"Фантастика 2024-31". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гришанин Дмитрий Анатольевич

Тавису, как выяснилось, тоже в ближайшем времени предстояло искать замену — после инцидента с Ильнаром и пауком стажер неожиданно решил закончить медицинское образование и отрабатывал последние три недели. Эл, услышав новость, одобрительно кивнул и под подозрительными взглядами друзей признался в совершенной диверсии.

— Да, я его уговорил, — он раздраженно передернул плечами. — У парня талант, не говоря уже о даре. Если бы он не сумел стабилизировать Ильнара до операции, мы бы сейчас так спокойно не разговаривали. Хватит с вас одного ненормального интуита на группу.

— Кстати об интуитах, — фыркнул Фин. — Этот, новенький, как узнал, что у Тависа дар, полдня за ним хвостом ходил и восхищался — а расскажи, а покажи, а я никогда одаренных не видел… Ребята его под конец дня чуть не пристрелили, так достал.

— А ты уже достал меня, — устало вздохнул Кир. — Заканчивай. Техник как техник.

— Да-а? А когда он предложил обмыть его вступление в должность, ты что сказал?

Майор выразительно сдвинул брови, намекая, что сейчас он не только скажет, но и сделает. Фин закатил глаза, но тему оставил.

— Между прочим, — он посмотрел на коммуникатор, вскочил, выглянул в окно и через плечо обернулся на напарника. — Эл тебе разрешает вставать, или как?

— Эл не просто разрешает, а категорически рекомендует, — кивнул доктор. — Ему сейчас как раз нужны физические нагрузки, неделю почти пластом пролежал. Но осторожно и понемножку. Что, приволокли-таки весь отдел любоваться героем в окошко?

— Зачем весь? Только своих ребят, — усмехнулся Кир, тоже поднимаясь. — Ну что, герой, сам встанешь или тебе помочь?

Встать, как же… Ильнар скептически покосился на друзей, но, понимая, что любое промедление не по делу немедленно будет высмеяно напарником, решительно выпрямился. Чересчур решительно, голова слегка закружилась, но интуит, не подавая вида, опустил ноги на пол.

— Не выпендривайся, — вздохнул Эл, подходя ближе. — Еще не хватало упасть. Давай руку.

Ильнар упрямо мотнул головой и, придерживаясь за спинку кровати, осторожно встал сам. Постоял, ожидая, пока палата перестанет кружиться перед глазами, и под насмешливо-сочувствующими взглядами друзей прошел три шага от кровати до окна.

— Я понял, тебе понравилось совершать подвиги, — фыркнул доктор. — Значит, надо не просто рекомендовать твоим родителям перевезти тебя к ним, а проводить лично.

— Ага, и к кровати привяжи, — огрызнулся Ильнар, прислоняясь к стене. На самом деле, он опасался, что будет еще хуже, но ноги не дрожали, голова кружиться перестала и, если придерживаться за стену, стоять вполне можно. А еще лучше — не стоять, а подвинуть напарника и усесться на подоконник, тогда вообще можно притвориться совершенно здоровым человеком. Он изобразил бодрую улыбку, и друзья, переглянувшись, сделали вид, что поверили.

— Эл, а окошко у вас можно открыть? — поинтересовался Фин. Он вынул из нагрудного кармана рубашки тонкие сенсорные очки и надел. — У, как все запущено… Ничего, это любой шпилькой вскрыть можно.

Ильнар сообразил, что напарник рассматривает защитный энергетический контур на окне, и привычно поморщился, обнаружив отсутствие дара.

— А по шее? — поинтересовался доктор, подходя ближе. Он приложил к раме правую руку с тонкой лентой идентификационного браслета, и Фин, наконец, распахнул створку. В комнату ворвался морозный, почти безвкусный воздух, интуит сделал глубокий вдох, особенно остро осознавая, как ему, оказывается, надоело лежать в больнице.

— Только не навернитесь отсюда, — ворчливо предупредил Эл, отходя в сторону. Фин отмахнулся и, высунувшись в окно по пояс, заорал что-то приветственное. Ильнар глянул сквозь закрытую створку и с высоты четвертого этажа увидел на дорожке под фонарем всех четверых стрелков. При виде интуита Стен и Гирон разразились приветственными криками, Рой помахал рукой. Стажер орать не стал, но улыбка на его лице была едва ли не шире самого лица. Ильнар помахал в ответ — орать ему, может, и хотелось, но горло и легкие к таким нагрузкам были не готовы.

