Ферзи - Татьяна Чернявская

— А замаскированное хранилище для утаивания налогов нашего дорогого градоправителя не желаешь?

— Ух ты ж… ё-ё-ё… — Валент ошарашенно уставилась на глумливо лыбящегося вора. — А ты сам-то что там делал?

— А я мимо проходил. Вижу кто-то в замке старого графского склепа копается, дай думаю зайду, проверю…

— Ну вот и мы мимо проходили. А ты лежи здесь, мил человек, отдыхай, пока возможность есть, — быстро разобравшаяся в ситуации, а, может, просто привычная в ожидании мерзостей со стороны судьбы, Танка, пыхтя от надуги, взгромоздила себе на плечи здорово раздувшийся и потяжелевший рюкзак.

— Не-а, — с какой-то неуловимо мерзкой, полной злобной радости интонацией протянул Виль, продолжая улыбаться. — Не прокатит. Там на точках слежения ауру выхватывает. И догадайтесь, чьи слепки по картатеке найти смогут, госпожи чародейки?

— А тебя, зачит, и не найдут? — сощурилась в ответ духовник, не до конца веря, в вопиющую несправидливость Вселенной.

— Не-а, мы же люди простые, нас никто не отслеживает, да на учёт не берёт, пока разок не попались, так что, что был — что не был…

Алеандр только усилием воли и напоминанием о Мельфисдорском проклятии удалось не скинуть голову этого самодавольного молодчика с колен, пару раз совершенно случайно пришибив об камень для надёжности.

— А появление здесь у тебя вызванно исключительно человеколюбием и непреодолимой тягой к мимохождению? — Танка попыталась скопировать его мерзкую ухмылку, но породия оказалась жалкой и неубедительной.

— Да он от своих же и прячется, — логично предположила Эл. — Небось, без добра, возвращаться страшно, или они сами на него наводку бросили исключительно из непереносимости характера. Ты только глянь на эту паскудную рожу, даже мне пришибить хочется, что уж про всякое ворьё говорить. Тут же профессионализм на лицо.

— Но-но! — непритворно обиделся за состояние собственного лика юный вор. — Я честный подмастерье! Между прочим, будущий ювелир и попрошу прекратить грязные инсенуации в мой адрес! Это произвол со стороны чародеев и принижение простого люда! Я буду жаловаться! По вашему, если человек лишён простейших материальных ценностей, то он неприменно переходит на теневую сторону? Да что же засилие чародеев сделало с такими простыми, общечеловеческими ценностями, как уважение, доверие и милосердие? С каких это пор обездоленный признаётся низшим, только за то, что не может позволить себе приличную одежду? Триликий, куда смотрят жрецы твои? Куда…

— Клоун! — не выдержала издевательств над весьма почитаемой и лилиемой в глубине души верой Алеандр и раздражённо спихнула с колен болезного, далеко впрочем, не отходя (видать, надеялась на сотрясение).

— А чего она у тебя такая злая, а? — как ни в чём не бывало поинтересовался Виль, даже не думая подниматься. — С самого утра на людей кидается?

Чаронит только тяжело вздохнула, стараясь вложить в этот вздох всю скорбь мира, и, развернувшись, пошла в лес, подволакивая за собой баул из скатерти. Привычная к причудам подружки Алеандр тоже печально вздохнула, сожалея об утраченной возможности приобрести нового пациента, и, захватив свои сумки, поплелась следом. Не то, чтобы она настолько ценила злато, просто оставлять с сокровищами один на один маниакально экономную и подозрительную Яританну не хотелось. Вдруг ещё закопает от греха подальше? А ведь половина добычи была ею чесно награбленна в неравном бою со Стражем!

— Эй!?! — возмущённо завопил всеми оставленный ворюга и бросился вслед за чинно удаляющимися в лес девушками, подбирая на бегу свой тощий потрёпанный узелок. — Вы куда собрались? Вы что совсем полуумные!?! Я говорю, тут у градоначальника сигналка сработала, когда мы обратно выползали, он уже на ушах, наверно бегает, сейчас вышлет зачистку из теневых, чтоб князя не тревожить, и нам придёт большой и жирный каюк!?! Вы хоть меня слышите, лахудры?

Лахудры на определение обиделись (рыженькая даже специально обернулась, чтобы одним красноречивым жестом показать всю глубину его морального падения), но не остановились, даже движения не замедлили. Склон холма всё ещё тянулся к вершине, и любое замедление на этом подъёме грозило бы шатающимся под весом девчонкам заваливанием на спину, как майским жукам или черепахам. По доносящемуся пыхтению и едва сдерживаемым ругательствам можно было догадаться, что миг триумфального опрокидывания уже близок. Успевший нагнать скорбную процессию гордых златолюбцев, Виль вовремя подпёр плечом распухший груз, и начавшая нелепо барахтаться блондинка с трудом, но удержалась на ногах. Возвращали в прежнее положение тела её вдвоём: Эл тянула за руки, в то время как вор толкал в спину.

— Фух, — тяжело, даже трагично перевёл дыхание парень, очень демонстративно утирая со лба капельки пота, — что это ты себе наложила? Могильную плиту в память о разложившемся красавце прихватила?

Духовник предпочла надменно промолчать, поскольку внятно говорить без отдышки после наглядной демонстрации физической несостоятельности у неё могло и не получиться. Зато активизировалась более крепкая Алеандр, уперев в бока маленькие кулачки и очень грозно вперившись в не желающего отвязаться парня:

— Слушай, да что тебе от нас надо, в конце концов? Делать больше нечего? Если сейчас поднимут ищеек на нашу поимку, то острых ощущений на всех хватит с лихвой. Так что давай без всякого своего мимохождения, энурез убогий!

— Не, ну вот дуры! — на распухшем лице проступило выражение крайнего удивления и возмущения. — Кого только в Замок набирают! Искать же будут либо меня, как взломавшего, либо вас, как засветившихся. И поскольку свести наши персоны вместе им просто в голову не придёт, аки что общего может быть у меня и господ чародеев, то присматриваться будут к одиноко идущим парням и парочкам одарённых девиц, а тут вы все такие из себя с баулами. А кого заинтересует милая семейка, где братик с сестрой провожают гостившую у них кузину.

Взгляд его глаз, даже сквозь едва заметные щели стал таким кристально честным и благородным, что хоть сейчас на исповедь к Верховному жрецу и представить в качестве претендента на святость.

— Ну, вот и породнились, — согласно кивнула Яританна, значительно более благосклонно принимая эту если и ложь, то более правдоподобную и реалистичную, и, не скрывая ехидцы, добавила: — дорогой кузен.

— Эй! — возмущённой фурией подскочила травница. — Почему это я должна быть сестрой этого рыжего?

От обиды и здорового негодования у неё даже подбородок начал подрагивать, но у «братика» такое выражение лица вызвало лишь неуловимо противную профессиональную улыбку старшего ребёнка в семье: