Эйта - Варвара Лунная

Колдун опустил голову и улыбнулся.

— Издеваешься? — возмутилась девушка. — Страшно же.

— Ну а если страшно, то дома сиди, — пожал плечами Ядрей. — Пока мы этого с косами не изловим.

— Ой, изловят они, — насмешливо фыркнула другая девушка и, высоко задрав носик, пошла вперёд.

— Про изловим это ты, правда, погорячился, — тихо сказал Ласк.

— А как же так? — удивился третий мужчина.

— А за что его ловить? — поинтересовался колдун. — Быть оборотнем не преступление.

— А коли он кого порвёт или покусает?

— Вот тогда и ловить примемся, а пока он ничего противозаконного не сделал. Девок пугать не преступление.

— Так не человек же.

— Почему не человек? — удивился Ядрей. — Пришлось мне однажды с оборотнем рядом быть, он мне помог даже. Самый что ни наесть человек, может даже лучше.

— Где ж это тебе так повезло то? — заинтересовался Ласк. — Уж не с косами ли оборотень был?

— Нет, у того кос не было, — покачал головой Ядрей. — И даже если б я его тут увидел, выдавать бы не стал, он хороший и людей не трогает.

— Хороший оборотень, — фыркнул товарищ Ядрея.

— Они разные бывают, — вдруг поддержал дружинника Ласк. — Как и люди, потому пока нашего оборотня мы трогать не будем.

— Так что же делать тогда? — спросил Ядрей.

— Ничего, — Ласк вздохнул. — Ещё одного гонца надо в Угорск отправить.

Через неделю в Новоделку приехал второй угорский колдун Фёдор. Приехал злой как собака.

— Ты что, сам оборотня изловить не можешь? — накинулся он на встречающего его Ласка, едва с коня спустившись. — Это что, особо важное происшествие?

— А коли не особое, так чего приехал? — сжав зубы, поинтересовался Ласк. — Мне велено было сообщать обо всём необычном, я и сообщил. Куча колдунов неизвестных с оборотнем это, уж извини, не обыденное дело.

— Да с чего ты взял что тут нашествие колдунов и оборотней? — Фёдор оглянулся, селяне и строители с интересом наблюдали за разговором.

— Что, ни у кого дел нет? — поинтересовался у них Ласк. — В дом пошли, — сказал он коллеге и открыл для него калитку.

— Третьяк тоже, — Фёдор бросил мешок с вещами под лавку. — Завёлся не на шутку, езжай, срочно, оборотней убивать, ведьму тоже.

— Какую ведьму? — не понял Ласк.

— А я почём знаю? Пожрать есть чего, я с утра не ел.

— Есть, — Ласк принялся возиться у печи. — Каши немного осталось. Греть?

— Так давай, — Фёдор забрал котелок и принялся есть прямо холодную кашу.

— Так о какой ведьме Третьяк говорил? — снова спросил Ласк.

— Да не знаю я. Может, о той, на которую он намекал, когда о смерти прежних жителей речь шла?

— О лесной колдунье? — уточнил Ласк. — Не думаю, что в нашем случае она работала. Я расспрашивал людей, колдунья, во–первых, живёт далеко, а, во–вторых, старая совсем, ей два десятка деревьев повалить не под силу будет.

— А ты уверен, что деревья это не лесорубов шутки? — спросил Фёдор, жуя.

— Уверен, да ты и сам можешь посмотреть, я попросил парочку оставить. И знаешь ещё что, ходят слухи, что вовсе не ведьма в смерти Поляновцев виновата, про кентавров люди говорят.

— Так нет же тут кентавров, ушли они, — Фёдор даже есть перестал.

— Вот именно ушли, в тот же день и ушли. А с чего?

— Да леший их знает, — мужчина облизал ложку. Ласк подал ему квасу и кусок пирога с черникой, которым его Машута угостила.

— Оборотня ещё несколько раз бабы видели, но он только пугает, нападений не было.

— Дурдом какой‑то, — покачал головой Фёдор. — Вот зачем ему это? Баба нужна? Ну так её человеком получить проще.

— Я надеялся он уйдёт, — Ласк вздохнул и присел на край лавки. — Через неделю полнолуние.

— А ещё что‑нибудь было? — спросил Фёдор, хмурясь. — Если это демонстрация силы, то должно быть что‑то ещё.

— Было, — вздохнул Ласк. — Колодцы вдруг все почти цвести начали, третьего дня ветер вдруг пронёсся ураганный, только не пойму я откуда это всё, не вижу я колдунов.

— Ну, колдуны, само собой, прячутся. Давай думать с другой стороны, чужие люди не появлялись тут?

— Нет, — покачал головой Ласк. — Заезжие есть, князь же велел всё сделать чтобы купцы и прочие путешественники через деревню ехали, но колдунов среди них ни одного не было.

— Я не про сейчас говорю, вспомни, не было ли кого чужого до того, как всё началось. Может кто был, расспрашивал.

Ласк сразу же вспомнил Умилу.

— Кого вспомнил? — тут же спросил Фёдор.

— Да нет, — Ласк покачал головой.

— Кого? — настойчивее переспросил колдун. — Кто новый появился?

— Да девушка тут одна, — мужчина смутился. — Но она не ведьма.

— Так, — Фёдор усмехнулся. — И давно эта девица тут околачивается?

— Ничего она не околачивается, — рассердился Ласк. — Я вообще её давно не видел.

— У кого живёт зазноба твоя? — Фёдор встал.

— Во–первых, она не моя. А, во–вторых, — Ласк смутился. — Не знаю я. Она не тут живёт, приходила откуда‑то.

— Ещё лучше.

— Я же сказал, не колдунья она. Или ты думаешь, я ведьму от простой девки отличить не могу?

— Не кипятись, — примирительно сказал Фёдор. — Ещё кто‑нибудь её знает? С чего она по деревне гуляла?

— Родня у неё тут, ещё в той прежней деревне жила, — вздохнул Ласк. — Родители померли, вот она и приехала в надежде, что примут. С Ядреем можно поговорить, он её знает.

— Ядрей, — ухмыльнулся Фёдор. — Интересно, есть хоть одна баба, о которой он бы не в курсе был? Ладно, пошли к Ядрею.

Но Ядрей тоже мало что знал, знал только что Умила вроде как в Успенке остановилась с братом, но точно сказать не мог. Он вообще отвечал колдунам очень осторожно, слова выбирая, те это поняли, но давить пока не стали.

— Пошли, деревья тебе покажу, — предложил Ласк.

— Кстати, а много ли повалено было? — поинтересовался Фёдор.

— Почти двадцать штук. Последнее не до конца, видать силы кончились.

— Ну, двадцать не так и много, — Фёдор задумался. — Может всё же один колдун?

— Нет, не один. Я на следующий день сам пробовал лес магией валить, на пятом дереве выдохся в конец, сил до дома дойти еле хватило.

— Пять? — удивился колдун. — Однако. Значит, получается, что ежели колдуны примерно тебе по силе равны, то их четверо должно быть?

— Ну может чуть меньше, — нехотя признался Ласк. — У меня так ровно как у них валить не получалось.

Возвращаясь из лесу, колдуны вышли на дорогу. Ласк с тоской посмотрел в сторону Успенки, и вдруг сердце его радостно застучало, прямо по направлению к ним шла Умила.

— Это она, — догадался Фёдор, проследивший за взглядом приятеля. — Ничего так.

— Ты женат, — зачем‑то напомнил Ласк.

— Да я вроде как ничего ещё и не делаю, — улыбнулся Фёдор. — Ну раз уж она сама к нам идёт, познакомь нас, будь добр.