И осталась только надежда - Наталья Бульба

Мои ощущения говорили о том, что мы находимся внутри центральной сферы, но взгляд воспринимал все так, словно оставались вовне.

— Это основные? — Не удержался от вопроса Сашка, показав на ожерелье. Сравнение показалось мне удивительно подходящим для того, что я видела.

— Да.

— А это? — Я вытянула руку к одному из миров, что оказался в этот момент как раз напротив. Впечатление создавалось такое, будто не одна, а несколько сфер крутились в одной точке.

— А вот это как раз и есть альтернативные миры. Тонкие нити связывают их с основным и с этим Храмом.

— А этот Храм….

Мне не пришлось заканчивать вопрос, он знал, о чем я хотела спросить.

— Находится на Земле Изначальной, но его проекции есть в каждой ее альтернативе. — Вилдор отвечал осторожно, взвешивая слова. В равнодушии голоса слышалось ожидание, во взгляде проглядывало предчувствие. Я чувствовала это, но мысль, кажущаяся столь очевидной, отказывалась даваться в руки. — Он вне времени, пространства или вероятностей.

— Сдается мне, — тон Сашки мне не понравился, но останавливать я его не стала, — у этого места есть еще и другие секреты.

Кадинар невесело усмехнулся и направился к темному пятну, которое, как только он подошел ближе, приобрело четкость, напомнив мне голографический куб. Если моя догадка была верна, система управления здесь подстраивалась под привычные формы. Оставалось понять, как все это действовало.

Идея показалась достаточно увлекательной, чтобы поэкспериментировать. Ломать голову долго не пришлось. Случайный взгляд на один из миров, желание рассмотреть его поближе и… он закружился рядом со мной, удивляя очертаниями материков. Лилея и Дариана были аналогами Земли, этот же выглядел совершенно иначе.

Пока я развлекалась, рядом с Кадинаром уже стояли Айлась и Сэнар. Мы же втроем…. Выглядело это настораживающее. Похоже, не я одна никак не могла смириться с тем, что в принятом решении не было моего согласия.

— Тебе не кажется, что пришла пора объясниться. — Сашка замер напротив Вилдора. Только лишь меч не обнажил. Взгляд безмятежный, но в глубине глаз видится брошенный отцу вызов.

Улыбка дарианца показалась мне снисходительной.

— Не хочешь сделать это сам. — На меня не смотрит. Продолжает без ожидаемой мною язвительности. — Если что, я подскажу.

— Твоя покладистость даже несколько смущает, — задумчиво заметил сын и тут же начал говорить, не давая тому вставить даже слова. Звучало это обвинением. — Не так уж и важно, целенаправленно ты искал воплощение своей Единственной или нет, важно то, что ты ее нашел. На Земле.

— Целенаправленно, — спокойно уточнил мой персональный кошмар. Просто констатация факта, без малейшего проблеска эмоций.

Это совершенно не то, что я ожидала услышать, но…. Уверенность, что именно в прошлом стоит искать разгадку всего, что произошло сегодня, заставляет меня молчать.

— Молодая девушка, юная, восторженная. Тебе ничего не стоило стать для нее той мечтой, к которой она, не скрывая этого, стремилась. Облачившись в личину, ты стал ее принцем, ее героем, ее самым, самым, самым…. Чужая внешность, чужая судьба… для тебя это никогда не было проблемой. Ее родителям не удалось остановить дочь, пусть они и что-то подозревали, и очень скоро она стала твоей женой. Ты наслаждался ее близостью, предвкушая, как проведешь ее через инициацию, вновь восстанавливая связь, о которой предпочел забыть. Но… — пауза была очень короткой, но я ощутила, как дернулся внутренне Вилдор, отгоняя от себя видение ушедших событий, — что-то пошло не так. Зачатие произошло, берсерк притянул душу будущего сына, но женщина не открылась для магии, оставшись обычным человеком.

Миг прозрения, когда, правда и ложь, слившись воедино, становятся истиной. И нет от нее спасения. Не отказаться от того, что раскрывается с очевидностью наготы. И остается только принять, как неизбежность. Кори — не кори, моли — не моли, изменить ничего нельзя.

— Скажи, — я изумленно посмотрела на Вилдора, поражаясь, как эта мысль не пришла мне в голову раньше. Впрочем, удивляться этому не стоило, его тактика была мне известна. Он просто не давал возможности связать воедино все, что мне удалось узнать, — ведь управляющий кристалл есть только в вероятностных мирах?

— Браво, мама! — воскликнул Сашка, посмотрев на меня с грустью. — Я все никак не мог понять, как он мог смириться с неудачей, как оставил ребенка, почему отдал тебя Олейору? Когда, познакомившись с ним поближе, признал, что сделать он этого не мог без веских на то оснований, начал искать причину его столь необычного поведения. А когда принял, что я просто не вижу того, что прямо перед моими глазами, пропускаю его в нагромождении фактов, ответ пришел сам. Он не мог тебя инициировать, потому что был рожден в альтернативном мире, в отличие от тебя. Найти — сумел, заставить полюбить — тоже, инициировать — нет, мир оказался устойчив к столь судьбоносному вмешательству. Но он не отступился, просто искал выход.

— Дариана — вероятностный мир! Это было не разочарование — крах. Все, о чем я мечтал, все, ради чего жил. Все рухнуло в одно мгновение. Меня никогда не страшила смерть, в тот миг я ее испугался. В моей жизни больше не было ничего, чтобы я мог умереть достойно. Несколько дней на грани безумия. Наша психика слишком стабильна, но понимание того, что выхода нет, оказалось сильнее заложенного предками. Дорогу на Альтерру я нашел от безысходности. — Бесстрастность дарианца мне не понравилась. Она напоминала брезгливое равнодушие хищника, загнавшего свою добычу. — Образ помог разобраться с причиной провала. Вместе с ним мы придумали этот план.

— Ему нужна была Лера, чтобы спасти свой мир, а тебе?

Вопрос Сашки остался без ответа.

— Когда стало понятно, что провести инициацию может только тот, кто принадлежит к первоначальному вееру миров, мы начали подбирать кандидатов. Я предлагал варианты, айлар и Сартарис просчитывали его шансы.

Пришло время и мне вклиниться в их разговор. Горечь разъедала душу, слезами проступая на глазах. Но я вновь и вновь сдерживала себя, не позволяя проявить слабость. Или… жалость.

Впрочем, он в ней не нуждался.

— А тут, как нельзя кстати, появился Элильяр, со своим интересом ко мне.

Вилдор, как эхо повторил:

— И тут, как нельзя кстати, появился Элильяр со своим интересом к тебе. До этого момента я ведь даже не слишком проявлял любопытство по поводу твоего прошлого, хоть и обратил внимание на двуипостасность якобы отца. Тут уж пришлось всерьез заняться твоей жизнью и жизнью твоих предков, поражаясь изобретательности и коварству судьбы. Правнучка великого Там» Арина, родственница Маргилу…. Но не это было главным — Олейор оказался идеальным кандидатом. Оставалась только одна опасность: мое малейшее сознательное вмешательство уничтожало всю эту прекрасно выверенную схему.