Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

— Аааа! — услышали мы жутко перепуганный мужской вопль. — Чудовища, отпустите меня! — истошно кричал выскочивший из-за дальнего валуна гвардеец и стремглав побежал к своему капитану.

А рядом с огромным булыжником остались стоять еще минуту назад весело перешептывавшиеся дикобраз и скорпион. Сейчас же они практически рыдали в голос, кляня злую судьбу, захолустную академию, вредных простолюдинов и бездарных преподавателей. О собственной бестолковости и лени в их причитаниях не было ни слова.

— И это нас они называют монстрами! — негодовал Вредный. — Теперь понятно почему малявки называют нас милашками! Им есть с кем сравнивать! — со свойственной всем крылатым ящерам прямолинейностью заметил он.

Рыдая навзрыд, пятеро красоток покинули нас, за ними же последовала выбравшаяся из-за булыжников зазнавшаяся парочка.

Я продолжила заниматься прежним делом, давать имена крылатым ящерам, и вскоре на поляне оказались Храбрый, Стремительный, Меткий, Опасный и другие новоиспеченные пусички и очаровашки.

Как я не старалась быстро придумывать имена, но все равно это заняло много времени, и когда мною был назван последний ящер, на поляне уже стояли сумерки, и пространство освещалось кострами и магическими светильниками. Я стала рассматривать происходившее вокруг и поймала себя на том, что улыбаюсь. Я ощутила себя по-настоящему счастливой. Вокруг меня были друзья-сокурсники, они бесстрашно гладили и тискали огромных зверюг, а те, поражённые невинными ласками, что обрушили на них мои товарищи по академии, начали оттаивать и с удовольствием подставлять свои шеи, спины и брюшки под щедрые руки моих друзей.

Апогеем цунами нежности стал Стивен — строгий первокурсник со светлой челкой, что так азартно гонял юных аристократов пару дней назад. Он разлегся на спине Опасного, надо сказать, самого крупного из присутствовавших на поляне самцов, обнимая того руками и ногами и, прикрыв от удовольствия глаза, беспрестанно бормотал:

— Я вас обожаю!

Опасный с недоумением косясь на первокурсника, словно на ласкового косматого щенка, тихонько шептал своей возлюбленной Тучке:

— Ты была совершенно права, дорогая! Эти малявочки совсем не похожи на тех человечков, от которых мы сбежали, — согласился он с подружкой. — Этих малюток и пугать-то жалко, не то что убить!

— Ну я же тебе рассказывала, милый! А здесь целых пять курсов забавных малышей! — радостно сообщила пара Опасного.

Даже прибывшие к нам из столицы новоявленные первокурсники, как леди, так и джентльмены прониклись всеобщей любовью к чешуйчатым милашкам огромных размеров и тоже стали чуть застенчиво знакомиться с ними. Но ящеры, словно чувствуя иное, значительно отличавшееся от обожания моих сокурсников, отношение к ним со стороны позеров, предпочитали держаться от тех в стороне, хоть и оставались подчеркнуто сдержанными. А в остальном все были вполне довольны друг другом.

— Как тебе это удалось? — спросил, подойдя ко мне, Брайан.

— Что? — не поняла я.

— Подружить ящеров с людьми, — пояснил гвардеец.

— Ты же и сам знаешь, что я тут вовсе не причем. Крылатые ящеры по своей природе очень добрые и любопытные, а студентов в Северную Академию, в отличие от Столичной, набирают исключительно по призванию, а также по специальному артефакту проверяют на пригодность к профессии, — гордо заявила я.

— И в чем ваша пригодность должна проявляться? — продолжал выспрашивать капитан.

— В доброте и милосердии, умению сострадать и заботиться, а главное, ценить окружающую нас природу, растения, животных и людей, — рассказала я очевидные вещи.

— Замечательный у вас артефакт! Его неплохо было бы применять при назначении чиновников на министерские посты, может, и в государстве порядка больше было бы! — задумчиво произнес Брайан. — Боюсь, у наших министров на прохождение такой проверки духа бы не хватило!

— Определенно! — согласилась я. — Кто же захочет рисковать своей должностью?!

Мы еще несколько минут постояли молча, наблюдая за общением ящеров с моими товарищами, а затем Брайан развернулся и очень внимательно на меня посмотрел.

— Айлин, почему ты делаешь это? — задал он совершенно непонятный для меня вопрос.

