Взрывник. Заброшенный в 1941 год - Вадим Мельнюшкин

– Уел! У тебя я спрашивала это уже раз десять. И знаешь, каждый раз твой ответ чуть отличался, настолько чуть, что прошлый имел кардинальные отличия от первого.

– Извини, но сегодня я сильно устал. Отложим философствования до следующего раза.

– Устал? Что ты знаешь об усталости? – В глазах мелькнуло… Нет, не боль, не тоска, не сожаление – что-то, что совмещало это всё и в то же время было больше, чем вышеперечисленное, вместе взятое. – Первый раз настоящая усталость накатывает лет этак через тысячу-полторы, а затем каждые пятьсот-семьсот лет накрывает с удвоенной, по сравнению с прошлым разом, силой. Причём делаешь ты что-либо или нет, без разницы. Хотя… Да, от безделья устаёшь быстрее и сильнее. Так что лучше работать. Ну и зачем я это говорю? Извини…

Она задумалась о чём-то своём и над поляной опустилась тишина. Ну как тишина? По сравнению с могильным безмолвием Хеля тут просто был праздник жизни: ветер дует, птички щебечут, даже гром слышится издалека. Надеюсь, что гром, потому как для канонады хоть и время, но не место. Не надо нам тут канонады. Прерывать её думы не хотелось, и не потому что не самоубийца, хочет постоять молча – пусть её. С крыши не капает, комары не кусают, да и тепло вокруг. А воздух какой!

– Ладно, помолчали, подышали, пора и о деле поговорить. Ты ведь уже встречался с моей сестрой.

– Было дело.

– Ты сегодня немногословен. Хорошо, тогда упражнение на память. Успокойся, я в курсе твоих проблем с личными воспоминаниями. Если бы не это, я не вела бы таких длинных разговоров, достаточно было просто предупредить, даже не напоминая о прошлом. Но придётся так. Ты помнишь, кто такие банши?

– Какие-то английские духи, накликивающие смерть.

– Во-первых, не английские, а ирландские, а во-вторых, не накликивающие, а предвещающие.

– Разница большая. Только смерть всё одно потом приходит.

– И что? Ты многих знаешь, за кем она не пришла или не придёт, в конце концов?

Вопрос был явно риторический, потому просто пожал плечами.

– Банши не просто вестники, вроде иудейских ангелов, которым, по сути, всё равно какую весть и кому приносить. На самом деле банши покровительницы родов, и крик их – это плач жалости по потомкам.

Кажется, начинаю понимать, к чему она клонит.

– Что, так плохо?

– Всё зависит от вас, и от тебя в том числе.

– Зарыться по самую маковку и не высовываться?

– Это был бы идеальный вариант, но ни ты, ни твои люди, как понимаю, на это не пойдут.

– Правильно понимаешь. Да и кто собирается жить вечно?

– Они ещё молоды.

– Война забирает молодых не реже старых, скорее, даже чаще. Каковы другие варианты, кроме как не дразнить зверя?

– Быть готовым к его прыжку, может, даже спровоцировать в удобный для тебя момент.

– Твои бы слова, да… Ха, смешной каламбур получается, богиня. Спасибо! Я услышал, будем думать.

– Удачи.

Недоля грустно улыбнулась, повернулась и неторопливо пошла, как поплыла, к опушке. Минута, и она канула в жёлто-бордовых зарослях.

Всё-таки это был гром. Вон какая туча накатывает. И хотя идёт она быстро, но время ещё есть – какой-никакой шалашик сложить можно. Всё равно, конечно, намочит, но не утопит, если успеть подготовиться. Хотя туча конечно страшноватая. Нет, лёгкий шалаш здесь не поможет – ветром растреплет, потоками смоет. Для нормального укрытия надо ещё суметь выбрать правильное место – не на открытом месте, где снесёт порывами ветра, но и не в низине, иначе затопит потоками воды. Надо думать. Как любил цитировать один известный пират – предупреждён, значит вооружён.

На первый взгляд, в мутной снежной круговерти время определить было невозможно. Точно можно было сказать только одно – ещё не ночь. Пришлось лезть под рукав тулупа, дабы добраться до часов. Угу, полчетвёртого.

– Тащ командир, может, кипяточку? – Жорка уже тут как тут. – Замёрзли, небось.

Странно, но не замёрз. Правда, с началом вьюги температура заметно подросла, на глаз сейчас градусов пять мороза, да плюс спали мы вповал на санях и в соломе. Ещё бойцы умудрились какую-то рогожку добыть и укрыться. Буду считать это достаточной причиной, и не буду вспоминать, что во сне находился в довольно тёплом осеннем дне. Потому как, если ещё и не забывать о прогрессирующей паранойе, можно много до чего додуматься.

В общем, в свете последнего сна, проглядывают два варианта: либо я продолжаю сходить с ума, либо подсознание встало на дыбы, заметив нечто, что осознанно я не вижу в упор. Третий вариант: беседы со славянскими языческими богами отметаем, как невероятный. Ну, пусть почти невероятный. Тогда думаем – откуда грозит опасность. Здесь тоже два варианта – от своих или от чужих. Блин, сплошной дуализм прёт.

Рассмотрим первый вариант. Итак, свои. Что здесь может быть? Вариантов опять вроде два: либо копают под меня, либо под весь отряд. Будь я пламенным альтруистом, первый вариант был бы предпочтительней, но своя шкура тоже дорога. Итак, что может произойти в случае, назовём это, «заговора юристов». Самое простое это отстранение вашего покорного слуги от командования. Вроде не сильно страшно. Что делать с отстранённым командиром? Могут, конечно, просто отправить рядовым в бой, но что-то мне подсказывает, этим не обойдётся. Тогда либо отправка на Большую землю, либо ликвидация на месте. Неприятная перспектива в обоих случаях.

Второй вариант чуть менее фантастичный, чем беседа с богами – моя чуйка унюхала внешнюю опасность, и, судя по сну, не для меня лично, или не только для меня, но для всего отряда. Резонный вопрос – а с какого это? Где-то что-то я не учёл. Есть одна мысль, но больно уж она физике противоречит – а что если попал я сюда не после путешествия в пространстве, или не только в пространстве, но и во времени? Если принять подобную версию, то кое-что проясняется. Если это прошлое моего мира или близкого к моему до того, что данные события, а имею я в виду войну, протекают похожим образом? Тогда, и если память мной не потеряна полностью, а заблокирована для сознания, что вполне вероятно, судя по случаям выздоровления больных амнезией, доступ к сохранившейся памяти возможен из подсознания.

Так, стоит заканчивать копаться в том, что сам не понимаю, тем более, чем глубже лезу, тем всё больше допущений приходится вносить в стройную структуру мироздания. Остановимся на том, что в ближайшее, относительно, конечно, время должны произойти некие события, кардинально скажущиеся на сложившейся обстановке. Какие, доискиваться смысла не имеет, но стоит рассмотреть наиболее широкий спектр ответов на возможные опасности.