Еврейская сага - Пётр Азарэль

неплохой английский и важный опыт в разработке программ. В понедельник ждём тебя. Подойдёшь к Мери. Она покажет тебе твоё рабочее место и представит начальнику отдела. Желаю успеха.

— Благодарю, Эвелин. Постараюсь оправдать твоё доверие.

В этот момент дверь кабинета открылась и вошла миловидная секретарь с подносом. Она уверенно продефилировала по комнате и опустила поднос на невысокий столик возле них.

Нижний Манхеттен днём был немноголюден. Мимо него проезжали автомобили с шумом, усиливаемым глубокими колодцами улиц. Огромный город будто проглатывал миллионы жителей и гостей в своих бесчисленных подземельях, жилых домах, конторах, компаниях, магазинах и учреждениях. Он свернул на Бродвей и направился к станции метро, из которой вышел часа два назад. Ему хотелось поскорей вернуться домой и поведать Вике о неожиданной удаче, дающей возможность стать на ноги и начать благополучную обеспеченную жизнь.

Поезд раскачивал его в подземных туннелях, потом выкатил на эстакаду, рассекавшую улицы Бруклина по столетним швам, зарубцевавшимся со временем и ставшим привычной частью городского пейзажа. Санька вышел из поезда, спустился по лестнице на твердь улицы и через десять минут нажал на кнопку звонка. Он услышал знакомые энергичные шаги и щелчок ключа в дверном замке. Вика стояла на пороге, озабоченно всматриваясь в лицо мужа и пытаясь прочесть по нему бессловесную новость. Ей это сразу удалось, и она кинулась ему на грудь.

Более двух месяцев после прилёта в Америку она жила в невольном напряжении, которое умело скрывала от всех. Там, в Советском Союзе, у неё и у Саньки была работа, квартира, детский сад для дочери, а, значит, некоторая уверенность в себе и завтрашнем дне. Так жили все их родные, друзья и знакомые и это убеждало её в том, что всё в порядке и не нужно предпринимать каких-то решительных действий, чтобы изменить существующее положение. Здесь, в другой стране, всё приходилось начинать с нуля. Съёмная квартира не давала ощущения своего дома, работа грузчиком не внушала самоуважения, а оторванность от привычной культурной среды создавала духовный вакуум, вызывавший душевную и физическую усталость. Беременность только усиливала внутреннее беспокойство. Вся её женская суть закрылась для любви и, редкие ласки не приносили удовлетворения ни ей, ни ему. Каждый раз, когда Санька уходил на очередное интервью, она замирала, тая в душе надежду, что им повезёт и наступит новая жизнь. Сегодня она поняла, что это произошло, и сковывающая её тело и сознание тяжёлая эмоциональная завеса рухнула.

— Санечка, любимый мой. Как я счастлива!

Она целовала его, слёзы текли по её лицу, оставляя следы на его щеках, но она не стремилась их остановить.

— Вика, что с тобой? А где Женя?

Он сразу осознал нелепость своих вопросов. Женщина, его преданная жена, желает ласки, которой не получала уже много дней. Она терпеливо ждала, и, наконец, это время настало. Вика сняла с него пиджак и дрожащими руками расстегнула две пуговицы на рубашке. Он принял эстафету и стал раздеваться сам. Она сбросила халат, нижнее бельё и обнажённая легла на постель. Он всем телом навалился на неё, и она почувствовала в себе его напряжённый член. Давно не испытуемый оргазм обрушился на них горячей продолжительной волной.

5

В понедельник в восемь часов утра он вошёл в здание компании и поднялся на шестой этаж. Мери, увидев его, улыбнулась широкой заученной улыбкой.

— Эвелин попросила меня встретить тебя, показать твоё рабочее место и познакомить с сотрудниками.

— Буду очень признателен тебе.

— О, у тебя хороший английский. Да и ты сам очень хорош собой. Будь осторожен. У нас очень смелые девушки.

— Но я женат.

— Думаешь, это их остановит. Мы живём не в галантном девятнадцатом веке.

— Благодарю за предупреждение.

Они спустились лифтом на пятый этаж и вошли в большую комнату. Весть о прибавлении персонала уже достигла сотрудников, они ждали и при его появлении сразу перевели на него свои любопытные взгляды. Начальник отдела, сидевший за большим столом в маленькой смежной комнате, поднялся и с радушной улыбкой подошёл к ним.

— Спасибо, Мери. Запиши-ка меня на приём к мистеру Грину.

— О Кей, Джастин, — улыбнулась она и вышла из кабинета.

— Джастин Сакс, — произнёс он и пожал руку.

— Очень приятно, мистер Сакс. Алекс, — сказал Санька.

— Эвелин меня информировала о тебе. Мы нуждаемся в серьёзном специалисте. Надеюсь, наше сотрудничество будет успешным.

— Мне бы этого очень хотелось.

— Я подготовил для тебя материалы. Они в папке на твоём столе. Видишь, возле окна?

— Да, очень удобное место.

— Ознакомься с материалами. Конечно, возникнут вопросы. Твой консультант советник по финансово-экономическим вопросам доктор Леонард Гольдштейн. Можешь встречаться с ним раз-два в неделю. Твоя задача состоит в построении общего алгоритма и создание математических моделей с применением современных вычислительных методов. При завершении каких-то частей системы инструкции на написание программ будут передаваться программистам нашего отдела.

— Если я правильно понял, мистер Сакс, нам предстоит создать систему, дающую возможность нашей компании производить сбор, хранение и обработку данных с применением вычислительной техники.

— В целом это так. Конечно, она должна быть интерактивной.

— Сколько времени даётся мне на разработку системы?

— Многое зависит от того, как быстро пойдёт построение моделей. Каждый месяц тебе следует докладывать на техническом совещании о проделанной работе. Через какое-то время будет установлен срок. Система эта очень важна для нас. На рынке программного обеспечения аналогов пока нет, и компания может получить большую прибыль от её продажи. Желаю успеха.

Первые несколько дней он перекладывал в папке заполненные с помощью пишущей машинки многочисленные бланки, пытаясь понять движение данных между ними. К концу дня им овладевало тихое отчаяние, что он попал в западню и его с позором выбросят отсюда. К концу недели он договорился о встрече с Леонардом Гольдштейном. Его кабинет располагался на девятом этаже здания и, захватив папку с материалами, он вышел в коридор. Дверь лифта открылась и появилась Эвелин, пахнущая дорогими духами. Она остановилась вплотную к нему и пронзительно взглянула ему в лицо.

— Хэллоу, Алекс. Как дела?

— Знакомлюсь с документацией. Сейчас направляюсь на консультацию к мистеру Гольдштейну.

— Я по образованию психолог, Алекс. Несколько дней наблюдала за тобой в столовой. Мне очевидно, что ты столкнулся с проблемой, которую хочешь решить кавалерийской атакой. Это ошибка. Нужно отступить и с некоторого расстояния взглянуть на неё и попытаться найти другой путь.

— Спасибо, Эвелин. Я подумаю.

Леонард, импозантный мужчина лет пятидесяти в добротном сером костюме, встретил его лёгкой усмешкой.

— Мистер Абрамов, я не перестаю удивляться закономерности, которую наблюдаю уже много лет. Там, где проблемы достигают высокой степени сложности, откуда-то нежданно-негаданно появляется