Гимн неудачников - Лила Джерри

Бесшумно стукнулась об пол выроненная алебарда. Друид пошатнулся, зажимая пальцами рану на правом боку, медленно опустился на колени.

- Ой-ей... - Крапива зажала рот и с ужасом попятилась.

Я тупо уставился на окровавленные ладони.

Вот же пропасть... я же не сделал ничего непоправимого?

Правда?

***

Золотистый свет безмятежно переливался между стройных белых колонн, на блестящем полу играли солнечные зайчики, и даже музыка под высокими сводами поменяла настроение и стала наигрывать что-то бравурное.

Музыке было хорошо, залу было хорошо, и колоннам тоже было хорошо, и только мне, как обычно, было плохо.

Друид скорчился на полу, прижимая ладони к правому боку. По зеленой ткани, вокруг рукоятки ножа, быстро расплывалось пятно; кровь текла между судорожно сжатых пальцев, расплывалась по полу, темная, почти черная. А я, как нетрудно догадаться, стоял столбом и смотрел.

Что же делать, что делать? Вытащить нож? Я потянулся к гладкой серой рукоятке, но испуганно отдернул руку. Или нельзя? Или надо остановить кровь? Или нет? Или как? О, карма моя!

- Уберись! - рявкнула Крапива, отталкивая меня в сторону.

Ну и правильно, постою в уголке и помолюсь. Говорят, порой помогает. О, Небеса, за что вы так со мной?.. Что? Не о себе молиться? Кактус, скотина, не смей подыхать, меня же ваше братство закопает...

Мне было страшно.

Где-то в глубине души я почему-то не сомневался, что когда все это закончится - а оно должно закончиться хорошо, не могу же я бегать всю жизнь! - я вернусь к жизни нормального добропорядочного и законопослушного гражданина и забуду прошлое как кошмарный сон. Все обязательно будет хорошо. Обязательно...

Сбивчивый шепот умолк. Целительница отняла руки от раны, пощупала пульс, покачала головой и поднялась на ноги.

- Ну и зачем ты его убил?- мрачно спросила она.

Так вот. Не будет.

- Убил? - беспомощно переспросил я.

- Нет, Кактус сам себя прирезал.

- Я убил?..

- Я! Кто его ножиком пырнул, а?

Я возмутился:

- А кто его прямо на нож толкнул, Великий Дух?

Крапива открыла рот, готовясь возразить...

- А... а ведь правда, - неожиданно согласилась она, и тихо и испуганно прошептала: - Лоза, что же теперь с нами будет?

Не паниковать. Только не паниковать. Что будет? Я скажу. Если пропажу одной черепушки с заброшенного кладбища никто бы не заметил, то пропажу Кактуса, увы, не заметить сложно. Друиды начнут расследование, поболтают с деревьями, пообщаются с грибницей, раскроют горькую правду, и прощай, Лоза. Отныне мне ни будет ни сна, ни покоя. Каждая травинка, каждая мушка, каждый цветок станет угрозой; я превращусь в изгнанника, вынужденного весь остаток жизни прятаться по самым дальним и мрачным углам, а так как в самых дальних и темных углах дополна своих, темных и злых обитателей, то делать мне это недолго. И помощи ждать неоткуда - мой опекун связался с нежитью, а Эжен считает, что предатель - ха! - я.

После такой подлости охотнику на выдуманных монстров можно уходить с чистой душой, легким сердцем и чувством выполненного долга. Добился-таки своего.

- Меня выгонят из братства... - монотонно заговорила девушка.

- А меня казнят.

Небеса мои, да как я мог, как я осмелился надеяться, что благополучно отделаюсь от Дэна Ролы, и никто никогда не узнает о нашем маленьком сговоре?

- Отменят все посвящения...

- А меня казнят.

Не паниковать? Да ладно, чего уж там. Можно и по зальчику побегать, с воплями "за что?!", хуже-то не будет...

- Лишат звания целительницы...

- А меня...

- А тебя казнят, - Крапива уткнулась мне в плечо и разрыдалась.

О, ягода-малина, дух осины и священный подберезовик! Нет, не надо истерик! Как же я теперь буду бегать по залу и рвать на себе волосы?

- За что судьба так жестока ко мне?

Ч-ч... что? Это же мои слова!

- Перестань, - я осторожно встряхнул целительницу, пытаясь привести в себя. - Не будут они это делать. Это же просто случайность.

Девушка сомнамбулически кивнула и перевела взгляд на лежащего друида:

- Я не хотела... - ее глаза вновь наполнились слезами. - Кактус...

О, Карма. Это ужасно.

Она плакала у меня на груди, а я ощущал себя так, будто меня режут тупой пилой. Таким подлецом я не чувствовал себя еще никогда. Лучше бы Крапива мне вовсе не помогала; и не грызла бы меня сейчас вина за что, что я приношу одни несчастья.

- Я опорочила честь рода. Память предков... От меня все отвернутся... ни один дух больше не заговорит со мной...

Это выздоровлением называется.

- Ты, это... не надо так расстраиваться, - растерянно промямлил я. - Они еще не узнали.

Плохой из меня утешитель.

- Сегодня вечером Клен будет говорить с Древом! - яростно взвыла друидка. - Лучше смерть, чем такой позор!

- Н-не надо, - я осторожно отобрал у нее какой-то флакончик, надеюсь не с ядом, и пообещал: - Я что-нибудь придумаю.

- Правда?

Нет. Точнее, были бы иные варианты.

- Ты можешь заколдовать Лес, чтобы он все забыл?

- Если бы у меня было высшее посвящение, - всхлипнула Крапива. - Если бы у меня была самая крошечная частичка Древа...

- За чем же дело стало? Мы же все равно к нему идем.

- Ты думаешь, никто не пытался? Древо защищают могущественные чары, и кости смельчаков лежат у корней, и прах их смешался с землей, - обреченно прошептала целительница. - Отдай мне зелье. Пусть все закончится быстро.

Я отвел руку и со всей силы швырнул флакон об стену.

- Ты! - взвизгнула разом ожившая друидка. - Ты хоть знаешь, сколько времени я на него потратила?!

- Кого травить собиралась? - светски поинтересовался я. - Между прочим, подсудное дело. Говори, что за Древо, и как туда добраться. Спилить не обещаю, но лист или шишку какую принесу.

- Ты с ума сошел!

Как же мне хотелось с ней согласиться.

- Ничуть, - я равнодушно пожал плечами. - Не хочешь помогать? Тогда я найду его сам.

- Нет! Ты погибнешь! - Крапива испуганно вцепилась в мою куртку, будто я уже мчался обдирать национальное лесное достояние, и жалобно добавила: - Лоза, пожалуйста...

- Вон этот, - я пихнул ногой череп. - Говорил, что только я могу проникнуть на кладбище. И он был прав; такое ощущение, что Лес меня не замечает. Я для него не человек.

- Но... Клен не возьмет тебя с собой, - нашлась друидка.

- С каких это пор Клен стал у нас командиром?

Крапива изумленно округлила глаза и прижала ладонь к губам.

- Ты... ты хочешь попросить командира?

- Нет, Великий Лес!

Друидка испуганно отшатнулась, но не замолчала:

- Мы пойдем, защищенные чарами. Клен не спустит с тебя глаз, покуда длится ритуал...