Бог смерти не любит яблоки - Алиса Чернышова

знать все подробности, даже на мой вкус тут многовато лишних ушей. Что скажете, миледи, ари?

Что же, надо отдать Джейди должное: у него вполне получилось очень убедительно сыграть роль холодного душа.

Танатос немедленно представил, что сказали бы ему Эрос, Долос и Фобос по поводу всего этого; получилось крайне витиевато и местами нецензурно. По лицу Ли прошла волна дрожи, было заметно, что она тоже пытается взять себя в руки.

“Вообще это и правда было весело, — заметил Деймос. — Интересный опыт — видеть тебя таким. И да, я уже взялся за наниты, но это теперь будет долго. И больно.”

“Как будто в первый раз.”

— Что я могу сделать для тебя?

Хриплый голос Ли заставил его моргнуть. Когда это переключаться между виртом и реальностью стало так тяжело? Неужели его реакция действительно настолько замедлилась?

— Танатос, — она полностью овладела собой и теперь говорила ровно, спокойно и уверенно. Именно такой тон методичка рекомендует использовать при общению с пребывающими в посттравматическом шоке жертвами. При других обстоятельствах он бы, возможно, даже обиделся — но теперь ресурса на это не осталось.

— Танатос, — повторила она, — послушай меня внимательно. Ты в плохом состоянии, и оно не становится лучше. Я вижу твои общие показатели жизнедеятельности в вирте, и даже то, что мне доступно, выглядит плохо. Тебе необходима медицинская помощь. Без попыток скопировать геном, гарантирую.

— Гвадская медицина… — фыркнул он зачем-то. — После того, что эти криворукие живодёры сделали с тобой, ты хочешь, чтобы они занялись мной?

— Уж извини, но не альдам называть гвадских медиков живодёрами… Во имя всех чёрных дыр, хватит заговаривать мне зубы! Наша медицина намного лучше, чем вообще никакой. Я дам тебе какие угодно гарантии, что медицинская тайна в отношении тебя будет сохранена. Если хочешь, ты можешь выбрать рандомную медкапсулу и полностью переключить управление на кого-то, кому доверяешь.

“Не хочу тебя расстраивать, но в какой-то степени она дело говорит. Медкапсула там или нет, но тебе нужно безопасное место с инъекциями регенеративных растворов, чтобы отлежаться.”

Танатос помотал головой, прогоняя внутренний голос в лице Деймоса. Как же тяжело думать…

— Мне не нужна медкапсула, — сказал он тихо, — ваши бесполезные коробки всё равно пришлось бы настраивать на меня несколько дней, и то вряд ли полноценно получилось бы. Но мне не помешает комната с медицинским ложементом, капельница с питательным веществом и бассейн… ёмкость с регенеративом, в которой я мог бы относительно свободно поместиться. Ну, и часов двенадцать покоя.

Она коротко кивнула.

— Сбрось мне формулы оптимальных для тебя составов, будь так добр. Комната будет готова в течение минуты, я лично прослежу, чтобы тебя доставили и устроили с комфортом. Ложись, — она кивнула на подоспевшие гравиносилки.

— Не хочу, — Танатос ненавидел гравиносилки.

Слишком многое они ему напоминали. Слишком часто их использовали в лабораториях “Нового Олимпа”.

Выражение лица у Ли стало крайне сложное. И противоречивое, как будто она не знала, смеяться ей, плакать или злиться.

— Я и не думал, что это так весело, — заметил Джейди.

“Согласен”, — вставил свою ужасно ценную ремарку Деймос.

Ли зажмурилась и с силой сжала двумя пальцами переносицу. Она несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула, что заставило Танатоса даже немного ей посочувствовать.

Когда она открыла глаза, рядом с Джейди нарисовалось две мощные, затянутые в суперсовременную броню фигуры. Оные ненавязчиво подхватили Джейди под руки и повели прочь, игнорируя возмущённые и весьма остроумные реплики.

— Так, — сказала Ли, — пока наша независимая пресса устраивается с комфортом в допросной (где ей, если ты спросишь меня, самое место), я проведу тебя и лично прослежу, чтобы всё было в порядке. И да, тебе нельзя идти самому.

— Я в порядке.

— О да.

— Никаких носилок.

— Я поняла. Я тебя понесу.

Танатос мог бы поспорить, что теперь у него сделалось сложное лицо.

В том смысле что умом он, конечно, понимал всё про современную броню, экзоскелеты и роботизированные костюмы, в производстве которых Гвада была так хороша. И да, прямо сейчас для Ли его вес не был ни в коей мере проблемой. Но всё же ему в глубине души казалось, что это должно быть как-то немного наоборот.

По крайней мере, так он себе это представлял.

Видимо, нечто такое у него в глазах отразилось, потому что Ли фыркнула и подняла подбородок.

— Либо я, либо носилки, либо один из медроботов. Выбирай.

Танатос понял, что всё, что ему остаётся после такого ультиматума — одновременно смириться с неизбежным и поддаться искушению.

— Значит, ты.

— Вот и хорошо.

Ли несла его осторожно, максимально улучшив амортизацию своего костюма, чтобы точно не растрясти раны. Танатос, полуприкрыв глаза, позволил себе просто получать удовольствие от её близости, лишь изредка поглядывая на окрестности особняка. За последние несколько минут они изменились кардинально: обломки боевых роботов, дыры от попадания мелкогабаритных снарядов, выжженная плазмой земля… Танатос прикинул потери роботов с обеих сторон и признал: учитывая ресурсы Эндрю и вводные, спецназ справился попросту на отлично. Быстрее смогли бы разве что боги…

Резкий выдох, сорвавшийся с губ Ли, привлёк его внимание.

— Что? — уточнил Танатос.

— Не разговаривай вслух!.. Я просто постаралась прикинуть, кого репортёры согласились бы продать за фото нас с тобой сейчас.

Танатос ухмыльнулся, представив, как они выглядят со стороны.

— Родную бабушку, — ответил он уверенно, — и вообще всё, что угодно.

— Вот и я о том же.

Пару мгновений они смотрели друг на друга, а потом уголки её губ чуть дрогнули. Она не рассмеялась, но её глаза сияли очень знакомым задорным весельем — тем самым, которое он привык видеть давно, ещё до Гвады-1.

Танатос позволил себе облегчённо улыбнуться и закрыть глаза.

Его Ли возвращалась… или, может, никуда и не уходила? В любом случае, она была там, под лицом-маской леди Авалон.

Его Ли была здесь. И значит, Танатос собирался, как и хотел всегда, просто быть с ней.

Чего бы это в конечном итоге ни стоило.

20

*

Ли смотрела на него сквозь толщу регенеративного раствора.

Она рассматривала высокие скулы, идеально очерченные губы, платы на щеках, вирт-гнёзда на шее, густые ресницы — и кончики её пальцев буквально сводило от желания прикоснуться. Ей было… странно.

За последние пару суток она будто бы прожила какую-то отдельную жизнь —