Рядом со стрелками стоял незнакомый полноватый парень в черной шапочке — видимо, новый страхующий сферотехник. Хотя нет, не совсем незнакомый. Новичок поднял голову, и Ильнар с некоторым удивлением опознал в нем улыбчивого парня из бригады Триана Сора.

— А этому-то чего в техниках не работалось? Тоже захотелось подвигов? — вполголоса поинтересовался он, разглядывая техника. Парень как парень, крепкий на вид, хотя, конечно, фигура от спортивной далека. Даже странно, что Кир согласился взять в группу такого увальня. Впрочем, вряд ли у него был большой выбор.

— Говорит, впечатлился нашим профессионализмом и решил помочь, пока ты не вернешься, — вздохнул Фин. — Мол, ты ему и всем прочим жизнь спас, надо проявить благодарность… Как-то так. А мы ж к тебе со смены, ну и он следом увязался.

— Смотреть на второго в его жизни интуита?

Ильнар недовольно покосился на напарника. Группа, конечно, знала о его даре, как и начальство. Но в общем и целом он не любил об этом распространяться, по крайней мере, при незнакомых. Интуитов действительно было слишком мало, не более одного на тысячу человек, и большинство жителей Империи за всю жизнь могли ни разу в жизни не встретить одаренного. А неизвестное обычно вызывает подозрения — видишь то, чего не видят другие? А не колдун ли ты, часом? А может, полицию вызвать, на всякий случай?

К его облегчению, напарник отрицательно помотал головой.

— Да не, он так, за компанию. Ты ж у нас жуткий интроверт и внимания к себе не любишь, ну мы и не болтали.

Жуткий интроверт смущенно хмыкнул, но возражать не стал. Фин подмигнул и соскочил с подоконника:

— Давай уже слезай, а то строгий доктор будет ругаться, что мы тебя простужаем.

Эл демонстративно закатил глаза, но промолчал. Ильнар нехотя вернулся в кровать, отмечая, что все трое как бы ненарочно держатся рядом. Наверное, на случай, если он вдруг начнет падать.

Ну вот еще. Не дождутся.

Притворяться здоровым человеком, когда в ушах звенит и глаза сами собой закрываются, оказалось сложно. Да и доктора обмануть не удалось бы при всем желании. Эл окинул улегшегося пациента критическим взглядом, тут же посерьезнел и объявил, что визит окончен. Ильнар попытался возражать, но тут уже друзья проявили возмутительное единодушие.

— Слушайся доктора и давай уже выздоравливай скорей, — Фин положил ладонь другу на плечо и сделал страшные глаза. — Пока я там без тебя от скуки с ума не сошел.

— И пока не свел с него всю группу, — закончил Кир. — Пошли уже. А ты, — командир через плечо взглянул на интуита, — будь паинькой. И да, слушайся доктора.

Ильнар мрачно кивнул, проводил друзей взглядом, а когда дверь за ними закрылась, позволил себе облегченно вздохнуть и закрыть, наконец, глаза.

Слушайся, слушайся… как будто у него выбор есть!

Ночью ему снова приснилась девушка с бабочками. Она сидела у кровати, напевала колыбельную, гладила его по голове, и лица ее не было видно, а когда он попытался присмотреться внимательнее, она рассмеялась, рассыпалась сотней бабочек и упорхнула в окно.

От досады Ильнар даже проснулся — но в палате, разумеется, никого не было.

Следующие три дня прошли спокойно. Организм наконец согласился передвигаться вертикально, фиксаторы сняли, а повязку — нет, дар все не восстанавливался, и это ужасно действовало на нервы. Эл, чтобы отвязаться, все-таки вернул пациенту коммуникатор. Жить стало веселее — во всяком случае, Фину, который звонил и писал едва ли не пять раз в день, а временами еще и фотографии скидывал: «Я закрываю разрыв», «Я и медуза», «Я получаю подзатыльник от сердитого командира»… Раньше привычка напарника фотографироваться по любому поводу и даже без оного вызывала раздражение, теперь же Ильнар, который отчаянно скучал и маялся от безделья, ждал каждого сообщения с нетерпением.