'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

страдания? Думаешь, можно грешить и получить прощение без справедливого суда? Нет прощения за то, что ты совершила, за то, что делаешь с этой страной каждый день.

Но так ли я отличаюсь от Тамаза? В отличие от него я не прячусь за йотридов, позволяя им проливать кровь, чтобы пол под моими ногами сверкал. Разве Эше не видит, что я, по крайней мере, не лицемерю?

Ветер зашелестел в пальмах и добавил холодка в мои слова.

– Правда в том, Эше… что ты никогда не просил прощения у Рухи. Ты ведь верил, что служишь высшей цели, несмотря на страдания, которые ей причинил. Но если ты не ценишь жизнь одного человека, значит, не ценишь и жизнь любого другого. А я сделала то, что должна была. Мне пришлось сделать ужасный выбор, но я хотя бы его сделала. Не переложила решение на другого. Это я проливаю кровь, я беру на душу грех, потому что именно это требуется, чтобы править Аланьей.

Эше повернулся ко мне спиной, словно ему противно было на меня смотреть.

– Ладно, находи себе оправдания, как и все остальные. Я никогда не утверждал, что я хороший человек, но надеялся, что ты такая. Поэтому мне так больно.

– Я тоже никогда такого не утверждала. Прости, что не послушала твоего совета, когда ты указывал мне путь, но если бы мне снова пришлось выбирать, я бы поступила так же. Мне надоело быть праведницей. Надоело быть хорошей.

– Я не сумел указать тебе путь… потому что не знал, где он. Я обрадовался, когда ты спасла нас. Я был счастлив, что могу дышать, даже ценой всего остального. Правда в том, что я ненавижу себя и мне противно видеть, что ты такая же.

– Как ты не понимаешь, Эше? Мы все такие. Слепой не может вести слепого!

После этого он ушел, оставив меня наедине с красными тюльпанами и светлячками.

Селена вкатила меня в комнату, на балкон с освежающим ветерком. Я посмотрела на Кандбаджар, он наконец-то выглядел таким мирным. И… таким ничтожным. Не таким должен быть дом. Это место не было наполнено надеждой. Здесь больше не было Эше, Зедры, Кярса, Тамаза, Озара, Миримы, Самбала, Веры, Хадрита. Их заменили люди со странными именами: Пашанг, Вафик, Гокберк, Нора, Селена. Неужели мой дом – это просто город под названием Кандбаджар? Упорядоченная груда глины, кирпичей и камня? Или домом его делают знакомые имена?

Неужели я проделала весь этот путь, сражалась в стольких битвах, только чтобы понять: назад пути нет? Что я не смогу вернуться в то время и в то место, где мы беспокоились только о мелочах, а звезды всего лишь освещали ночное небо? Неужели мой дом исчез навсегда и я буду вечно тосковать по нему?

Все изменилось и продолжает меняться. Новая Аланья, новый путь, новое место в центре этого мира. Вот для чего все это было. Быть может, надежда – и есть дом, который я построю на руинах того, что разрушила.

Замиль Ахтар

Эпоха Древних

Добро во мне пропало. Будь, зло, моим добром.

Paradise Lost

© Р. Сториков, перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

В предыдущих книгах

«Стальные боги»

Кеву, убеленного сединами и ушедшего в отставку ветерана множества битв, призывает к себе шах Мурад, правитель Сирма, поскольку опасается, что столицу его царства Костану намерены осадить паладины святой империи Крестес. Для усиления защиты города Кева приступает к подготовке ополчения и нехотя принимает в ряды новобранцев Мелоди, свою пылкую приемную дочь. С тех пор как десять лет назад исчезла его жена Лунара, дочь была самым дорогим, что оставалось у Кевы.

Тем временем вражеское войско под предводительством фанатичного Михея готовится к осаде Костаны, которую приверженцы этосианской религии считают священным городом – там с неба на землю когда-то сошел Архангел, их бог. Михей ненавидит жителей Сирма, поскольку сирмяне-работорговцы пятнадцать лет назад похитили его дочь, и с тех пор он ее больше не видел. Колдунья по имени Ашери проводит Михея с соратниками сквозь Лабиринт, таинственный и волшебный тоннель, который позволил им за пару часов преодолеть огромное расстояние и вторгнуться в город на несколько недель раньше, чем ожидалось.

Ошеломленный Кева возглавляет оборону, но скорострельное оружие захватчиков, изобретенное гениальным механиком Джаузом из Шелковых земель, оказывается неотразимым. Михей убивает всю семью шаха, перерезает горло Мелоди, а Кеву сбрасывает с морских стен.

Дочь шаха Сади, живущая в племени конных воинов забадаров, стремится вернуть город и ищет союзников. Она привлекает на свою сторону Кеву, который, как и она, жаждет мести. Они отправляются в Лискар, новую столицу Сирма, чтобы объединиться с братом Сади, объявившим себя шахом. Но подлинная власть там принадлежит великому визирю Эбре, который берет Сади в плен, боясь ее притязаний на трон.

Разгневанный Кева освобождает Сади с помощью Айкарда, в прошлом (а возможно, и в настоящем) разведчика Михея, и мага Вайи, способного повелевать джиннами и управлять ветром. Эбра объявляет Кеву и Сади преступниками. Теперь им приходится опасаться врагов и за спиной.

Верные шаху воины-забадары выжигают поля вокруг Костаны, и Михей ведет на них войско. Его ранили в бою, и он лишился руки. Сраженный лихорадкой из-за ранения, он обездвижен, и его соратники намереваются взять управление в свои руки. Чтобы укрепить свою власть, Михей заставляет дочь императора, благочестивую девушку по имени Селена, вступить с ним в брак. Однако он слишком ослаб от ран, и попытка оказывается тщетной.

В самую темную часть ночи к нему приходит Ахрийя, древнейший джинн. Она предлагает Михею исцеление и разящую железную руку вместо потерянной в обмен на его семя. Михей вступает с Ахрийей в связь, хотя и считает это грехом. Потом, обновленный, он вместе с Ашери вызывает с небес огненный шар, который сжигает предателей, пытавшихся захватить власть, пока Михей был прикован к постели.

Ашери предлагает Михею еще больше сокрушительных сил, но, чтобы их получить, он должен оставить веру в Архангела и покориться Хавве, называемой Спящей, создательнице всего сущего. Михей чтит веру, в которой родился и рос, и для него это слишком. В наказание Хавва лишает его всех сил и воскрешает его врага, императора Ираклиуса. При виде чуда воскрешения мертвеца растерянные воины подчиняются Ираклиусу, а тот приказывает Михею опуститься перед ним на колени.