Я люблю тебя, Зак Роджерс! - Анна Милтон

— Просто захотелось это сделать.

Кровь прилила к лицу, и я стала задыхаться от волнения.

— Это…

— Да перестань, — соблазнительно подмигнув мне, Зак уселся за стойку. — Чего ты стесняешься? Этой ночью я и не такое делал с твоей очаровательной попой…

— Прекрати, — закрыв лицо ладонями, я поспешила удалиться, пока меня окончательно не вогнали в краску.

Вслед я услышала его искристый, громкий смех.

Куда веселее готовить кафе к закрытию вместе с Заком. Конечно, на уборке было почти невозможно сосредоточиться, потому что он постоянно касался меня, целовал, и я могла думать лишь о его губах на моей шее, и руках, скользящих по бедрам. Поэтому мы вышли из «Голд» в одиннадцатом часу.

Когда я открывала дверцу внедорожника, мой телефон завибрировал в кармане.

Мама.

Я застыла со смартфоном в руке.

Мы созванивались днем, и мама говорила со мной ровным, даже спокойным голосом. Спросила лишь, почему я не предупредила ее, что не буду ночевать дома. И тогда я поняла, что она подумала, будто я ночевала у Джесс.

Лучше ей не знать, что это не так. Ее хватит удар, когда мама узнает, что я начала встречаться с Заком… Не то, что бы я так сильно переживала за ее психику. Но я сама не подготовлена морально к тому, чтобы поговорить с ней о Заке. Это обязательно случится… когда-нибудь, но не сейчас.

Через пару секунд мама сбросила вызов, и я медленно заползла в машину. Убрала телефон обратно в карман и ответила на беспокойно-вопросительный взгляд Зака.

— Все в порядке?

— Да-а… Просто задумалась.

— Пристегнись, — сказал он, заводя мотор.

— Так что ты придумал на этот вечер? Или это секрет? — я потянулась за ремнем. Воспользовавшись несколькими секундами, пока Зак не видел мое лицо, зажмурилась и стала убеждать себя, что сейчас не время думать о маме и прочей ерунде. Оставлю эти мысли на потом, когда рядом никого не будет, и я смогу спокойно разобраться с тараканами в своей голове.

— Мы едем смотреть кино, — с улыбкой объявил Зак.

— Ух-ты! Какое? — я буквально запрыгала на сидении. Давно не была в кинотеатре.

— Половина двенадцатого начнется сеанс на романтическую комедию. Забыл название. И еще в двадцать три сорок пять будут какой-то фильм про зомби. Тоже не помню, как называется. Что из этого?

— Зомби.

— Честно говоря, не сомневался, что ты выберешь ужастик.

Я ухмыльнулась.

— Вряд ли романтическая киношка поможет мне расслабиться. А вот жаждущие мозги мертвецы и бессмысленная резня — вполне.

— Я того же мнения, — с радостью поддержал Зак.

Я не думала, что местом просмотра фильма будет почти не пользующийся популярностью в Индианаполисе кинотеатр «Драйв-ин24». Когда мы заехали на парковочную площадку, то кроме внедорожника Зака я увидела еще три автомобиля, раскиданных по довольно-таки большой территории.

— Где остановимся? — поинтересовался Зак. — Ближе к экрану, или дальше?

— Давай не будем подъезжать близко.

— Так точно.

Мы скромно припарковались в восточной части парковочной площадки.

Когда перед нами включился огромный экран, и появилась заставка фильма, Зак потянулся к задним сидениям.

— Будешь? — предложил, держа в руке две упаковки «Cheetos».

— Спасибо, — взяла со вкусом сыра и открыла ее.

Все начиналось довольно мило. Группа выживших. Океан мертвецов. Мозги, мозги, мозги, кровь, слезы, дешевые экшн-сцены, пустые диалоги, снова мозги. Но было довольно-таки забавно наблюдать за глупостью главной героини. Конечно же, я не сумела сдержаться от комментариев, так как такие фильмы всегда раскрывают во мне нешуточное возмущение. Большую часть фильма я называла Мэри Стоун (так зовут блондинку, которой отведена главная роль в зомби-ужастике) безмозглой стонотой. Во-первых, она почти никого не замочила. Во-вторых, из-за нее погиб парень, который симпатизировал мне, как персонаж. Естественно, он был влюблен в нее и отдал жизнь, защищая ее мозги. В-третьих, она постоянно истерила.

И вот сейчас Мэри и еще одна девушка добрались, наконец, до порта в Сан-Антонио, где должны были встретиться с другой группой людей на корабле и уплыть на остров, где нет зомби.

Зак издал громкий зевок и закинул руку на спинку моего кресла.

— Ты умрешь когда-нибудь уже? — пробурчала я, сверля экран сердитым взглядом.

Услышав смешок со стороны, немного расслабилась. Зак смеялся над моими комментариями весь фильм.

— Не стоит так серьезно относиться к фильму, — посоветовал он, все еще глядя на меня.

— Я очень впечатлительна.

— Заметил.

Несколько минут спустя Мэри вопила, когда парочка зомби добрались до ее попутчицы. А Мэри пятилась назад, прижав руки ко рту, и рыдала.

— Самое время свалить, милочка, — проворчала, качая головой.

Так хотелось закричать, громко и протяжно, чтобы эта тугодумка услышала меня.

— Знаешь, в чем плюс кинотеатра на открытом воздухе? — тихо спросил Зак.

— В чем? — я задрожала, когда он просунул ладонь между моих ног.

— Никто не видит нас, — его вкрадчивый шепот раздался рядом с моим ухом, и я вцепилась пальцами в обивку сидения, когда мягкие губы коснулись мочки. — Никто не слышит. Эта машина — наш маленький, укромный уголок, где не существует никого, кроме тебя и меня. Это место, где мы можем заниматься неприличными вещами и при этом смотреть кино.

Зак нежно целовал мою шею, и я поймала себя на мысли, что мне стало глубоко плевать на фильм и тупицу Мэри Стоун.

— Неприличными вещами, говоришь? — переспросила на громком выдохе.

— Угм, — согласно промычал Зак, зарывшись лицом в моих волосах.

Я немного отклонилась, чтобы посмотреть ему в блестящие глаза. На губах играла дразнящая улыбка. Он облокотился о спинку кресла и играл с моим локоном.

— Ну, так как? Не против скрасить просмотр фильма и заняться чем-нибудь непристойным? — уточнил, сделав свой голос сексуальным и дерзким.

С радостью.

ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ ГЛАВА

Я села к нему на колени и тут же впилась в его губы. Плавные движения рук Зака по моему телу сводили с ума. Испуская томные, крошечные вздохи, когда была возможность отстраниться, дабы не умереть от нехватки кислорода, я запуталась пальцами в густой шевелюре цвета спелой пшеницы. Сладкий вкус его языка побуждал в недосягаемой зоне моего естества чувство, похожее на взрыв сразу тысячи атомных бомб.

Теснее прижавшись к Заку, я легонько укусила его за нижнюю губу. Он издал странный, но невероятно возбуждающий гортанный рык и прижал меня к себе еще крепче. Между нами не осталось ни единой прослойки воздуха, и единственным источником моей способности к жизнедеятельности являлся Зак Роджерс.