Некромант-самоучка, или форменное безобразие - Ардмир Мари

— Не одна связь, значит? Ну-ну, посмотрим кто кого.

— Что ты сказала? — откликнулась взволнованная Олли и наконец-то набрала нужный код.

— Ничего, — ответила я сухо и улыбнулась, едва нащупала поисковым заклинанием некроманта еще одну паразитическую связь, затем вторую, третью и… Мамочки! Неужели наши целители из десяти лучин оборвали лишь одну?!

Изумилась я, по всей видимости, вслух, потому что мне с фырканьем ответила Крэббас:

— Так и есть, это обычная практика работы с иллюзионом. Пусть самка и крупный монстр, но все же паразит.

— А ты откуда знаешь?

— Интересовалась, — буркнула она и потупилась. — Хотела знать, не сильно ли я магистру навредила.

— О, как хорошо, что не я одна за него волновалась! Если так, то не все потеряно для Тугго.

— Что ты сказала? — вскинулась оборотница.

— Ничего, — заверила невинно и, рванув на себя сеть некроманта, оборвала все лучины. Стол и кресло пошатнулись, стекла завибрировали, громогласный рев донесся из глубин здания, а вслед за ним предсмертный писк, и уже с пола палаты раздался полный боли тихий стон.

— Божечки мои! — воскликнула Олли, точь-в-точь как это делает кука, и, обернувшись драконом, вылетела за помощью в коридор.

Вот так единым махом я осталась без свидетеля, наедине с больным и даже не сразу поверила своему счастью. А дальше, секунда на освобождение руки из перчатки, вторая на прикосновение к волосам магистра и еще столько же на формулу восстановления.

— Тамани Анти а-то Теи.

В следующее мгновение Крохен очнулся и, бросив гостинец, отскочил от меня к противоположной стене. Почти одновременно с этим дверь в коридор открылась, и все застывшие за ней лицезрели, как я, негодуя, собираю провизию в корзинку и поднимаюсь с колен, незаметно пряча оброненную перчатку. Ситуацию следовало хоть как-то объяснить, и я ничего лучше не нашла, как разыграть из себя девицу недалекую.

— Если вам так не нравятся булочки с вишней, могли бы прямо сказать, а не швыряться!

— А я не…? — запинаясь, вопросил магистр.

— Нет, не сказали. Булочки увидели и сознание потеряли, а едва очнулись, так сразу в сторону!

— Булочки? С ягодами? Неожиданно… — послышалось из коридора, но мы с ним на зрителей внимания не обращаем. Я хмурая, сопящая, он все еще бледный, чуток трясущийся.

— Я… я люблю вишню, — попытался Крохен меня успокоить. И совершенно зря, мне же со сцены нужно уйти красиво.

— А по вам не скажешь! — Обожгла сердитым взглядом, плечи расправила и гордо удалилась сквозь строй удивленных целителей и некромантов преподавателей, явившихся на помощь. Уже в коридоре надела перчатку, нашла перепуганную Крэббас и громко ей сообщила: — Представляешь, это он так всполошился из-за гостинчика! — Показательно корзинкой в своей руке встряхнула. — Не понравился…

— Ч-что? — Глаза Олли стали в два раза больше.

— Да-да, сама удивлена. — И взяв под локоток, повела ее к лестнице.

Пусть теперь все думают, что Крохен от связей паразита избавился сам, испугался сдобы и одним махом все лучины отсек Правда, в этом случае будет сложно объяснить, отчего же монстр издох. Но я уверена, их фантазия справится и с этим.

Глава 20

Медленно пробираясь по грязному водостоку в образе крохотной летучей мыши, Гер в который раз помянул Тарраха и командира их взвода иже с ним. Ульям Нагс по прозвищу Могучий, как и обещал, устроил Графитовым непростую проверку, но даже не намекнул, насколько поганой она может быть. И оттого уже не раз был мысленно повешен, загрызен, утоплен, подожжен и четвертован каждым из разведчиков. Казалось бы, легкое задание по сопровождению стукача живым и невредимым из селения А в город Б можно было усложнить лишь количеством ловушек, поголовьем «нефантомной» высшей нежити и природным катаклизмом. Что, собственно, и было проделано в прошлый раз. Но нет! Отметив успехи команды в лесу под натиском бури, шипастых псов и целой колонии жаброгов, Могучий решил внести в задание изюминку. Хотя правильнее сказать — целую горсть треклятого изюма: во-первых, за стукача была его собственная бабуля Евласия — чистокровный и очень пожилой человек, а во-вторых, командир привлек к тренировке таргов. И не одного, а пятерых!

Разведчики-профессионалы с опытом работы от десяти до двадцати лет — кладези бесценной информации, носители государственных секретов и тайного мастерства вербовки. Лучше них наставников нет, но и нет противников хуже. Они не чураются грязных приемов, не чтут законов и не оставляют в сознании живых, то бишь либо мертвым, либо в качестве зомби. Попадись таким в руки, и через минуту ты уже бьешься не с ними, а за них. И было бы не так скверно, предупреди командир о подвохе, но он решил, что даже одна незначительная подсказка недостойна Графитовых. И все его напутствие уместилось в двух словах: «Вы справитесь».

И, словно бы читая мысли многоликого, плетущаяся сзади кука прошептала:

— Дя, паршиво получилось с Всеволодом… И с Райсом.

— И с Даней, — закончил метаморф за нее.

— С ним вообще нехорошо!

— Согласен. — Капитан команды Графитовых остановился перед завалом прелых листьев в трубе, тяжело вздохнул. — Придется разгребать.

А хмурая теневая задумалась на мгновение и сердито выдала:

— Ты прости, хозь-зяин, но командир ваш свиньй-я!

— Знаю.

— Могучай-я свиньй-я. Настой-ящий скот! — заявила громче обычного, видимо, вновь вспомнила о молчаливой старушке.

— Еще какой, — согласился многоликий.

Когда группа по настоянию Гера поделилась на подгруппы по трое, якобы двух конвоиров и стукача, и разбрелась в разные стороны от селения А, командир, Таррах ему в глотку, выпустил мглистых волчков. Мелкая неконтролируемая нежить тут же спутала дорогу и вывела одну тройку в болото к шипастым псам, а вторую в овраг к притаившемуся таргу.

Даню завербовали сразу, двое других смогли уйти от преследования и подать знак остальным. Но тщетно, до одних долетело, до других нет. «Благую весть» к застрявшим в болоте теневая донести не успела, зато увидела, как под влиянием опытного разведчика попал вначале Райс, а затем и пойманный им Всеволод. И вроде бы не велики потери, но ужас ситуации заключался в том, что парни знали друг друга как облупленные и пользовались этим против остальных. Все ошибки, все привычки, коронные слова и кодовые знаки. Словом, все то, на чем сложно поймать одиночку, но что замечается в группе. И теперь почти братская сплоченность Графитовых играла против них самих.

К условленному месту перед городом добралось лишь трое вменяемых разведчиков и стукач, которого на себе нес Дао-дво. Бабуля была не против и великолепно исполняла роль безмолвного и почти не капризного груза. Подгруппа Гера избежала неприятных встреч, лишь благодаря теневой и ее предусмотрительности, из подгруппы Криса-красавчика добрался только Крис и уже даже не красавчик Основательно потрепанный, со сломанной рукой и подбитым глазом, он в двух словах рассказал, как вырвался из захвата собственных напарников и избежал встречи с таргом. Оговорив ситуацию с капитаном Графитовых, разведчик решил остаться в лесу, чтобы спутать след и увести погоню в сторону.