Жизнь не сможет навредить мне - Дэвид Гоггинс

эта работа укрепила мои латы, трицепсы, бицепсы и спину, подготовила плечевые и локтевые суставы к экстремальным нагрузкам, помогла мне развить мощный хват типа "горилла" и повысила устойчивость к молочной кислоте, так что мои мышцы могли работать еще долго после того, как они были перегружены. Когда приближался день игры, я сократил время восстановления и начал делать по пять подтягиваний каждые тридцать секунд в течение двух часов. После этого мои руки падали на бок, вялые, как перерастянутые резинки.

Накануне моей рекордной попытки мама и дядя прилетели в Нью-Йорк, чтобы помочь мне, и все было в полном порядке, пока "морские котики" в последний момент не сорвали мое выступление на Today Show. Только что вышла книга No Easy Day, рассказывающая о рейде на Усаму бен Ладена из первых рук. Она была написана одним из операторов подразделения DEVGRU, которому удалось это сделать, и руководство Naval Special Warfare было недовольно. Специальные операторы не должны делиться подробностями работы, которую мы выполняем в полевых условиях, с широкой общественностью, и многие люди в командах были возмущены этой книгой. Я получил прямой приказ отказаться от участия в съемках, что не имело никакого смысла. Я выходил на камеру не для того, чтобы рассказывать об операциях, и не для того, чтобы заниматься саморекламой. Я хотел собрать миллион долларов для семей погибших, а Today Show было крупнейшим утренним шоу на телевидении.

К тому времени я прослужил в армии почти двадцать лет, не имея ни одного нарушения в послужном списке, и в течение предыдущих четырех лет ВМС использовали меня как своего героя. Они разместили меня на рекламных щитах, у меня брали интервью на CNN, я прыгал с самолета на NBC. Они поместили меня в десятки журнальных и газетных статей, что способствовало их вербовке. Теперь же они пытались задушить меня без всякой на то причины. Если кто и знал правила, по которым я мог и не мог говорить, так это я. В самый нужный момент юридический отдел ВМС разрешил мне продолжить работу.

Рекламный щит в дни моего рекрутинга

Мое интервью было коротким. Я рассказал вкратце историю своей жизни и упомянул, что буду сидеть на жидкой диете, употребляя спортивный напиток с углеводами в качестве единственного питания, пока рекорд не будет побит.

"Что нам приготовить для вас завтра, когда все закончится?" ответила Саванна Гатри. Я рассмеялся и подыграл ей, но, не поймите меня превратно, я был вне зоны своего комфорта. Мне предстояло вступить в войну с самим собой, хотя я так не выглядел и не вел себя. Когда время подошло к концу, я снял рубашку и остался в одних легких черных шортах и кроссовках.

"Вау, это как смотреть на себя в зеркало", - пошутил Лауэр, жестом указывая на меня.

"Этот сегмент только что стал еще интереснее", - сказала Саванна. "Хорошо, Дэвид, желаю тебе удачи. Мы будем следить".

Кто-то включил "Going the Distance", тематическую песню "Рокки", и я подошел к перекладине для подтягиваний. Он был выкрашен в матово-черный цвет, обмотан белой лентой и украшен белой надписью "Не проявляй слабости". Натянув серые перчатки, я произнес последнее слово.

"Пожалуйста, сделайте пожертвование на сайт specialops.org", - сказал я. "Мы пытаемся собрать миллион долларов".

"Хорошо, вы готовы?" спросил Лауэр. "Три... два... один... Дэвид, вперед!"

После этого часы запустились, и я сделал восемь подтягиваний. Правила, установленные Книгой рекордов Гиннесса, были четкими. Я должен был начинать каждое подтягивание из мертвого виса с полностью вытянутыми руками, а мой подбородок должен был находиться выше перекладины.

"Итак, все начинается", - сказала Саванна.

Я улыбался в камеру и выглядел расслабленным, но даже эти первые подтягивания были не совсем правильными. Отчасти это было связано с ситуацией. Я был одинокой рыбкой в стеклянном аквариуме, который притягивал солнечные лучи и отражал жаркие огни шоу. Другая половина была технической. С самого первого подтягивания я заметил, что перекладина дала гораздо больше, чем я привык. У меня не было привычной силы, и я предвкушал долгий день. Поначалу я отгородился от этого. Пришлось. Ослабленный турник означал более сильное усилие и давал мне еще одну возможность быть необычным.

В течение всего дня по улице внизу проходили люди, махали руками и подбадривали. Я махал им в ответ, придерживался своего плана и делал по шесть подтягиваний в минуту, каждую минуту, но это было нелегко из-за шаткого турника. Моя сила рассеивалась, а после сотен подтягиваний рассеивание дает о себе знать. Каждое последующее подтягивание требовало колоссальных усилий, более сильного хвата, и на отметке 1 500 мои предплечья болели как никогда раньше. Мой массажист растирал их между подходами, но они налились молочной кислотой, которая просочилась в каждую мышцу верхней части моего тела.

После более чем шести долгих часов и с 2000 подтягиваний в запасе я сделал первый десятиминутный перерыв. Я значительно опережал свой двадцатичетырехчасовой темп, а солнце опустилось ниже к горизонту, что снизило уровень ртути в комнате до приемлемого. Было уже достаточно поздно, чтобы вся студия была закрыта. Остались только я, несколько друзей, массажист и моя мама. Были установлены камеры Today Show, чтобы засечь время и убедиться, что я соблюдаю правила. Мне оставалось сделать более 2 000 подтягиваний, и впервые в тот день сомнения поселились в моем мозгу.

Я не высказывал своего негатива и пытался перестроиться на вторую половину дистанции, но на самом деле весь мой план провалился в унитаз. Мой углеводный напиток не давал мне необходимой энергии, а плана "Б" у меня не было, поэтому я заказал и съел чизбургер. Было приятно попробовать настоящую еду. Тем временем моя команда пыталась стабилизировать штангу, привязав ее к трубам на стропилах, но вместо того, чтобы подзарядить мой организм, как я надеялся, долгий перерыв оказал негативное влияние.

Во время первой попытки записи подтягивания

Мое тело отключалось, а в голове витала паника, потому что я дал обещание и поставил свое имя на то, чтобы собрать деньги и побить рекорд, и уже знал, что ни за что на свете не смогу этого сделать. Мне потребовалось пять часов, чтобы сделать еще 500 подтягиваний - в среднем менее двух подтягиваний в минуту. Я был на грани полного мышечного отказа после того, как сделал всего на 1000 подтягиваний больше, чем качался бы за три часа в спортзале в обычную субботу без каких-либо последствий. Как