Семь престолов - Маттео Струкул

поясе, — острой как бритва сабле с изогнутым лезвием длиной в четыре ладони и удобной костяной рукояткой, — и продолжил уплетать пирог. Сканнабуэ приближался, ни о чем не подозревая. У него в руках тоже был нож, лезвие посверкивало в свете камина. Когда солдат Сфорцы подошел достаточно близко, Габор резко вскочил, схватил за спинку стул и обрушил его на голову противника. Дерево ударило по черепу с глухим стуком, как дубинка, и Сканнабуэ упал на пол. В то же мгновение Силадьи прыгнул на него, схватил за волосы и перерезал горло. Трактирщик замер на месте, подняв руки, будто в немой просьбе не крушить все вокруг.

Габор мгновенно вскочил на ноги: с лезвия стекала кровь, губы изогнулись в хищной усмешке. Он увидел, как побледнели лица двух других преследователей.

— Снаружи холодно и дождь, — сказал венгр. — Если хотите, можем поспать и решить наши разногласия завтра на рассвете во дворе. Обещаю, я никуда не убегу. А у вас будет время подумать, хотите ли вы кончить так же, как ваш приятель. Ну и пока похороните его, что ли.

Браччо Спеццато — Габор узнал его — поднялся на ноги. Не говоря ни слова, он вытащил меч из ножен, и стало ясно, что на предложение Силадьи он отвечает отказом. То же самое сделал и второй солдат. Трактирщик спрятался на кухне и положился на волю Господа, ожидая, пока опасные посетители перережут друг другу глотки.

Габор обнажил свой скимитар — смертоносную саблю с изогнутым лезвием и великолепной перламутровой рукояткой, украшенной серебром и рубинами. Если уж умирать, то хоть поразвлечься под конец, решил он.

Вот странно будет, если смерть придет как раз в тот момент, когда он решил стать другим человеком, сказал Габор сам себе, а затем с мощным рубящим ударом кинулся на Браччо Спеццато. Лезвие в форме полумесяца поразило плечо солдата Франческо Сфорцы. Одновременно левой рукой венгр атаковал ножом второго противника. Того удалось застать врасплох: неожиданность и короткая дистанция сыграли на руку Габору. Нож ударил прямо в лоб солдата, расколов ему череп. Ноги незадачливого преследователя подкосились, и он рухнул на землю бездыханным.

* * *

Браччо Спеццато с ужасом смотрел на происходящее: в мгновение ока он остался один, оба его товарища мертвы. Легкость, с которой избавился от них Силадьи, поражала.

«Что же, это лишняя причина дорого продать свою жизнь», — подумал Спеццато. Отразив рубящий удар венгра, Браччо попытался резким выпадом поразить его в живот, но проклятая сабля защитила Габора.

Спеццато атаковал сверху, но венгр парировал и этот удар, после чего, не ограничиваясь защитой, снова перешел в наступление. Солдат Сфорцы еле увернулся от лезвия, скользнувшего рядом с ухом, а затем, атакуя противника слева, одновременно изо всех сил ударил его головой в лицо. Венгр закричал, закрыв нос и рот свободной рукой. Из ноздрей брызнула кровь, Силадьи раздраженно сплюнул.

Браччо продолжил атаку и, пока Габор парировал очередной мощный удар, другой рукой успел вытащить из-за пояса нож и воткнуть его в левое бедро противника.

* * *

У Силадьи снова вырвался крик. Он понял, что это конец. Габор недооценил Браччо Спеццато. Он решил, что тот будет соблюдать правила дуэли, хотя мог понять, что, играя честно, Браччо не дожил бы до своих лет. Силадьи ли этого не знать?

Лезвие меча Браччо Спеццато проткнуло грудь Силадьи. Габор почувствовал жуткую, невыносимую боль, но губы изогнулись в улыбке. Он это заслужил, и раз уж все так сложилось, надо уйти с достоинством.

— Рад, что именно вы убили меня, Браччо Спеццато, — сказал он, падая на колени. — Я хотя бы умираю от руки отважного воина.

Силадьи еще раз сплюнул кровью и наконец повалился на бок.

* * *

Браччо Спеццато смотрел на умирающего противника. Он все еще не мог поверить, что справился с ним. Венгр бормотал что-то еще, чего Браччо не понял, впрочем, особенно и не старался. Достаточно того, что он сам остался жив.

Похоже, Габор Силадьи позволил ему себя убить. Как бы то ни было, Браччо Спеццато схватил мертвеца за волосы и потащил к выходу из чертова трактира. Пока он возился с дверью, хозяин опасливо смотрел на него, не решаясь сказать ни слова.

Оказавшись на улице, соратник Франческо Сфорцы увидел, что пошел снег. Еще одна причина поторопиться. Он сделал то, что должен, а потом сложил голову в холщовый мешок, который привез с собой. Браччо Спеццато вывел свою лошадь из конюшни и поскакал в сторону замка Аббьяте.

ГЛАВА 84

МУКИ СОВЕСТИ

Миланское герцогство, замок Аббъяте

— Герцог приказал принести это вам, — сказал Браччо Спеццато, поднимая в воздух холщовый мешок. Тот пропитался чем-то бордовым и распространял тошнотворную вонь. — Капитан не держит на вас обиды. Он считает, что вы были вправе совершить то, что совершили, но хочет, чтобы вы знали: он не любит оставаться в долгу.

Не дожидаясь ответа, Спеццато швырнул мешок на землю и внимательно посмотрел в испуганные глаза Бьянки Марии: похоже, она догадалась, что там. Затем солдат развернулся и покинул комнату.

Оставшись одна, Бьянка Мария заглянула внутрь. От отвратительного запаха ее замутило, но намного страшнее было то, что явилось ее взору. Герцогиня быстро закрыла мешок.

Ее била дрожь, зубы непроизвольно отстукивали свой мрачный ритм. Значит, Франческо все знает. Он не наказал ее за преступление, но дал понять, что в курсе того, кто убил Перпетую да Варезе и по чьему приказу свершилось злодеяние.

Бьянка Мария сползла по стене на пол. Ее словно пронзили кинжалом в самое сердце. Не в силах подняться, герцогиня растерянно смотрела в окно замка. На улице падали крупные хлопья снега, и ей внезапно стало ужасно холодно. Можно набросить накидку, но Бьянка Мария не решалась встать. Ей было слишком страшно. Она осталась на месте, рядом с доказательством убийства, которое совершила много лет назад.

Отрубленная голова не давала забыть о том, как жестоко она себя повела.

Даже Габор Силадьи оказался лучше ее! Он-то искренне раскаялся в содеянном. Бьянку Марию едва не стошнило.

Она заставила себя встать, с силой опираясь на стену. Ноги герцогини дрожали, словно речной камыш на холодном ветру. Она прикусила губу так сильно, что почувствовала во рту вкус крови. Вкупе с отвратительной сладковатой вонью это наконец вывело ее из оцепенения. Бьянка Мария взяла мешок и, с трудом переставляя ноги, отправилась в свои покои. Там она накинула на плечи длинную накидку с меховым воротником и надела высокие сапоги. Сжимая мешок в