Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– И что?

– Ты говорил, что их хищники сожрут.

– Тут самые опасные хищники – это люди, – безразлично произнес Рамсаул и отошел. – Так, попугал просто.

– А почему он назвал тебя Бродяга? – не отставал Щетина.

– Так меня раньше звали, – уклончиво ответил Рамсаул.

– Так ты личность известная, – усмехнулся Щетина. – Почему в живых их оставил и отступные не взял?

– За ними придут от Черепушки, и они расскажут, что их подставил Красавчик. Гунтер гораздо умнее Черепушки и понимает, чем грозит нападение на дона. А этот шакал умеет мстить. Но Черепушка думать не умеет, скор на расправу. Жаль, нас не будет в поселке, когда он начнет предъявлять претензии Красавчику. Вот будет хохма. Думаю, что управляющий на своем месте служит последний день. Хе-хе.

– А ты, оказывается, мастер интриги, – рассмеялся Щетина. – Ты чужими руками решил отомстить управляющему. Хитро придумано. – И он по-новому посмотрел на старика.

Во время завтрака он спросил:

– Мы куда вообще направляемся?

– Тут недалеко машинный двор. Наймем тачку и доедем с комфортом до первого племени. Ты же теперь не шлемаз какой-то, – засмеялся Рамсаул, – а благородный дон. Деньги у нас есть.

Машинный двор представлял собой большую мастерскую, окруженную бетонным забором. У ворот вышка, на которой был установлен станковый армейский огнемет. Очень старая модель, но весьма эффективное оружие. Струя огня бьет на пятьдесят метров, уничтожая все живое.

Рамсаул безбоязненно подошел к воротам и постучал о стальную рельсу молотком, висящим на цепи. Щель на двери в воротах открылась, и чьи-то глаза оглядели путников.

– А, Бродяга! – произнес человек за воротами. – Торговать пришел или переночевать? – Открывать ворота он не спешил.

– Нанять вашу колымагу до первого поселка.

– Нанять машину? – удивленно произнес голос. – Да ты клад нашел, видимо, или женился удачно на старости лет. Нет, подожди! Не говори! Я сейчас угадаю. Ты набрал рабов из новеньких и перепродал. А одного оставил себе.

За воротами раздался глухой смех и послышался шум отпираемого засова. Дверь, усиленная стальными полосами, отворилась. В проходе стоял бородатый толстяк с коротко стриженными волосами, в грязной майке и серых штанах, пузырящихся на коленях. Он продолжал смеяться и, отступив, пропустил путников внутрь машинного двора. На них, рыча, смотрели четверо больших псов, но не трогались с места и не нападали.

– С машиной будет задержка, Рамсаул, – закрывая за ними калитку, проговорил толстяк. – Все уже в разъездах, а одну починить не можем, нет нужных плат. Ты, случаем, не прихватил с собой чего-нибудь подобного из микросхем?

– Может, я посмотрю? – не давая ответить Рамсаулу, предложил Щетина.

– А ты кто? – Бородач перестал смеяться и уставился на него.

– Это благородный дон Щетина Вепря. Мой напарник, – представил Щетину Рамсаул. – Еще он мастер-ремонтник. Починил установку в трактире.

– Благородный до-он? – повторил встретивший их толстяк. – И за что получил это звание? За наладку системы очистки воздуха в трактире?

– Нет, Беер, он на арене прирезал Русара, перед этим… обоссав его.

Беер широко раскрытыми глазами уставился на Щетину. Затем вытер ладонь о штаны и протянул руку, которую Щетина пожал. Он помнил из истории этот старый жест приветствия.

– Добро пожаловать, дон, в наш машинный парк. Пойду хозяину сообщу радостную весть. – Толстяк повернулся, чтобы уйти, и, качая головой, произнес: – Надо же, обоссал Русара!

– Русар прирезал племянника хозяина машинного двора, – пояснил Щетине Рамсаул. – Ты, стало быть, за него отомстил. Конечно, племяш был не прав, он нагрубил Русару, за это и поплатился.

Им навстречу скорым шагом вышел бородатый сухонький старичок. Он цепким взглядом оглядел гостей.

– Это верно, что ты, – он ткнул пальцем в Щетину, – убил Русара?

– Было дело, – неспешно отозвался Щетина, разглядывая хозяина.

