ковыряться в незажившей ране? Собственные переживания не давали ей такого права, как казалось ей вначале. Не давали. К тому же и утраты их не были равны: Рили потеряла всего лишь друзей, коллег, но не единственных по-настоящему близких людей.

— Прости меня, Нют, — искренне произнесла она. Теперь главным было заставить девочку остаться здесь до прилета челнока.

— А тебе не кажется, что с нами тебе будет надежнеё и не так страшно? Эти люди прилетели сюда, чтобы защитить тебя. Они солдаты.

Рили сама почти поверила своим собственным словам. Нют угадала это.

Женщина говорила искренне и сочувствовала ей тоже искренне. Только всё взрослые были точно такими же: сами верили в свои глупые сказки и упорно не хотели признавать сказки настоящие, в которых было, по крайней мере, больше правды.

— Ничего они не сделают, — уверенно сказала Нют.

Биш пинцетом оттянул кожу в сторону. Он уже начал понимать, как устроена физиология этого удивительного существа.

Сложнеё всего было понять, зачем существу, настолько отличному от человека, нужен был нормальный животный белок. Он не мог поверить, что тварь с концентрированной кислотой в крови может иметь биохимию, похожую на человеческую. Поначалу Биш думал, что органика должна окисляться в организме Чужих до простого углерода. Но в таком случае почему они, во-первых, не ели бесчисленные органические полимеры, из которых состояла добрая половина внутреннего оборудования станции; а во-вторых, для чего им нужны были люди в количестве промежуточного хозяина — носителя Эмбриона? Это говорило о том, что Чужие должны быть вовсё не такими уж чужими.

Серной кислоты в организме существа оказалось гораздо меньше, чем следовало ожидать. То, что было поначалу принято за нее, на поверку оказалось уникальной в своем роде органической сульфокислотой — высокомолекулярным соединением, окислительные способности которого на порядок превышали таковые у обычной серной кислоты.

— Тебе еще что-нибудь нужно? — раздался голос Асона, подкатившего к лабораторному столу каталку.

Биш прихватил пинцетом сосуд.

— Привет, Биш! — громко повторил Асон. — Я только что тебя спросил: тебе еще что-нибудь нужно?

— Нет, — пожал плечами Биш.

Асон подошел поближе и заглянул ему через плечо.

— Симпатичная штучка! — хмыкнул он.

— Да, великолепная, — совершенно серьезно ответил Биш.

Убедившись, что разговаривать с искусственным человеком бесполезно, Асон развернулся и пошел искать более общительного собеседника.

Кер сидел в кресле сбоку от дисплея главного компьютера и смотрел на Эрна.

«Интересно, смогут ли эти парни изловить живьем хоть одну взрослую особь таких тварей? Ждать пока промежуточная форма отложит свой эмбрион и пока тот разовьется, — долго и накладно. Взрослое чудовище содержать тоже будет нелегко, зато это будет полным триумфом для всех. Наша Компания — единственный обладатель животного из других миров! Это станет лучшей из всех возможных реклам!.. Вот только как убедить в этом солдатню? Зря им дали столько воли в этом деле. На какую сумму может клюнуть Горн? Только бы эта сумасшедшая Рили не убедила их взорвать планету — такая потеря будет невозместима.»

Как ни странно, собственная безопасность его мало волновала. Единственный риск, к которому Кер привык, был чисто экономическим.

— Эй, бросайте все, я их нашел! — закричал Эрн, отрываясь от экрана.

На участке схемы, начерченной белыми светящимися линиями, виднелось мутное большое пятно, состоящее, при более внимательном рассмотрении, из множества слившихся пятнышек.

— Живы? — рванулся в его сторону Горн.

— Этого уж я не знаю, — ответил Эрн. — Но похоже, всё они собрались в одном месте.

— Где?

— Возле процессорного комплекса. Если точнее, возле главной системы охлаждения.

— Что у них там, собрание? — предположил Гис.

— Ну что ж, Эрн, будем действовать, — выпрямился лейтенант Горн.

— Ясно, сэр. — Эрн тоже встал.

— Ну что ж… — Гис про себя подумал: «Будь я на месте монстров, я взял бы заложников и выставил возле них охрану».

Нют представила себе, как чудовища гонятся за транспортером по пустынному комплексу, по улицам. У бронетранспортера вырастают крылья, и он взмывает вверх перед самыми уродливыми мордами, и летит туда, где небо — ярко-голубое, где растут зеленые деревья, а солнце светит совсем ласково: летит на планету из сказок, которая называется Земля.

Взрослые говорили Ревеке, что Земля — это не сказка. Ведь говорили же они, что чудовищ не бывает. Так можно ли им верить, что Земля — не выдумка? Можно потому что хочется!

— Не волнуйся, всё будет хорошо. — Как совсем недавно Рили, она успокаивала себя, обращаясь к кукле.

«Какой она еще ребенок», — закусила губу Рили, глядя на Нют.

Транспортер обогнул вспомогательный корпус и подъехал к ангару процессорного комплекса. Въезд был низким — пушку пришлось опустить. Надоедливый мрачный дождь еще не кончился. Транспортер замедлил ход и остановился.