Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

За ними следовали двадцать четыре техножреца меньшего ранга и кибернетические солдаты-скитарии, также в красных одеяниях. Некоторые из них несли древки, знаменами на которых служили священные чертежи машин. Многие из скитариев подверглись чудовищным изменениям. Пятеро несли машины с носиками, источающими дым, который пах жженым маслом и агрессивными химикатами. Они шли первыми, подготавливая дорогу для своих господ. За ними следовал десяток сервиторов, лишенных плоти везде, кроме лиц. На их безруких плечах были установлены термоядерные орудия. Сервочерепа, жужжа, сновали вокруг делегации.

Техножрецы-прислужники и сервиторы остановились в конце комнаты, выстроившись по дуге. Сквозь их построение прошли еще девять магосов. Они образовали второй полумесяц, остановились и одновременно опустили рукояти топоров так, что звон раскатился по всему залу. Их аугмиттеры защебетали и затрещали.

— Лорд-магос эксплоратор Плоск, — нараспев произнес один, — магос когитатор-лексмеханик Нуминистон, новомагос Самин, командующие «Экскомментум инкурус». Избранные эксплораторы Марса, особо благословленные Омниссией.

Три оставшихся техножреца прошли в пространство в центре полумесяца и встали перед тронами Адептус Астартес. Вышедших вперед жрецов окутывал дым из кадил.

Один из них снял капюшон, под которым оказалось полное лицо. Это был глава делегации.

— Я лорд-магос Плоск, из мира-кузницы Триплекс Фалл.

Плоск был тучным человеком. Металл имплантатов усеивал его лысую голову, из задней стороны черепа тянулись длинные, покрытые сталью кабели, ведущие к скрытой робой машине, выпирающей из спины, словно горб. Лицо магоса, сейчас невозмутимо спокойное, не претерпело изменений.

— Я приношу извинения за способ нашего появления, владыка магистр Кровопийц Цедис и владыка капитан Новадесанта Гальт. Однако мы не можем позволить, чтобы скитальцу «Гибель единства» был нанесен ущерб.

— Этот скиталец — предвестник несчастий, — ответил Цедис. Он схватился за трон настолько крепко, что дерево начало трещать. — Я следовал за ним треть столетия, намереваясь уничтожить его и спасти миры Императора от заражения чумой, которую он разносит. И ты посмеешь остановить меня в момент моего триумфа?!

Плоск сохранял спокойствие, несмотря на злобу Цедиса.

— Да, посмею.

Цедис наклонился вперед и, брызжа слюной, прошипел сквозь зубы:

— Я магистр ордена Адептус Астартес, повелитель Сан Гвисиги с рангом, равным имперскому командующему. И ты нагло стоишь передо мной! Ты и твои последователи не преклоняете колени, как подобает перед лицом в моей должности!

— Не преклоняю, — спокойно ответил Плоск. — Наибольшие властные полномочия из всех присутствующих — у меня, а не у вас, владыка, — магос склонил голову.

— Какая дерзость! — выплюнул Цедис. Гальт украдкой посмотрел на него. Лицо магистра было искажено яростью. Реклюзиарх Кровопийц шагнул вперед и положил руку на наплечник Цедиса. Гальт был удивлен такой бесцеремонностью. Цедис стряхнул руку.

— Это факт, владыка, — пожав плечами, ответил Плоск, — я работаю лишь с фактами.

— Ты не свободен от традиций и законов Империума, техножрец. Ты прервал военную операцию против врагов Императора. Я хочу узнать причины этого вмешательства!

— Я собирался это сделать с самого начала.

Плоск взмахнул своей металлической левой рукой.

Из-за облаков благовоний вперед вылетела пара сервочерепов. Красный свет из их глаз прорезал дым. Между ними висел, волочась по воздуху, свиток длиной в человеческий рост.

— Узрите воплощение моей власти, — произнес Плоск. — Это первая часть. Остальные пятьдесят семь сегментов вы можете увидеть, когда пожелаете. Однако этот подтверждающий свиток заверен мастерами Марса и Верховными лордами Терры. Документ наделяет меня старшинством в абсолютно любых операциях Империума, касающихся данных СШК. Без исключений.

Сервочерепа подлетели к Гальту и остановились перед ним. Клубы дыма из свитка сворачивались в трубочки. Гальт встал и прочел написанное.

— Всё так, как он говорит, владыка Цедис. — Гальт поднял одну из тяжелых печатей, украшающих нижнюю часть документа. Воск был черным и мягким на ощупь. — Печать принадлежит Гарму, Лорду Муниторум.

— Гарм умер сотню лет назад, — сказал реклюзиарх Мазраэль.

