Предания, сказки и мифы западных славян - Автор Неизвестен -- Народные сказки

от заклятья не только своих зятьев, но и прекрасную девушку, которая очень ему понравилась.

– Но скажи мне, добрый молодец, кто ты и как сюда попал? – спросила его прекрасная панна.

И тут начал Радовид все от начала до конца рассказывать, кто он, где бывал и как попал в пещеру.

Прекрасная девица была еще более рада, узнав, что Радовид освободил и ее братьев от заклятия, о котором она даже не знала, и что они – одна семья. Она благодарила его снова и снова, повторяя, что хочет его наградить.

– А мне ничего не надо, кроме тебя, прекрасная панна, – ответил Радовид.

Он тоже понравился девушке, поэтому она согласилась стать его женой. После того, как они все обсудили и нарадовались друг другу, пришло время отправиться к младшему брату, у которого их ожидали и старшие братья, освобожденные от заклятья, вместе с женами и детьми. Велика была их радость, когда они все встретились, а еще больше стала она, когда они все вместе отправились к старым родителям и застали их в живых. А уж родители большего счастья и большей радости и пожелать себе не могли, как та, когда неожиданно вернулись к ним и дочери, и сын, все счастливые.

Невыразимо расцвела эта радость во время свадьбы молодого Радовида с прекрасной панной.

Эй, что это была за свадьба! С тех пор, как свет стоит, не было такой свадьбы и не будет!

Словацкий сокол

I

Когда турки владычествовали в венгерской земле, плохо было людям, никто не был уверен, что останется свободным, что не отнимут у него имущество или жизнь. В те времена жил в Любетове, в одном горном местечке, в своем дворце Тавро Брезула. Был это сокол, крепкий на слово, и боялись его турки, которые из Филекова через горы устраивали набеги до любетовских окрестностей, опустошали все вокруг и забирали людей в рабство. Однажды, узнав, что Брезулы нет дома, собрались они и напали на его дворец.

Слуги, преданные своему господину, хотели держать оборону, но были разбиты, рассеяны и связаны. Несомненно, турки собирались забрать их с собой, та же участь ожидала и жену Брезулы. Но сначала, прежде чем поджечь дома, решили подкрепиться едой и питьем. Они приказали жене Брезулы, чтобы она приготовила им ужин, а пока расположились в доме, попивая вино и весело позвякивая саблями. Испуганная жена Брезулы стояла в кухне у очага. И тут вдруг Брезула будто с неба свалился.

– Дай Бог счастья, женушка, – поприветствовал он ее, – что это у тебя за гости?

– Тут турки, – ответила она, трясясь от страха.

– А что ты им варишь, гостям этим милым?

– Капусту, – ответила она.

– А есть ли у тебя к ней мясо?

– Нет.

– Ну, я сейчас тебе его быстро нарублю! – воскликнул он, выскакивая из комнаты.

Но турки, заслышав его голос, погасили свет и в огромном смятении начали один за другим вылезать из окон. Тут Брезула схватил кремень, сжал его между зубами и провел по нему своей острой саблей, так что искры посыпались на землю, как дождь. Так он узнал, где турки, и быстро начали турецкие головы падать на землю. То, что уйти не смогло, там и сгинуло.

Так Брезула совершенно один спас жену, поместье, слуг и всю округу от гибели и разорения.

II

Не могли турки об этой неудаче забыть и задумали месть. Вскоре собралось их множество, и под предводительством аги Тучного[11], известного своей жестокостью и опустошением словацких земель, направились они из Филекова через горы, грабя по дороге селения. Плач стоял в окрестных деревнях, люди с ужасом убегали в горы и леса. Напрасно призывал Тавро Брезула любетовских, чтобы те устроили туркам засаду в пригодном для этого месте.

Тогда выбрал он самого смелого из своих приближенных, и пошли они вдвоем поискать соколиного счастья. Остановились эти смельчаки под горой Ясеновой, там, где удобнее всего было устроить засаду неприятелю. Брезула укрылся у колодца в кустарнике, его друг расположился на верхней тропе. Они договорились действовать сообща, применяя военную хитрость. Брезула хотел, чтобы, когда он выстрелит, тот закричал:

– А ну-ка, сюда, ребята, сюда, Дюра, Самек! – как будто их тут кто знает сколько.

И вот пришли турки во главе с военачальником. Это был известный опустошитель словацких земель, за свою толщину прозванный словаками Тучный ага.

Когда хищные турки с гортанными криками приблизились к колодцу, выскочил из кустов Брезула с ружьем, крича:

– Приветствую, господин Тучный! Дай Бог, больше ты словацкие земли опустошать не будешь! – и, выстрелив, убил агу.

Потом выстрелил и друг его с высоты и закричал:

– Сюда, ребята!

А Брезула тот же отозвался:

– Сюда идите, сюда, Самек, Дюра, сюда, парни, сюда!

– Эй, пали в них! – послышался голос сверху, раздался выстрел, и третий турок упал окровавленный.

Испугались турки, что попали в засаду и, устрашенные смертью аги, пришпорили коней, развернулись и сломя головы бросились наутек.

Там, у того самого колодца и лежит похороненный ага, два камня укрыли могилу его. Отсеченную его голову долго можно было видеть насаженной на колодезную верхушку в любетовском замке, но мальчишки бросали в нее камнями и сбросили в колодец. После этого никто не хотел брать воду из этого колодца, и его закопали.

Железную пику аги долго показывали в любетовском замке, пока несколько лет назад не отослали в музей Пешта.

Так освободил Тавро Брезула свой край от жестокого хищника, и имя его будет долго жить в памяти людей.

Слава ему, соколу!

Матей Микшичек

Биографическая справка

Матей Микшичек (3 февраля 1815 г. – 12 марта 1892 г.) – моравский народный будитель (просветитель) 40‑х годов ХIХ века, журналист, собиратель народного творчества и писатель. Он получил образование в Чехии, Австрии, Венгрии. Учение в Будапеште привело его к деятельности, направленной на пробуждение национального самосознания словаков. Он основал в Зволене (словацком городе) театр, в котором пьесы ставились на словацком языке.

Из Словакии привез он в Моравию и знаменитую песню «Гей, славяне!» (в словацком варианте – «Гей, словаки!»). Песня эта переведена на все славянские языки и считается гимном славян. Первая версия ее текста возникла в 1834 году и пелась на мелодию мазурки Домбровского (музыка эта стала в 1926 году польским гимном, но в песне «Гей, славяне!» иной темп и иные акценты). Песня была гимном всеславянского движения, а также государственным гимном Словацкой Республики, государственным гимном Социалистической Республики Югославия и позднее – Сербско-Черногорской Югославии. В настоящее время