Другие правила - Валерия Аристова

Он закрыл лицо руками. Руки дрожали, а сон не желал уходить из головы. Раненая рука сильно саднила, он опустил ее и снова откинулся на подушки.

Вчера он заснул в домике дона Родриго, а сегодня проснулся в комнате Валери. Наверняка она боялась воспаления и приказала принести его к себе… Все же в кубке ее был не яд, который снился ему даже во сне. Она его невеста, но не смерть. Скоро он поведет ее к алтарю, ведь время работает против нее. Он заулыбался. У Валери нет выхода. Она станет его женой, доньей Валерией Мадино.

Сон тревожил его, все время врываясь в реальность яркими картинками. Он отлично помнил и лицо священника, и то, как Валери молитвенно сложила руки, и на пальце ее блестнули драгоценниые камни.

Тут он заметил кольцо на своем мизинце и окончательно запутался. Это было кольцо Валери, она очень любила его. Потом логика пришла на помощь, и он решил, что она подарила ему любимое колечко в благодарность за дона Родриго. Хотя он не был уверен, что она была благодарна ему.

Тут дверь открылась и вошла Валери. Солнечный свет стал ярче, Хуан мог поручиться за это. На ней было что-то светлое, и Хуан просто смотрел на нее, не замечая больше ничего вокруг. Он был рад видеть ее. Камень упал с его души, когда он понял, что жив, и что Валери не имела намерения его отравить.

— Добрый день, — она подошла поближе и положила руку ему на лоб, он вздрогнул как от удара, и по всему телу разлилась теплая волна, — прекрасно, жара даже нет. Похоже, новое лекарство Сафи себя оправдало.

Валери смотрела на него с подозрением. Вся ее фигура говорила о том, что она не очень рада видеть его.

— К чему снится церковь, Вали? – спросил он, чтобы нарушить затянувшееся молчание.

Она подняла глаза.

— А что тебе снилось?

— Как будто мы с тобой венчаемся, а потом этот чертов кубок я видел. И вокруг была кровь.

Она пожала плечами.

— Ну, крови вчера было достаточно.

— А церковь к чему? Там было темно, и ты в белом покрывале.

— Не знаю, — она снова смотрела на него из-под ресниц, — я спрошу у Сафи. Она лучше разбирается в снах. Расскажи мне поточнее.

Она села в кресло около кровати и отвернулась, смотря в окно. Слишком тихая и какая-то другая, Валери сложила руки на коленях. Такой Хуан ее еще не видел.

— Что ты мне вчера дала? Я заснул сразу?

Валери кинула на него взгляд. Не самый добрый. Губы ее дрогнули. Некоторое время она молчала, потом ответила.

— Я рада была узнать твое мнение о себе, — голос ее дронул, — это было новое изобретение Сафи. Обезболивающее. Но у него оказался снотворный эффект. Я не знала, как быстро наступает сон.

Он помолчал. Валери явно была обижена, и он понимал, что она имеет право обижаться.

— Я заснул достаточно быстро, как я понимаю, — сказал он.

— Когда?

— Мы сидели на диване в домике. А проснулся уже тут. После этого ужасного сна.

Валери быстро вскинула на него глаза.

— В домике? Ты…, — она подбирала слова, — ты не помнишь, как сюда попал?

— Совсем нет. Помню только домик.

Она вскочила с кресла, прошлась по комнате. Светлое платье ее взметнулось, блеснуло на солнце ярким зайчиком, потом Валери снова подошла к кровати. Глаза ее смотрели прямо, но он видел, что Валери чем-то взволнована.

— Я думаю, что ты достаточно здоров, чтобы отправиться к себе. Я… боялась, что будет жар. Я…

— Хорошо, — сказал он с улыбкой, — Пока что я еще не имею права находиться здесь. Но, думаю, что как только мне станет лучше, мы на самом деле окажемся в церкви. Валери?

Она вынырнула из задумчивости. Обхватила себя руками. Сжала губы.

— Я должна рассказать Сафи про… это лекарство! – вдруг воскликнула она и бросилась вон из комнаты.

Хуан некоторое время смотрел на захлопнувшуюся дверь, потом откинулся на подушки и нахмурился. Он намеревался просить прощения за то, что подумал о ней хуже некуда. Непонято, что на него нашло. Но Валери так быстро убежала, что он не успел даже придумать, какими словами будет оправдываться. Здоровой рукой он провел по лицу. Валери как всегда полна сюрпризов.

...

— Это будет последний раз, — Валери стояла посреди комнаты, а Катрин и Сафи сидели в креслах и смотрели на нее совсем не добрым взглядом.

— Так нельзя, — сказала Катрин.

— Поздно, — сказала Сафи, — все ниточки нужно дергать до свадьбы, а не после. Ты и так из него уже веревку свила.

— Но я должна быть уверена в нем! — Валери тоже села и переводила взгляд с одной девушки на другую.

— А сейчас ты не уверена? — удивилась Сафи.

— Не знаю. Я должна воспользоваться ситуацией. И вы не имеете права мне мешать!

Катрин пожала плечами. Вся эта затея ей сильно не нравилась. Сафи тоже не была в восторге.

— Каких еще доказательств ты хочешь, Вали? — Сафи всплеснула руками, — вроде уже все знаешь.

Валери опустила голову.

— Майрут мне говорила, что чем больше мужчина прощает, тем больше гарантий, что его терпение внезапно кончится. Я хочу быть уверена, что...

— Как только он узнает, что ты затеяла, особенно если тебе это удастся провернуть, его терпение и кончится! — воскликнула Катрин.

— И его даже будет не осудить. Он будет прав! — добавила Сафи.

— Ну и что? Вот тогда я буду точно знать. Я должна...

— Тогда ты останешься либо вдовой, либо соломенной вдовой, — перебила ее Катрин.

Валери сердилась. Она сильно сердилась на своих сестер, и не была готова отступать.

— Он был уверен, что я могу его отравить! Он на полном серьезе решил, что я насыпала ему яд! Катрин, Сафи! Как я могу верить ему?

— Твое поведение не было безупречно, — сказала Сафи.

— Ты вот можешь подумать, что я хочу тебя отравить? – парировала Валери.

Сафи замотала головой.

— А он может, — Валери закрыла лицо руками, — мой муж уверен, что я могу подсыпать ему яд. Как мне с этим жить?

— Он был разгорячен битвой,