Глава 111

— Что? — спросила я, ощущая себя очень глупо.

— Крадешь крылатых ящеров, подслушиваешь моих подопечных! — пояснил капитан.

Услыхав вторую часть вопроса, я смутилась и опустила глаза. Признаваться в подглядывании было невероятно стыдно, словно меня поймали на месте преступления.

— Ну ты же сам видел в каком плачевном состоянии были самочки в той злосчастной пещере! Если бы мы им не помогли, они бы погибли от переохлаждения и болезней, — оправдываясь, промямлила я.

— Айлин, воровать у соседей их животных — это преступление! — настаивал гвардеец.

— Но они не простые животные, а магические! И древний закон магов велит нам…

— Еще день назад ты даже не подозревала об этом законе! — жестко перебил меня Брайан, угрожающе надо мной нависнув. — Но все равно отправилась похищать чужую живность!

— Они живые! Им было холодно, страшно и больно! И если у вас в гвардии на подобные мелочи не обращают внимания, то у нас в Северной Академии принято помогать обездоленным! — шипела я на капитана.

Брайан был зол, он едва сдерживался:

— Хорошо, зверюшек ты пожалела, — рычал он. — А зачем было подглядывать за столичными болванами?

Выдохнув, я начала признаваться:

— Нам было любопытно, по какой причине их к нам отправили! И ты знаешь, мы сделали это очень вовремя, так как твои подопечные задумали украсть нашу Мадину и опозорить ее!

— Ты хоть понимаешь своей пустой головой, во что ты ввязалась?! — продолжал наседать парень. — Неужели тебе не приходила мысль, что твое любопытство может быть опасно для жизни?!

— Опасно? — искренне удивилась я. — Но, почему?

— Потому что, если сильные мира сего решили скрыть что-то от всех и для этого даже отправили пятьдесят знатных отпрысков в захолустье на окраину нашей империи, то они ни перед чем не остановятся, чтобы сохранить свои секреты в тайне! — вымученно процедил Брайан.

Я смотрела на него во все глаза и была шокирована, так как не рассматривала ситуацию в подобном ракурсе.

— Ты хочешь сказать, что из-за того, чтобы мы подслушали этих развратников, нас могут убить? — спросила я осипшим от волнения голосом.

— Ну, как минимум, наказать! Вы могли услышать то, что не предназначено для ваших милых ушек, госпожа Айлин. Не забывай, что четверка ухажеров Мадины — это сыновья министров и важных чиновников Лавийской империи. А у таких отцов много возможностей заставить тебя молчать, — растолковывал мне гвардеец.

Я приуныла. Стоило ли поступать в академию, расположенную на окраине государства, подальше от столицы с ее интригами, чтобы эти козни настигли меня здесь? Как несправедлива ко мне судьба!

— И что же нам с друзьями делать? — глотая слезы, прохрипела я.

Меня осторожно приобняли за плечи, прижав к широкой, надежной груди.

— Айлин, милая, пообещай мне, что больше никого не будешь ни подслушивать, ни спасать! — устало попросил меня Брайан. — Родная, я очень боюсь за тебя!

— Хорошо, — легко согласилась я. — Подслушивать мы больше никого не будем.

— А спасать? — заподозрив неладное, уточнил капитан.

— Понимаешь, если какому-нибудь ящеру или моему другу понадобится помощь, я не смогу остаться в стороне и наблюдать как живое существо мучается, — честно ответила я.

— Айлин! — негодовал капитан.

— Прости, Брайан, но я — ветеринар! Мое призвание — лечить и помогать! — настаивала я.

Брайан тяжело вздохнул, неодобрительно качая головой.

— И, судя по подслушанному нами разговору, Мадине в ближайшее время понадобится помощь! — настаивала я.

— Айлин, ты преувеличиваешь свои возможности, как главного спасателя Северной Академии, — успокаивающе поглаживая меня по спине, растолковывал мне капитан. — Крылатые ящеры, как ни удивительно это звучит, но щуплый позер прав, кровожадные чудовища, мощи которых никто в нашем мире не может противостоять. Думаю, они вполне могут и сами себя защитить. Если ты так беспокоишься за безопасность своей соседки, то я возьму на себя решение этого вопроса, с нее и волос не упадет. Теперь ты можешь пообещать никуда не встревать?