Операция Снейп - vasalen
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
- Все у вас не слава богу. На охоту ехать, собак кормить, - заворчал Хмури. Затем уткнувшись носом в первую страницу сценария принялся не глядя тыкать пальцем по сторонам. - Ты, ты и ты, да, да! Ты, в фиолетовой мантии. И Тонкс, быстро. За мной.
Довольно значительная толпа покинула кабинет мадам МакГонагалл. Остался только министр и еще пара волшебников постарше. Один из них русоволосый, с обильной проседью, одетый в старенькую серую мантию, уселся на подлокотник кресла и уставился куда-то мимо меня. Он о чем-то думал, потом обратился к мадам МакГонагалл:
- Минерва, может, мне за ним сходить?
- Он сам должен решить, участвовать ему в этом или нет.
- Если он откажется, то потом сам себя будет корить.
- Это должен быть его выбор, Ремус.
- Это бывает очень больно.
- Кому и знать, сколько бед приносит невмешательство, Ремус.
Я пригляделся к нему повнимательнее. Иногда я вижу людей раньше или позже того момента когда смотрю на них. Стоит передо мной к примеру тоненькая красивая девочка, а я гляжу на неё и вижу старуху. Расплывшуюся во все стороны, с брюзгливо поджатыми губами и косички превратились в некрасиво покрашенные в какой-нибудь фальшивый цвет кудряшки. Или наоборот. Помню очень удивился, когда первый раз увидел профессора Синистру. Передо мной стояла женщина средних лет, а я видел девушку лет двадцати. Веселую, решительную и очень обаятельную. Это бывает всего на секунду, но производит сильное впечатление. Сейчас я взглянул в очередной раз на этого волшебника и увидел мальчика лет пятнадцати-шестнадцати. Он был болезненным и сутуловатым, а его лицо помолодев не стало менее усталым. И в этот момент я его вспомнил. Я видел его в сознании отца, когда он бредил там в Бредли. Когда Джеймс Поттер унижал моего отца и Сириус Блек помогал ему, этот мальчик стоял поодаль и на потертой мантии был значок старосты. Ему не нравилось, что происходит. Очень не нравилось, но он так и не вмешался.
Для меня было слишком много информации, а мне надо было подумать. Завтра после уроков я должен буду отнести отцу известие, что его вызывают на слушание в Уизенгамот. Он наверняка полезет ко мне в сознание, чтоб узнать, что я чувствую. И наверняка не поверит мне, что бы ни увидел у меня внутри. Хотя стоп. Если создать иллюзию неприязни, может он подумает, что это приязнь? Нет. Лучше пусть обманывается. Это не тот случай, когда ложь способна хоть что-то исправить. Надо только, чтоб он взял у меня монету.
И я не я буду, а он её у меня возьмет.
* * *
Эта зараза отказалась меня принять! Занята она, видите ли! Ладно, ничего, я подожду. До завтра это дело терпит. Но не дальше завтрашнего вечера. Я должен избавиться от всего этого. Чем меньше на мне будет висеть, тем лучше. Она освободится и сама построит свою судьбу. Она красива, она нормальна. Она не заслужила такого наказания как я в качестве судьбы. Это же наказание быть привязанной к такому, как я. Характер, репутация, внешность, все ниже уровня плинтуса. Я уж молчу, что ни одна нормальная женщина не сможет спокойно относиться к тому, что мужчина регулярно опаздывает домой из-за взрыва или наоборот потрясающего результата в лаборатории. Но с другой стороны, если мыслить позитивно и взять за аксиому то, что мы предназначены друг другу, то получается, что для неё это должно быть естественно. О чем я думаю, какое позитивное мышление. Когда нас друг другу предназначали я был значительно приемлимее, чем сейчас. И я мог измениться в лучшую сторону. Сейчас во мне нечему меняться. Во мне сдохло все, что могло сдохнуть, а то, что осталось способно только болеть. Я понятия не имею как это, любить женщину. Все, что я могу - это вспомнить былые навыки и довести любую до оргазма. Это не любовь, просто техника, не мог же я совсем ничего не сделать для того, чтоб облегчить им «общение» со мной. Хватит. Надо идти в лабораторию и работать. Это поможет. Это всегда помогало. Работать.
* * *
Пора идти. Дай Бог, чтоб все у нас получилось. Щит. Женские руки с иглой и пяльцы. Короткие кривовато обрезанные ногти. Он конечно пробьет его, да я и не собираюсь его серьезно удерживать. Но он должен ослабить отца. Сделать мягче, или я совсем его не знаю. Все. Иду.
* * *
Стук. Кто бы это был?
- Войдите.
Черт, я же велел ему не являться без вызова. Правда я собирался его вызвать, но…
- Извините, сэр. Меня послала мадам директор. Она сказала, что вас вызывают в министерство. Вот.
