Мечник - Василий Сахаров

Начинаем мародерку. Системные блоки вскрываются и из них вынимаются жесткие диски. Все в мешок, ноуты следом. Пошарили по шкафам — голо, ни золота, ни бриллиантов, ни секретных отчетов, и только в сейфе обнаруживается несколько толстых пачек денежных купюр, в основном, как их раньше называли, «вечнозеленых долларов». Сейчас это макулатура, и брать дензнаки не стали. Еще один мешок набили книгами, хоть и на английском языке, а пригодятся. Оглянулись вокруг, брать более нечего, и мы направились в оружейную комнату.

Проходит еще два часа, и проход в следующее помещение открыт. Входим внутрь оружейки, и понимаем, что зашли удачно. Вот теперь-то мы вознаграждены за все наши труды. Не могу сказать, для чего здесь собирался этот арсенал, но здесь можно было вооружить не десять охранников, как их изначально на этом объекте было, а как минимум, полсотни. По крайней мере, кевларовых бронежилетов, комплектов обмундирования, рюкзаков и пластиковых шлемов с прозрачными забралами, было именно такое количество, и под каждым, красовалась бирка с именем и званием бойца. В каждый комплект боевой униформы входила цифровая радиостанция, миниатюрная камера, дисплей, тепловизорный прицел с баллистическим вычислителем и мощный аккумулятор.

Ладно, защита и снаряжение, все это можно было использовать для моего отряда, а вот оружие, подкачало. Да, оно имелось в достатке, вот только было предназначено не под наши калибры. Ну куда мне деть полсотни пистолетов М9, винтовок М16А2 и гранатометов М203, после того, как будет растрачен боеприпас предназначенный именно для них? Остается только продать все это добро, сменять, подарить или предоставить начальству, пусть радуется и использует в своих целях. Хотя, забегая вперед, скажу, что никому и ничего отдавать я не стал, а эти стволы пригодились отряду во время осеннего похода в Румынию и состоявшегося в следующем году путешествия в Стамбул.

Помимо стандартного вооружения, как я уже сказал, пятидесяти комплектов, присутствовали три снайперские винтовки, десять боевых гладкоствольных ружей «Моссберг» и большое количество гранат. С полчаса мы ходили от стеллажа к стеллажу, обсуждали доставшееся нам в наследство вооружение и снаряжение. Эти тридцать минут были настоящим отдыхом для души и живительным бальзамом на сердце. Однако сколь тут не броди, а все это надо вытягивать к солнышку. Посему, я отправился наверх, руководить процессом, а разведчики начали работу. Вскоре, им в помощь, вниз спустилось еще десять бойцов, все было отлажено, и до наступления темноты, оружие уже находилось наверху. С боеприпасами сложней, больше половины бросили, и причина тому простая, у нас не хватает вьючных лошадей, а оттого вывозиться будет наиболее ценное имущество.

В самом конце рабочего дня из подземелья поднялись люди, и всю ночь происходила упаковка нашей добычи по вьюкам. С первыми лучами восходящего солнца, мы были готовы двинуться в путь, но тут раздался голос одного из дозорных:

— Мечник, собаки идут!

На всякий случай отряд занял прежние оборонительные позиции, а я вышел вперед, за пределы развалин, в которых мы обосновались. Псов было немного, около полусотни, что-то вроде боевой дружины, которая сопровождала Лидера в его путешествиях по Калмыцким просторам. Они остановились от меня метрах в ста, и от них ко мне подскочил вожак. Он не торопился начинать общение, как будто принюхивался к чему-то, а мне оставалось только ждать.

Наконец, спустя минуту, пес передал свое первое послание:

— Ты все же добыл то, на чем у злых Двуногих хранилась информация?

— Да.

— Там нет ничего, что напрямую касалось бы проекта по созданию боевых псов. У вас не получится, сделать из нас рабов, и вы не сможете нас подчинить.

— А нам это не интересно, и гораздо больше, меня интересует база «Закат». Ты знаешь про нее?

— Конечно, ведь это из моих воспоминаний, ты про нее узнал. Не надо считать, что я глупее тебя, человек.

— Я так не считаю.

Молчание, вожак ворошит мои чувства и отвечает:

— Ты не лжешь, и это хорошо.

— Так что насчет «Заката»?

— Три года назад с верховьев Волги спустился кораблик, и на нем в наши степи прибыли люди, около сорока воинов. Они знали точно, где находится подземелье, и прямиком направлялись к нему. Мы их перехватили и всех убили.

— Но перед этим, наверняка, ты порылся в их головах?

— Да, я просмотрел двоих. Они злые, и они подлежали уничтожению. Таким существам нет места на Земле.

— Где их база и чем они занимаются?

— База находится далеко на северо-востоке, возле города, который называется Стерлитамак, а занимались там производством психотропного оружия и новейших наркотических средств.

— Это все?

— Пленники оказались обычными наемными бойцами и знали не очень много.

— Что же, такая информация, тоже полезна. У меня еще один вопрос, ты не против?

— Говори, — в мыслеобразе Лидера легкая ирония, — здесь люди редкость, и когда мне попадется следующий собеседник, неизвестно.

— Если мы еще раз встретимся, мы будем врагами, или сможем сосуществовать в мире?

— Воевать с вами я не хочу, и если ты придешь с миром, то боя между нами не будет. Твои мысли и мысли твоих людей чисты. Вы не гнушаетесь крови и жестокости, но она для вас не необходима. Мне это нравится, и если бы вы изначально были безоружны, то и самая первая наша встреча прошла мирно.

— Значит, мы хорошо поняли один другого.

— Поняли, и я хочу сделать тебе подарок.

— Какой?

— Дам тебе двух щенков из моего последнего помета. Они очень хороши и очень сообразительны. Каждому по месяцу, и они крепко стоят на ногах. Возьми их с собой. Они послужат тебе десять лет и никогда не предадут.

— То есть, ты хочешь заслать к нам шпионов?

— Нет. Если бы мне нужны были шпионы, то нашлись бы другие псы, которые пробежались по вашим городам и все увидели без всяких прикрас. Эти щенки должны посмотреть на жизнь вашего общества изнутри и разобраться в вас. Взамен, через моих потомков вы сможете понять нашу психологию, и определиться по отношению к нашему народу, который тоже хочет жить. Мир — это хорошо, сотрудничество — еще лучше, но если вы замыслите уничтожить нас, то мы сможем дать отпор и придем в ваши дома. Ты принимаешь моих щенков в свою стаю?

— Принимаю.

— Тогда прощай, человек.

— А щенки?

— Ты идешь к Чолун-Хамуру, и на последнем переходе, они будут с тобой.

Лидер не солгал. В одном переходе от места, где у нас была назначена встреча с другой половиной отряда, у небольшого поселения Чолун-Хамур, к передовому дозору выбежала большая собака, что интересно, не чистая анатолийская овчарка, а помесь с кавказцем. Эта самка была не одна, и рядом с ней находились два шерстяных комка, толстых, округлых, лобастых и с большими умными глазами.