На страже тишины и спокойствия: из истории внутренних войск России (1811 – 1917 гг.) - Самуил Штутман

Чтобы сохранить контроль за расходованием отпускаемых на сопровождение арестантов средств, обеспечить преемственность в руководстве всем этим делом, военный министр возложил указанные обязанности на полковника А.И. Беленченко, состоящего после упразднения штаба ОКВС при дежурном генерале Главного штаба. С декабря 1865 г. этапно-пересыльная часть из Инспекторского департамента переходит в состав Главного штаба. Вначале этой службой занимался 4-й стол 2-го отделения Главного штаба, но вскоре она становится самостоятельной. Для руководства ею учреждается должность главного инспектора по пересылке арестантов, подчиненная начальнику Главного штаба. В свое время учрежденный при военном министре комитет генерала Гейдена рекомендовал: учредить должности инспекторов на каждом тракте для наблюдения за порядком пересылки арестантов, а «для внесения единообразия в их деятельность» ввести пост главного инспектора. Инспекторов ввели в 1864 и 1865 гг., а должность главного инспектора учреждена с высочайшего утверждения лишь 27 января 1867 г.10

16 февраля на этот пост был назначен А.И. Беленченко, наиболее компетентный в данной области работник. Он же являлся заведующим этапно-пересыльной частью Главного штаба. На этой должности Беленченко проработал 13 лет, получил чин генерал-майора (1867 г.), позже – генерал-лейтенанта (1879 г.), удостоен ряда наград.

В приказе по военному ведомству № 54 за 1867 г. говорилось, что должность главного инспектора по пересылке арестантов вводится «в виде опыта» для общего наблюдения за передвижением арестантских партий по железным дорогам, пароходами и на подводах с предоставлением ему прав начальника местных войск округа по отношению к конвойным командам. С учреждением Главного тюремного управления МВД (27 февраля 1879 г.) эта должность становилась неким промежуточным звеном между Военным министерством и Министерством внутренних дел. Военные люди знают: хуже нет двойственного подчинения. Начались трения.

1 августа 1879 г. министр внутренних дел статс-секретарь Л.С. Маков и начальник Главного тюремного управления М.Н. Галкин-Врасской, сославшись на то, что должность главного инспектора учреждена была временно, обратились к военному министру с предложением ее упразднить, поскольку за прошедшие 12 лет приобретен достаточный опыт, чтобы вменить наблюдение за пересылкой арестантов Департаменту полиции исполнительной Министерства внутренних дел. Несуразность и непродуманность такого предложения была очевидной, так как в нем не учитывалась военная сторона дела, необходимость общего руководства конвойными командами как воинскими подразделениями, разбросанными по губерниям и подчиненными местным войскам. На это обстоятельство пытался обратить внимание обоих ведомств генерал А.И. Беленченко. В его записке на имя начальника Главного штаба от 4 сентября т. г. содержатся аргументированные возражения по затронутому вопросу и приводятся интересные статистические данные. По империи в то время сопровождалось до 200 тыс. арестантов под конвоем 15 тыс. нижних чинов. Часть их перевозилась по железным дорогам общей протяженностью 20 тыс. верст (уже имелось 50 линий). Под охраной конвойных команд были переправлены во внутренние губернии пленные турки, несколько тысяч мятежных горцев, выслано в Сибирь значительное число лиц, «участвовавших в противоправительственной пропаганде».

