Инка. Повесть о любви в письмах - Вадим Качала

на работу. Я работаю компании «Канцелярские ситрое». Работаю в функции менеджера по экспорту–импорту ЭВМ. Моим рабочим партнером в Москве является в/о «Электромортехника». Покупаем из СССР ЕС-1030.

Можешь писать на адрес: …

Посылаю тебе также фотокарточку нашей открытки (интересно, если у тебя есть еще вторая половинка), посылаю фотокопию твоего письма, которое храню – это твое последнее письмо. Храню и фотки, две малюсенькие. Тоже тебе скопировала. Посылаю и свою фотку, такая я сейчас. Не знаю, я думаю, что не изменилась я: рост тот же 166, вес тот же 55 кг, глаза те же зеленые, только, наверное, больше морщин прибавилось, да разуму немного.

О себе тебе напишу, если будешь хотеть, а ты мне все напиши о себе.

А пока, я очень рада, миллион тебе раз спасибо, что опять есть нить, которая не должна порваться.

Пишешь, если вернусь в СССР. Это невозможно, Вадька. Чем бы я там теперь уж была? Что бы меня ждало дома? Здесь у меня дети, работа. Семьи уже никогда не будет такой, как я думала, мечтала иметь. Можно сказать, что жизнь прошла, надо теперь жить так, как ее начала жить.

С мужем не живу. Живу с ним в одной квартире, т. к. нет выхода из положения: не могу найти квартиру.

В марте хочу подать не развод. Я замуж уже второй раз выходить не хочу, а он пусть себе создает семью, пока не поздно, не хочу держать его разводом, так что так все получилось глупо!

Думаю, что встретимся, поговорим, как только договоримся, так начну стараться поехать в командировку.

Так мне хочется с тобой встретиться, не представляешь ты себе. Ты был для меня всегда единственным другом, а если бы у меня было больше разума 10 лет тому назад, так, думаю, что нам бы не было плохо вместе. Но это позади, нет смысла теперь этим жить и перебирать, что было, а что не было. Надо жить так, как живем так? Так уж не говорю о прошлом.

У меня 2-е детей: Женьке будет 10 лет, а Аленке будет 6 лет в апреле.

Пиши о себе. Не сердись на меня, но я бы не хотела тебя потерять, раз уже ты, можно сказать, нашел меня.

Буду ждать теперь от мамы письмо с твоим адресом, а может быть сумею дозвониться до тебя.

Пиши о себе, целую, Инна.

Заявление Инки, что она не вернется никогда в СССР, подводило черту ожиданий совместной жизни. Вадим не мог в то время ни под каким видом приехать в Прагу, а Инке для приезда в СССР даже на время требовалась виза.

Прага, 14 января 1977

Вадик, милый, привет!

Наконец-то дозвонилась к тебе, вот только что положила телефонную трубку. Слава богу, хоть слышала тебя.

Отправляю тебе на твой адрес, какой ты мне дал 2 письма. В одном – письмо, в другом – разное, и фотку. Надеюсь, что и ты мне пришлешь свои. Моей фотки не пугайся, кая-то слишком черная и грязная я на ней. На прошлой неделе опять ходила к фотографу – нужно было на паспорт. Будут фотки через 14 дней – пошлю, может будут лучше.

Посылаю тебе и образец конверта, главное, чтобы на первом месте было Имя, фамилия – только считается письмо личным.

А пока, целую, пиши,

Инна.

8.02.1977

Инка, родная моя, здравствуй!

Мы опять или, вернее, наконец вместе, хотя нас и разделяют тысячи километров – нас связывает (а значит и делает вместе) наш старый друг – переписка!

Сколько всего прошло, сколько пережито. Нам уже 30! Но остался старый юношеский дух, который, наверное, уже засел навечно.

Инка! Моя Инка! Мы наконец-то протянули друг другу руки, и опять куча объективных и субъективных преград. И не знаешь, кого и что винить. Ну, ладно, подробно обговорим при встрече. Приезжай скорее!

Средства связи – телефон. Звонить лучше всего с 12:30 до 13:00 или с 8 до 9 – у нас очень загруженный коммутатор. Но, в принципе, если упорно звонить, то можно дозвониться в любое время с 8 до 17 (кроме 12:00 – 12:30 – я ухожу обедать).

Почта. Другого, кроме К-64 почтового адреса не имею, т. к. снимаю квартиру, а это слишком ненадежное жилье, но, в принципе, можно туда дать телеграмму, хотя она очень долго идет и не 100 % гарантия.

Да, еще на почту я хожу сейчас редко: не чаще раза в неделю, т. к. надо ездить в Москву.

Я живу, как уже видишь, под Москвой (27 км или 45 мин на электричке). Работаю в трех остановках от дома (35 км от Москвы) в институте бумаги. Занимаюсь моделированием производственных процессов, в частности, на ЕС‑1020 (здесь мы с тобой оказались у родственных машин).

Что еще? Окончил аспирантуру. Диссертацию еще не защитил – еще не создан новый Ученый Совет.

Высылаю тебе фото трехлетней давности. Я уж сильно постарел: седина не только на висках, но и на бороде. Выгляжу, как всегда, старше своих лет. Все остальное: рост 172, вес 70, глаза зеленые.

В следующем письме вышлю более позднее фото. Пишу о себе. Я уж буду писать о себе по кусочкам, а еще расскажу при встрече.

Ты все продолжаешь краситься, хулиганка? А куришь? Помнишь, выговаривала мне, что я курю? Но я с тех пор почти не балуюсь: 1–2 сигарету в год.

Пиши обо всем. Как дети? Женька уже, наверное, в школе. Моя Таня уже во 2-м классе.

Я 25.01.77 (ровно две недели назад) развелся с женой, которая с Таней живет в Туле. Я по выходным уже три года езжу туда к Танюшке.

Нина, милая, почему ты не хочешь возвратиться в Союз? К чему такой пессимизм. В 30 лет еще полжизни впереди.

Вторую половинку открытки, конечно, храню.

(Извини за сумбурный стиль письма – пишу так, как приходят мысли. Сколько хочется спросить, узнать – и хватаюсь сразу за все).

Я сейчас проклинаю себя, что не нашел твоей мамы раньше. Хотя я хотел приехать к ней, но все не было командировки в Новосибирск. Один раз года 1,5–2 назад я был в Нижнем Тагиле и в конце командировки хотел слетать в Новосибирск. Купил билет и ждал в аэропорту Свердловска погоды, но ее не давали почти сутки. У меня кончалась командировка, и я сдал билет на Новосибирск и полетел в Москву. А летом прошлого года я был в командировке в Красноярске и