Свет чужого солнца - Ненси Кресс

- В вельде во время Легкого сна воздух совершенно сухой от жары. А что, если высушить воздух печью для обжига?

- Воздух Легкого сна, - отозвалась Эйрис.

Пока Гракс не продемонстрировал людям методы проверки гипотез, они были им неизвестны.

Геды, предупрежденные Энциклопедистом, уже собрались в назначенном месте. Придется вновь решать, что и в какой последовательности делать дальше. Если бы они предвидели такой поворот, знали за людьми склонность к абсурдной логике, то выбрали бы другой вирус, более устойчивый к климатическим перепадам. Но его не мог предвидеть даже Энциклопедист, запрограммированный по образу и подобию гедов.

Энциклопедист начал излагать результаты проведенного им математического анализа. Гракс приказал ему замолчать. Он почуял собственные феромоны. Огорчение, озабоченность, изумление, страх. Ведь именно он учил людей. Прежде, чем присоединиться к остальным, надо было восстановить контроль над феромонами. Его огорчение должно пахнуть сильнее, чем огорчение остальных. Ведь именно он учил Дахара.

Огорчение, озабоченность, изумление, страх и уже совсем неуместный запах гордости. Позор.

52

Костер, разведенный Дахаром на центральном дворе Дома Обучения, давал мощный сухой жар и самый яркий свет, когда-либо виденный в Эр-Фроу.

- Ослепнуть можно, - промурлыкал Тей. Он прислонился к стене неподалеку от Эйрис и сложил руки на груди. - Думаешь, подействует?

- Почему бы тебе не пособить Криджин с дровами? - раздраженно спросила Эйрис. В последние десятициклы ее неприязнь к маленькому торгашу только усилилась.

- Она отлично справляется без меня, - заявил Тей и улыбнулся своим мыслям. - Не думаю, что брат-легионер обрадуется моей помощи. Вот помощь женщины - другое дело. - Любая реплика в его устах звучала двусмысленно.

Эйрис украдкой покосилась на торговца. Никак не угадаешь, что он знает и о чем догадывается. Или просто треплет языком.

Сначала Криджин отнеслась к идее подвергнуть "бактерию" воздействию тепла и света скептически. С колбами и сосудами, о существовании которых год назад и не подозревала, Криджин обращалась ловчее всех, а усердием напоминала Эйрис маленького зверька, без устали роющего свою норку. Она работала не покладая рук, правда, не любила менять род деятельности и предпочла кропотливо смешивать гедийские антибиотики со жреческими снадобьями в надежде получить нужное лекарство. Но постепенно сдалась под напором аргументов Дахара.

Лахаб продолжал шлифовать линзы. Гракс подробно отвечал на вопросы ремесленника и Дахара.

И наблюдал.

- Тепло и свет замедляют рост бактерии, - сказал Дахар после того, как они два дня по очереди поддерживали огонь, - но не прекращают совсем. - Он держал два сосуда и пристально их разглядывал. В одном жидкость помутнела от гноя, в другом была чуть прозрачнее, но все еще мутноватой. Со двора в комнату вошла Криджин. Она принесла еще два сосуда.

- Эти находились дальше всего от огня. Смотрите, они ничем не отличаются.

- Недостаточно тепла.

- Или света, - вставил Тей. - Как узнать, чего именно?

Дахар не ответил. Он продолжал сосредоточенно изучать сосуды.

- Но нигде жидкость не посветлела окончательно, - сказала Криджин. Мы ничего не добились. Пока бактерии продолжают расти, люди будут заражаться.

- Можно подержать эти сосуды у огня подольше, - Дахар поморщился. Может быть, нужно больше времени.

- Нет, - отозвалась Эйрис. - Они и так простояли два дня и две ночи как раз Третьедень. Дело не в огне, а в освещении. Свет костра отличается от дневного света. Я же говорила, но Гракс хотел, чтобы мы сначала попробовали так.

Эйрис подвела свое кресло поближе к Дахару. Разглядывая сосуды, она избегала взгляда жреца.

- Нужно поставить сосуды вне Эр-Фроу, в вельде, и выяснить, убивает ли бактерий естественный свет. И если убивает, станет ясно, что именно искусственный свет Эр-Фроу позволил ей размножиться.

Слабое эхо прозвучало у нее в мозгу: "искусственный свет", но она отмахнулась от него. Сейчас это не важно. Важно, что ответит Гракс.

- Ты забыла, о чем предупреждал Гракс, - холодно возразил ей Дахар. Если открыть ворота Эр-Фроу, бактерия проникнет в воздух Кома. Мы можем заразить всю планету. А если болезнь не лечится светом... Гракс говорит, что в лагере у городских ворот до сих пор живут люди. А вдруг кому-нибудь взбредет в голову посмотреть, что в сосудах, пока они будут стоять на солнце?

- Я думала об этом, - ответила Эйрис и глубоко вздохнула. Она думала об этом ночью, пока Дахар работал с Граксом. У нее было время, чтобы обдумать свою идею со всех сторон.

Эйрис повернулась лицом к Граксу.

- Мы хотим поместить сосуд с бактериями на свет за пределами Стены. Ты говоришь, что, открыв ворота, мы выпустим воздух, в котором может быть зараза. Но сосуд можно поставить на свет не выпуская воздуха. Для этого надо сделать на южной стороне Стены пузырь из прозрачного врофа. Вы умеете делать все, сделаете и это, а мы поставим сосуд в пузырь. Свет будет проходить через прозрачный вроф, и воздух не выйдет.

Все с интересом слушали Эйрис. Но она ни на кого не обращала внимания, даже на Дахара, и не сводила глаз с Гракса.

Гед ответил не сразу. Он опять к чему-то напряженно прислушивался. Делизийка, наблюдавшая за Граксом внимательнее, чем когда бы то ни было, заметила в выражении его лица едва уловимые изменения, которых раньше не замечала. Ей показалось, что Гракс обдумывает сделку.

Да, это действительно сделка, настоящая делизийская сделка. Товар цена. Как могла убедиться Эйрис, без всякой примеси джелийской чести. А заключалась сделка в том, что если геды сделают так, что пузырь будет пропускать солнечный свет к сосуду, Эйрис перестанет колебаться, признает, что Гракс заслуживает доверия, не будет больше тревожить Дахара своими подозрениями. Проведи Гракс опыт, как просила его Эйрис, и, независимо от результата, она прекратит сомневаться в гедах. Если они согласятся на эксперимент, она отбросит свой скептицизм, которому сами же чужаки и научили людей.

Эйрис показалось, что она уловила мгновение, когда Гракс наконец принял решение.

- Да. Мы можем создать пузырь из прозрачного врофа на внешней стене Эр-Фроу.

- Это должно сработать! - обрадованно воскликнула Криджин.

- В пузырь надо поставить два сосуда, - вмешался в разговор Дахар. Один с гноем, разведенным в воде, а другой просто с гноем, из которого влага испарится через несколько часов...

Лахаб перебил жреца. Ремесленник до сих пор не проронил ни слова. По старой привычке джелийского горожанина он все еще опускал глаза, если в комнате находился Дахар.

- Прозрачный вроф может действовать как линза. Он усилит жар. И все будет не так, как если поставить сосуд на прямой солнечный свет.