— Да, правда? — спросил Плоск. — Я не слышал об этом, мы путешествовали на самый край Галактики и обратно, даже за пределы света Астрономикона, в поисках этого скитальца. И подумать только! — Он наигранно улыбнулся. — Все это время наша цель находилась в самом сердце владений Императора! — Улыбка исчезла с его лица. — В любом случае это не отменяет моей власти, независимо от того, жив Гарм или мертв. Его слово нерушимо.

— Как ты заполучил такую власть? — прорычал Цедис.

За Плоска ответил молодой магос Самин. Он говорил фанатично и не пытался скрыть чувство собственного превосходства:

— Магос Плоск добился больших успехов в нахождении археотеха. Очень больших. Верховные лорды хотят, чтобы эти находки продолжались.

Самин был едва аугментирован. Гальт посчитал, что он некто вроде ученика.

— У меня есть причины считать, что на этом скитальце содержится множество шаблонов СШК первого и второго поколения, и, возможно, они еще функционируют. Даже один из них — бесценная реликвия из Темной эры технологий. А вы, как дикари, собирались разрушить их! — Плоск покачал головой. — Я не могу позволить этому произойти. Здесь есть более важные вещи, чем уничтожение врагов человечества. Смерть сотни миров была бы справедливой ценой за такие знания. Обратись к своему магистру кузницы. Он знает кое-что из внутренних тайн, спроси у него совета, — он кивнул в сторону технодесантника.

Кластрин покачал головой. Его механодендриты дергались в воздухе.

— Я не служу двум господам. Я принадлежу Новадесанту, и только ордену достанется моя верность, не Марсу. Не заговаривайся, магос.

— Но ты тоже считаешь этот скиталец сокровищем? — спросил Гальт.

— Несомненно, брат-капитан. Ты знаешь это, — произнес Кластрин сдвоенным голосом. — Он принесет пользу всему человечеству, а если то, о чем говорит магос, верно, то скиталец вообще несравненно важен.

— Я изучал этот древний корабль долгие годы, владыки, — сказал Плоск, напыщенно жестикулируя рукой и механодендритом. — Из источников со всей Галактики я собрал информацию, которая позволяет предположить, что в центре этого скитальца есть определенные… суда, которые построены всего спустя пару тысячелетий после вознесения Императора на Золотой Трон. Возможно, там есть даже корабли, созданные во времена, предшествующие Великому крестовому походу и уходу нашего господина из мира смертных.

— Где? Мы не нашли никаких следов таких кораблей в этой агломерации, — ответил Гальт. Сидящий рядом Цедис кипел от гнева.

— Являетесь ли вы экспертом в этих вопросах, владыка капитан? — спросил Плоск. — Или нет? Я скромно информирую вас, что я — эксперт.

— Лорд-магос эксплоратор Плоск вернул пять шаблонов СШК первого поколения, владыки, — надменно произнес Самин. — Он является несравненным экспертом в этом вопросе.

— Я знаю, почему вы не можете их обнаружить, — продолжил Плоск. — Их местонахождение точно не известно. Рядом с местной звездой условия становятся достаточно… тяжелыми. — Он улыбнулся. — Поэтому наша первая задача — составить карту скитальца.

— Наша задача?! — переспросил Цедис.

— Вы просто заставите нас отступить, чтобы заняться своими делами? Когда вы закончите, то и мы завершим свою работу, — сказал Гальт.

— Ты проницателен, владыка капитан. Но нет. Моя власть дает мне право привлекать любые подходящие силы для достижения цели. На данный момент ты и твои космодесантники кажетесь мне вполне подходящими.

— Вы хотите зачистить скиталец? — спросил Цедис. Он облизнул губы, на которых заиграла легкая улыбка.

— Именно. Я предполагал, что ты сочтешь это интересным, владыка магистр.

— А если мы откажемся? Что тогда? — спросил Гальт.

— В таком случае я выражу свое недовольство Верховным лордам Терры, — ответил Плоск. — Я вернул техноклад Офиллио Кривого из Мальстрема. Я разгадал шифры древних мертвецов Мартузи и своими действиями одарил человечество могуществом. Мое влияние велико. Наиболее вероятным результатом вашего отказа будет проверка ордена Инквизицией и искупительный крестовый поход.

Цедис напрягся, услышав такую угрозу. Мазраэль слегка повернулся. Гальт скорее почувствовал это, чем увидел своими глазами. Беспокойство Кровопийц было ощутимым.

— А если мы согласимся? Признаю, что такое великое испытание разжигает во мне интерес, — сказал Цедис. Его голос слегка дрожал. Гальт решил, что он что-то скрывает.