Я люблю тебя, Зак Роджерс! - Анна Милтон

— Джеймс… Моя мама… — горло сковало мерзкое ощущение тошноты, вызванное воспоминанием о подлом поступке моего самого близкого человека.

— Вот именно, — поспешил утешить он, вложив мое лицо в свои ладони, которые теперь были теплыми. — Не приписывай себя к тому, что она сделала.

— Да, конечно, — опустив подбородок, пробормотала в ответ. — Только все равно становится гадко, когда думаю об этом.

— Это в прошлом. Не цепляйся за него. Уверен, Линдси тоже страдала. Но если сейчас она счастлива…

Я оборвала его смешком, который непроизвольно сорвался с моих губ.

— Извини, — покачала головой и услышала тяжелый вздох.

— Давай не будем говорить об этом, — предложил Зак, притягивая меня к себе и бережно обнимая. — Мне чертовски хреново, когда я вижу тебя грустной.

— Договорились, — улыбнулась ему в шею.

— Вот и умница. Выше нос, малыш, — отклонившись назад, он подмигнул мне.

Я бросила тоскливый взгляд на свой блеклый дом и потянулась к дверце, чтобы открыть ее.

— Ну… пока? — повернулась к Заку.

— Пока, — он прильнул ко мне, нежно поцеловав, и отстранился через несколько секунд. — Как мне дождить до завтрашнего дня? — произнес, накрыв мой лоб своими губами. С горьким и шумным выдохом, отодвинулся и выпустил меня. — Все. Иди. Иначе я снова тебя поцелую, но больше не отпущу.

Хихикнув, я выскользнула из машины.

Через силу направляясь к дому, приказала себе не оборачиваться, чтобы не поддаться соблазну и не залезть в проклятый внедорожник обратно. Сцепив пальцы, не прекращала двигаться, но с каждым шагом невольно замедлялась.

— Постой, — услышав за спиной обжигающий, хриплый тембр, застыла в мгновение ока.

Рука на моей талии.

Широко распахнутые голубые глаза, устремленные прямо в душу.

Завораживающие пухлые губы, произносящие слова, которых я не могу услышать, потому что ослеплена мыслью вцепиться в парня, находящегося напротив…

— Еще один, — Зак прижал меня к себе, — поцелуй.

Его уста со всем жаром обрушились на мой рот. Импульсивно и страстно наши языки изучали друг друга, будто впервые. Стоны тонули в томном, сбивчивом дыхании. Чуть покусывая меня, Зак теснее притянул к себе. Мое разгоряченное тело покрылось мурашками.

Из легких ушел последний воздух, и, похоже, не у одной меня.

Восстанавливая дыхание, мы смотрели друг на друга животным взглядом.

— Тебе пора, — промямлил Зак, облизывая губы.

— Пора… — вторила едва слышно.

Увидев восторженный блеск в небесных глазах, я вновь потянулась к его лицу.

Меня несколько изумило, с каким желанием Зак поцеловал меня. Но я не осталась в долгу. Мои руки сами собой тянулись вниз, плавно скользя по изгибу плеч, спины, и остановились на упругих ягодицах.

Зак судорожно выдохнул мне в рот. Я мягко сжала его попу, и он рассмеялся.

— Щекотно, — сказал, целуя меня в уголок рта.

— Кажется, я должна была уйти пять минут назад.

— Иди. Я не держу тебя.

— Правда?

— Совсем не держу.

— Ну, я пошла.

Провела кончиком языка по его верхней губе.

— Иди, — прошептал он, медленно выдыхая.

— Все. Я ухожу.

— Иди, — сказал вновь, но теперь его голос звучал расслабленно.

Убрав руки с его задницы, я сделала шаг назад.

— До завтра, Зак.

— До завтра, Наоми.

Дотронувшись пальцами до яростно пульсирующих губ, я мечтательно улыбнулась и, чувствуя невероятную легкость во всем теле, поспешила к дому.

Я стояла у дверей до тех пор, пока Зак не уехал. Даже когда осталась одна, и провожать взглядом было больше некого, мне не хотелось заходить внутрь. Такое чувство, будто я не была дома целую вечность…

Ладно.

Решительно расправив плечи, я открыла дверь ключом и прокралась в прихожую. Замерла, вслушиваясь в гробовое молчание. Неужели, никого нет?

Что ж, так даже лучше.

Наматывая на палец короткий темный локон, я побрела к лестнице.

— Привет.

Мир будто перевернулся, когда до меня донесся столь холодный и родной голос. Испуганно вцепившись в перила, я уставилась в сторону гостиной, откуда ко мне обратилась мама. В сгущающемся сумраке и пронзающей насквозь тишине, она стояла у окна под лунным светом, смиренно сложив руки под грудью, и неподвижно смотрела перед собой в одну точку.

— Привет, — внезапно мой голос осип. То ли от волнения, то ли от нехорошего предчувствия.

Очень медленно повернувшись в мою сторону, мама послала испепеляющий взгляд, в котором говорилось о многом, и в то же время я не могла понять причину, по которой она была такой… ледяной и отстраненной.

— Ты встречаешься с Заком Роджерсом? — в лоб спросила мама.

От такой прямоты в коленях зародилась дрожь, и я крепче схватилась за перила, чтобы не упасть.

Она видела нас.

Ну конечно. Еще бы не увидеть… Если мама стояла у окна, а мы целовались прямо перед домом и даже не пытались прятаться.

Не то, что бы я пришла в ужас оттого, что теперь ей все известно. Просто я планировала поговорить об этом чуть позже. Может быть, больше, чем через «чуть».

Стараясь не терять самообладание, по крайней мере, внешне, я уверенно вскинула подбородок.

— Да, — ответила так же прямо.

Лишь на короткое, неуловимое мгновение мама растерялась, и ее, казалось бы, нерушимая твердость дала трещину, и я почувствовала себя сильнее. Я поверила, что у меня есть шанс разрулить эту тему без скандалов. Однако почти тут же ее карие глаза вернули себе стальной блеск, и с плотно сжатых губ слетело протяжное: «Хмм».

— Когда я спрашивала тебя в прошлый раз, общаешься ли ты с ним, ты солгала мне, верно? — уточнила так же равнодушно, но я была уверена, что это лишь напускное. Внутри она закипала, и очень скоро мы обе станем жертвой извержения ее недовольства.

— Да, — я не собиралась лгать ей сейчас, так как в этом не было причины.

— Ясно, — протянула она.

Дом вновь погрузился в тишину.

— Ты не должна встречаться с ним.

Ее слова выбили почву из-под моих ног. Хотя я ожидала, что она скажет нечто подобное. Поэтому была готова.

— Почему? — спросила безразлично.

Мама опустила руки вдоль тела и быстрым шагом пересекла расстояние между нами. Выйдя из мрака, в который была погружена гостиная, она остановилась рядом и устремила на меня превращающий внутренности в лед взор.

— Тебе действительно нужно отвечать на этот вопрос? — воскликнула она, вскинув руками. — Он сын Джеймса.

— И что? — я пожала плечами.

Спокойствие с моей стороны приводило ее в ярость.