Вопрос о конвойных командах возникал и раньше. С разных подходов пытались определить их статус, подчиненность, правовое положение. Образованный Государственным советом комитет под председательством Зубова предложил вообще заменить воинские команды для сопровождения и охраны арестантов на особую стражу по вольному найму. Военный министр выразил сомнение в реальности и целесообразности этого замысла. Свое мнение по данному вопросу имелось у министра внутренних дел Л.С. Макова. Он выступил за сосредоточение всего дела пересылки и охраны арестантов в МВД, взяв под свое ведение 63 конвойные команды. Возникли противоречия между МВД и Военным министерством по поводу должности главного инспектора по пересылке арестантов и заведующего этапно-пересыльной частью. Генерал А.И. Беленченко снова пишет пространную записку по этому же вопросу, отстаивая необходимость военного руководства конвойной службой. Д.А. Милютин поддерживает его, но видимо влияние военного министра не было столь сильным, как раньше. Практически спор с МВД за сохранение своего статуса Беленченко вел в одиночку. Маков добивается от Комитета Министров принятия решения 3 и 17 июня 1880 г. о переподчинении должности главного инспектора по пересылке арестантов Главному тюремному управлению, оставив ее в штате Военного министерства, сохранив за нею функциональные обязанности по наблюдению за несением конвойной службы и инспектированию конвойных команд. Содержание главного инспектора определялось теперь по смете МВД, а жалование по чину, квартирные и пр. – от интендантского управления Военного министерства. Такое решение все же умерило амбиции МВД и не разрушило военную сторону дела. Но в то же время это означало конец военной карьеры генерала А.И. Беленченко. В своем письме на имя начальника Главного штаба он с горечью писал, что пробыл на этой должности 13 лет, получил за это время несколько наград и оставляет ее «не по каким-либо упущениям по службе», а по обстоятельствам, от него не зависящим.

3. Новый этап в строительстве и службе конвойных команд.

Деятельность генералов Н.Н. Гаврилова и Н.В. Левицкого

Новый этап в строительстве и становлении конвойных команд проходил в период контрреформ 1880 – 1890 гг., отхода от наметившегося ранее либерального курса развития, нарастания системы административных репрессий, увеличения числа арестантов и ссыльных. Ушли со своих постов прогрессивно настроенные министры, наступил решительный поворот в сторону реакции. Растет социальная напряженность в обществе. Дворянство вынуждено уступать свою монополию на власть крепнущей буржуазии, претендующей на более значительную политическую роль в стране. Этому способствует развитие товарно-денежных отношений, оживление рынка, расширение транспортных возможностей, увеличение сельскохозяйственного производства и определенный подъем промышленности. Но вместе с тем в обществе возникает сложный клубок противоречий, вызывающий недовольство в низах, проявляющееся в разных формах социального протеста.

Все это не могло не наложить своего отпечатка на военное строительство, не сказаться на положении местных войск, в частности, конвойных команд. Все большее влияние приобретает Министерство внутренних дел, которое после упразднения III отделения становится центральным руководящим органом жандармерии и полиции. Главное тюремное управление этого министерства претендует на главенствующую роль в служебной деятельности конвойных команд.

В мае 1880 г. главным инспектором по пересылке арестантов и заведующим этапно-пересыльной частью Главного штаба, а также членом главного военно-тюремного комитета Военного министерства с оставлением членом комитета по передвижению войск железными дорогами и водою назначается генерал-майор Николай Николаевич Гаврилов.

Это был весьма образованный (окончил Константиновский кадетский корпус и Николаевскую академию Генерального штаба по 1-му разряду) и высококвалифицированный штабист, обладавший обширными знаниями, педагогическими способностями (некоторое время преподавал тактику в 1-м Павловском училище), хороший организатор, культурный и гуманный человек. У него был свой, отличный от предшественников, подход к инспектированию команд, несущих конвойную службу. Его стиль заключался в том, чтобы доходить до солдата, настойчиво добиваться исправления зафиксированных недостатков. Он проявил живейший интерес к новому для него делу, вникая не только в службу конвоирования, но и в положение самих арестантов, в постановку вообще всей пенитенциарной системы в стране. Поэтому его отчеты по инспектированию пересылки арестантов представляют особый интерес, они насыщены фактами и выводами, подробно рисуют картину состояния пересыльного дела в 80-х гг.

К тому времени значительно возросли перевозки арестантов по железным дорогам и водным путям сообщения. В навигацию 1881 г. начались первые перевозки на зафрахтованных судах по Волге, Каме, западносибирским рекам. Еще в мае 1875 г. с купцом Колчиным был заключен контракт на 10 лет о предоставлении для перевозок арестантов от Нижнего Новгорода до Перми трех 120-сильных мелкосидящих пароходов («Сарапулей», «Добрый», «Фабрикант») и трех барж («Томск», «Тюмень», «Тобольск»), а несколько ранее с ним же договорились о поставке трех пароходов («Рейтерн», «Косаговский», «Беленченко») и трех барж для перевозок по рекам Тура, Тобол, Иртыш, Обь и Томь.