Он протягивает мне пергамент. Повестка? Заседание Уизенгамота, сегодня в десять вечера? Все это время мне позволяли здесь находиться просто потому что так было проще? А они в это время вели, мантикора их сожри, расследование и теперь меня будут судить? Меня?!
- Мантикрабовы дети!
- Профессор, чего они хотят?
Мысленное Легилименс. Что там у этого мерзавца в голове? Щит?! И эта сволочь еще якобы питает ко мне какие-то псевдотеплые чувства? Руки. Женские руки, снующие над пяльцами. Где он только выкопал такой красивый щит? В сторону его. Беспокойство. Только какое-то всеобъемлющее волнение. Черт!
- Извините, профессор.
- Научил на свою голову. Валите, Мелори. Вы сделали что могли.
- Чего они хотят, профессор?
- Избавить вас от меня. Ничего, я так просто не дамся.
- Они собираются посадить вас в Азкабан?
Как хочется хоть немного потешить себя иллюзией, что ему и впрямь интересно.
- Не знаю. Палочку во всяком случае изымать пока не собираются.
- Профессор, возьмите это. На всякий случай.
- Что это такое?
- Монета. Это порт-ключ. Он не зарегистрирован министерством, так что его не обнаружат. Если сорвать ленточку, он будет активирован. Там, куда он ведет - безопасно.
- Где вы взяли это?
- Мне подарили.
- Зачем?
- Просто потому, что там хорошо. Там живет один хороший человек, он поможет вам.
Не верю. Ни одному слову не верю. Но то, что мне говорил Фиренце… И парень каждый день приходил в Мунго. Не могут же они все дружно сговориться? Хотя, почему не могут? А вообще, надоело мне все это, пусть идет как идет. Если мне будет грозить Азкабан, воспользуюсь этим. Просто потому, что даже а аду лучше, чем в Азкабане. Плевать. Меня столько раз предавали, что еще один раз роли не сыграет.
- Давайте сюда и убирайтесь, Мелори!
* * *
Ну вот. Если уж идти в этот гадючник, то по крайней мере в идеальном виде. Насколько мой вид может быть идеален. Горсть порошка.
- Холл министерства магии.
Очищающее заклятье. Прекрасно. Теперь к девице на приеме.
- Северус Снейп? На слушание Уизенгамота?
Идиотка, читать плохо научили, так что ли?
- Ваш значок.
Теперь охрана.
- Вашу палочку, пожалуйста. Так черное дерево, жила дракона, 15 дюймов, крепкая. Прекрасно. Проходите пожалуйста.
Палочку не отобрали, значит, скорее всего все-таки не Азкабан. Вниз. В министерстве почти никого нет. Странно как-то, обычно всегда чуть ли не круглые сутки народа полно. А сегодня все словно повымерло. Не нравится мне все это. Вот они. Второй раз я сюда вхожу. И опять в качестве обвиняемого. Спасибо хоть, что сейчас меня не сопровождают как в тот раз дементоры. Сам иду. Идиот. Надо было бежать сразу, как получил повестку. Какого черта мне эта мысль только сейчас в голову пришла? Поздно.
- Северус Александр Снейп!
Ну, кто тут у нас. Минерва, Артур на председательском месте. Еще дюжины две человек включая авроров-охранников мне незнакомы. Хмури, Люпин, Поттер. Лонгботтом. Странноватый состав. Артур встает и начинает читать по бумажке. Вид у него идиотский донельзя.
- Северус Снейп. Коллегия Уизенгамота сообщает вам, что по вашему делу в течение последнего года велось официальное дознание. В настоящий момент вы вызваны для того, чтобы выслушать решение коллегии Уизенгамота по вашему делу…
Гениально. А меня поставить в известность как-то не удосужились. Хотя, зачем, я сидел спокойно, никуда не рыпался
- Вы обвинялись в том, что являясь упивающимся смертью в июне прошлого года применили непростительное проклятье к директору школы Хогварс Альбусу Дамблдору. Применение непростительного проклятья повлекло за собой смерть вышеупомянутого Альбуса Дамблдора…
Идиотизм какой. А никто не хочет вспомнить, что и после этого я на них продолжал работать? И хоркрукс этот проклятый добыл, не говоря уж о массе прочей ценной информации.
- …а также участвуя в акциях упивающихся смертью вы послужили прямой или косвенной причиной гибели…
А скольких я спас, передав информацию о готовящихся покушениях. Этого они посчитать не удосужились? Сволочи. Ненавижу сторонников светлых сил.
- …однако принимая во внимание смягчающие вину обстоятельства, такие как…
О, ну хоть признаёте, что они есть. Уже радует. Только вот вина у вас никогда ничем не покрывается. У меня тоже, но это не повод пихать меня в Азкабан. У меня и так жизнь не сахарная и мироощущение - врагу не пожелаю.
- Таким образом ввиду вышесказанного по делу Северуса Снейпа принято следующее решение.