– И облил его мочой?

– И это верно.

– Как починим машину, отвезем вас бесплатно, дон. – Старик резко развернулся, направился было в гараж, но остановился. Повернул голову к гостям и спросил: – Ты, дон, еще и ремонтник? – Старичок был резок в словах и движениях.

– Могу попробовать помочь. – Щетина, наоборот, был сейчас неповоротлив и медлителен.

– Пошли.

Щетина не спеша, с чувством собственного достоинства прошел в гараж. Там стоял наземный флаер. Когда-то он мог летать и плавать, но сейчас от былого великолепия у него остались лишь колеса и энергетическая установка. Двери, поднятые вверх, были помяты. Электронный блок управления флаером был открыт. Щетина подошел и внимательно стал изучать схему подключения. Ничего сложного, плата для предпуска энергетической установки флаера не выдерживала нагрузки при запуске и автоматически отключала электронный блок управления. Там стоял мост резисторного резонатора с показателем пять и один, а надо минимум десять.

Щетина снял свой рюкзак и залез в техническое отделение. Оттуда достал коробочку и из нее – нужный резисторный резонатор. Срезал старый и к выходу, помеченному семеркой и девяткой, припаял молекулярным паяльником новый резонатор. Не закрывая крышку блока управления, сел в флаер и нажал кнопку пуска. Загорелось табло индикаторов, и сразу же огоньки один за одним погасли. Мелодичный женский голос произнес:

– Здравствуйте. Флаер к полету готов. Все системы работают в штатном режиме. Напряжение в сети сто двадцать денел[76].

Щетина нажал кнопку запуска мотора. Энергетическая установка стала набирать обороты и загудела. Щетина вылез из кабины флаера и, улыбаясь, произнес:

– Все готово.

Параллельный мир. Планета Пранавар

Мы старались идти не спеша, чтобы не привлекать внимания. Из гостиницы вслед за нами повалил народ. Сначала поодиночке, потом тонкой струйкой. С криками, воплями люди метались по тротуару, обезумев от того, что им пришлось пережить, не понимая, что происходит и что надо делать. Раненые и здоровые, они толкались, ругались и плакали, взывая о помощи. Дальше их будет больше. Мне было ужасно жалко всех этих людей. Сердце, захваченное ледяным кулаком, сжималось в комок и ныло. Но что я мог сделать? Плесень обратно не загонишь, и время вспять не повернуть.

Как же глупо иной раз я поступаю… Я оглянулся на истошные крики.

– Постой! – остановил я своего напарника. – Давай перейдем улицу и посмотрим оттуда, что будет дальше.

– Это твоих рук дело? – спросил Жюль.

– Можно сказать и так. Я скормил тело вампира зеленой плесени, но не учел ее прожорливость и что она полезет в канализацию и обратно.

– Ты сумасшедший, – вздохнул мой друг. – Тебе об этом говорили? – Он покорно пошел следом. – Я уже сомневаюсь, стоит ли мне с тобой отправляться в твой мир. Если там все такие…

– Не переживай, – натянуто улыбнулся я, – не все.

– Точно?

– Не сомневайся, точно, – ответил я, постоянно оглядываясь на гостиницу.

Мы не успели перейти улицу, как из дверей выпорхнул вампир в своем обличье одеяла. Тут же приземлился и принял форму лурга.

– Вот же гад какой живучий, – вслух удивился я.

– Кто? – не понимая, о чем я говорю, спросил Жюль.

– Да второй вампир. Выбрался из гостиницы. Ты вот что, Жюль, сиди в том трактире, что напротив гостиницы, и жди меня. Я прослежу за кровососом. Если не приду через два часа, иди в трактир у музея и жди два часа там. Если не приду и туда, тогда… Вот тебе драгоценности, – я протянул ему цепочку с амулетом, снятую с шеи, – обменяешь их на дэрики и удирай с этой планеты. Назови мне адрес, где тебя можно будет найти.

Жюль остановился и почесал щеку.

– Найдешь меня на планете Ливенргот, в коллегии бардов. Если что, я там пока спрячусь.

– Надеюсь, что искать тебя мне не придется, – ободряюще улыбнулся я и хлопнул его по плечу. – Бывай! – И устремился за вампиром.